Свет и тени сменяли друг друга, делая черты лица мужчины ещё более чёткими и выразительными. Он опустил взгляд и пристально смотрел на неё; его густые ресницы, похожие на вороньи перья, подчёркивали глубину глаз, в которых плескались тёмные, как тушь, чувства.
Кожа, бледная от природы, вовсе не казалась болезненной, а в этом свете будто сияла. От долгого поцелуя губы налились кровью и стали ярко-алыми.
Два ярких, контрастных цвета.
Он походил на вампира, чей приход не сулил ничего хорошего, но который умел искусно похищать души.
После этих слов прошла всего доля секунды.
Мозг Сан Чжи сработал с опозданием. Её взгляд остекленел, а на губах всё ещё чувствовалась слабая покалывающая боль, напоминавшая о том, что всё это происходит наяву.
Это не было видением.
Всего на мгновение Сан Чжи пришла в себя.
В этот миг в её сердце словно бросили огромную бомбу, и оно с треском разорвалось. Она мгновенно затаила дыхание, а жар волной поднялся по шее. Она не могла поверить собственным ушам.
Сан Чжи ошарашенно пробормотала:
— А?
С гэгэ…
Что?
Дуань Цзясюй не стал повторять, он продолжал смотреть на неё. Эмоции на его лице были неясны, а уголки губ приподнялись чуть выше. Он поднял руку и подушечкой пальца медленно провёл по её нижней губе, снова и снова, с умеренной силой.
В этом жесте сквозила двусмысленность и некий скрытый намёк.
Последние капли сна, ещё остававшиеся у Сан Чжи, тут же бесследно исчезли.
Хотя она знала, что он всегда говорит без зазрения совести.
Но Сан Чжи и представить не могла, что у него действительно нет никаких границ.
Совершенно никаких.
Ни! Ка! Ких! Гра! Ниц!!!!
Как этот взрослый мужчина может быть настолько прямолинейным, настолько нескромным?
В такой обстановке он мог бы просто спросить: «Можно?», и она наверняка поняла бы, что он имеет в виду. Даже если бы он побоялся, что она не поймёт, фраза «лечь в постель» и то прозвучала бы деликатнее.
Обязательно! Нужно! Было! Так!
Сан Чжи совершенно не знала, что ответить.
Сердце готово было выпрыгнуть из груди; в этой тишине стук казался оглушительным и предельно чётким. Ей даже казалось, что Дуань Цзясюй тоже его слышит.
Она нервничает?
С чего бы ей нервничать?
Если он может говорить такие вещи, почему она должна признавать поражение?
Она не нервничает.
Ни за что.
Ни! За! Что!!!
Сан Чжи привела мысли в порядок, слегка подняла взгляд и снова почувствовала исходящий от него запах алкоголя. Она протянула руку, убрала его ладонь и с самым серьёзным видом произнесла:
— Так ты выпил, чтобы набраться смелости?
Одной фразой она разрушила всю интимную атмосферу.
Возможно, не ожидая такой реакции, Дуань Цзясюй слегка опешил, но быстро рассмеялся. Он чуть опустил подбородок, его грудная клетка мелко подрагивала, в глазах сверкали искры — он смеялся ярко и ослепительно.
От этого зрелища у Сан Чжи почему-то пересохло во рту, и возникшая недавно жажда в этот момент необъяснимо усилилась. Она тут же вспомнила, зачем вышла.
О.
Ей хотелось пить.
Она вышла, чтобы попить воды.
При нормальном развитии событий она бы уже попила и вернулась в кровать, чтобы снова уснуть. А не сидела бы здесь, целуясь с ним и слушая его прямолинейные и бесстыдные речи.
Дуань Цзясюй отсмеялся лишь спустя какое-то время. Он убрал руку и, словно ничего только что не произошло, спросил:
— Почему ты вдруг проснулась?
Сан Чжи взглянула на него и тихо ответила:
— Хочу пить, встала за водой.
Дуань Цзясюй негромко угукнул и, подхватив её, словно ребёнка, направился в сторону кухни. Он усадил Сан Чжи на столешницу, затем достал из стоявшего рядом ящика бутылку минеральной воды, открутил крышку и протянул ей.
Сан Чжи взяла бутылку, медленно отпила и спросила:
— Почему ты выпил?
— Настроение плохое.
— Почему?
Дуань Цзясюй усмехнулся:
— Кажется, я плохо с тобой обращаюсь.
Проглотив воду, Сан Чжи озадаченно спросила:
— В чём же ты плохо со мной обращаешься?
Он не стал объяснять, а просто прислонился к столешнице, молча глядя на неё.
Сан Чжи:
— Ты что, пьян?
Дуань Цзясюй улыбнулся:
— Нет.
— Тогда почему ты вдруг заговорил об этом? — Сан Чжи отставила бутылку в сторону и подалась вперёд, чтобы встретиться с ним взглядом. — Есть какая-то другая причина?
— Нет.
— Но я не чувствую… — На этом моменте голос Сан Чжи прервался, и она нерешительно спросила: — Это из-за тех слов, что я сказала тебе сегодня?
Дуань Цзясюй снова промолчал, протянул руку и стёр капельки воды с уголка её губ.
Не думая, что её слова так на него повлияют, Сан Чжи поспешно объяснила:
— Я сказала это не для того, чтобы упрекнуть тебя, а просто чтобы ты знал. Ты ведь не мог ведать, к тому же я тогда была маленькой.
— …
— И раньше, и сейчас — ты всегда очень хорошо ко мне относился.
Взгляд Дуань Цзясюя потемнел, он снова склонил голову и начал её целовать.
Сан Чжи инстинктивно вытянула шею, отвечая на поцелуй. На этот раз он был нежнее прежнего, с оттенком глубокой привязанности и едва уловимым запахом алкоголя. Она не закрывала глаз, глядя на его опущенные веки.
Только в этот миг она осознала.
Он никогда не пьёт, но ради неё сделал исключение.
— Сан Чжи, — Дуань Цзясюй отстранился, в его глазах бушевали чувства. Он погладил её по щеке и лишь спустя долгое время хрипло произнёс: — Я люблю тебя.
Он и вправду задумывался над этим.
Если бы это был не я, встретила бы ты человека лучше? Раз все против и никто не поддерживает, значит ли это, что я действительно не достоин такой прекрасной тебя?
Он также думал о том, не пожалеешь ли ты в будущем о своём нынешнем решении быть со мной. Не пожалеешь ли, что не послушала советов родителей и настояла на том, чтобы мы были вместе.
Эти тревоги не покидали его.
Но благодаря тебе он не боится никаких внешних преград, и вся его неуверенность исчезла. Благодаря тебе он поверил, что в этом мире только он достоин быть рядом с тобой.
Ты — его единственная и вечная.
Дуань Цзясюй понизил голос и, едва касаясь её уха, прошептал:
— Я не заставлю тебя пожалеть.
–
Услышав эти три слова, Сан Чжи замерла, а затем медленно моргнула. Она не могла описать свои чувства в этот момент, в носу необъяснимо защипало, и она невольно обхватила его за шею, уткнувшись лицом в его грудь.
Дуань Цзясюй поцеловал её в ухо и ласково спросил:
— Будешь ещё пить?
Сан Чжи покачала головой.
— Тогда пойдём спать, — Дуань Цзясюй снова подхватил её на руки и направился в сторону спальни. — Малышка.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
