«…»
Сан Чжи внезапно вспомнила летние каникулы после восьмого класса.
Она стояла перед эскалатором на третьем этаже торгового центра «Шанъань», когда Фу Чжэнчу признался ей в любви, и тогда Дуань Цзясюй тоже вот так внезапно возник у них за спиной.
И точно так же было неясно, как долго он там простоял.
Вообще-то, когда Сан Чжи выкрикнула эти три слова, ей полегчало, но из-за того, что объект её ругани всё слышал, чувство вины нахлынуло с удесятерённой силой, перемешиваясь с лёгкой обидой.
Она подсознательно стала всё отрицать:
— Я не тебя звала.
Дуань Цзясюй негромко угукнул, словно поверил.
Сан Чжи только облегчённо выдохнула, как он тут же спросил:
— А кого тогда?
«…» У Сан Чжи похолодело внутри, а из-за выпитого алкоголя мысли путались, и она, запинаясь, проговорила:
— Ты его не знаешь.
Дуань Цзясюй протянул «а-а»:
— Вот оно что.
Сан Чжи поспешно закивала.
— Тогда гэгэ очень хотел бы с ним познакомиться. Что же это за человек, раз малышка Сан Чжи так его честит? — Дуань Цзясюй усмехнулся. — Малышка Сан Чжи, не расскажешь гэгэ?
Она же сказала, что он его не знает, а он всё равно спрашивает.
О ком же теперь сказать?
О ком?!
Если бы она знала это раньше, то сразу бы упомянула Сан Яня.
Но она уже заявила, что этот человек ему не знаком, и теперь говорить про Сан Яня было, пожалуй, поздно. Выдумывать кого-то другого ей не позволяла совесть.
Сан Чжи отвернулась, намеренно переводя тему:
— Почему ты такой любопытный?
— М-м? — Дуань Цзясюй спустился на две ступеньки и встал рядом с ней. — Наверное, потому что у старой развалины слишком много свободного времени.
— Пойдём, юное… дитя? — Дуань Цзясюй сделал ударение на слове «юное» и медленно продолжил: — Старая развалина отвезёт тебя в университет.
Сказав это, Дуань Цзясюй зашагал дальше вниз.
Ладони Сан Чжи незаметно вспотели, она с тревогой последовала за ним, нерешительно объясняя:
— Это слово… я считаю его вполне, вполне приличным.
— То есть, мне кажется, — от волнения Сан Чжи теребила цепочку на сумке, говоря сбивчиво, — это, пожалуй, нельзя считать ругательством.
Они вышли на парковку.
Дуань Цзясюй достал из кармана ключи и нажал на кнопку. Казалось, он не слышал её оправданий, произнеся лишь:
— Садись в машину.
Сан Чжи не шелохнулась:
— Цзя Сюйгэ, а где ты живёшь?
— В жилом комплексе «Вэньтинъюань».
Сан Чжи приехала в этот город чуть больше месяца назад и совсем его не знала, поэтому лишь неопределённо буркнула «о-о».
Дуань Цзясюй пояснил:
— В районе городской библиотеки.
— Так это же совсем в другую сторону от моего университета, — Сан Чжи указала на ближайшую станцию метро. — Уже поздно, я доеду на метро, не хочу тебя утруждать…
— Юное дитя, — Дуань Цзясюй, крутя в руках ключи, усмехнулся. — Гэгэ хочет с тобой кое за что поквитаться, а заодно подбросить до учёбы.
— Не то чтобы я собрался везти тебя специально, — он намеренно сделал паузу и посмотрел на неё ленивым взглядом. — Уловила суть?
«…» Сан Чжи, чувствуя свою вину, больше не спорила. Она молча и тревожно подошла к пассажирскому сиденью и с силой дёрнула за ручку. Но, к её удивлению, дверь была заперта.
Она невольно оглянулась на Дуань Цзясюя.
Тот подошёл и встал рядом. Он не был слишком близко, но она впервые ощутила исходящее от него давление. Подождав пару секунд, Дуань Цзясюй снова нажал на кнопку и сам открыл ей дверь.
Сан Чжи юркнула внутрь и сняла сумку.
Вскоре Дуань Цзясюй сел на водительское место и взглянул на неё:
— Пристегнись.
Сан Чжи послушно пристегнулась.
Он не сразу завёл двигатель, а лишь слегка постукивал пальцами по рулю. Спустя мгновение он замер и начал допрос:
— Сколько ты сегодня выпила?
Сан Чжи призадумалась:
— В общей сложности бутылку или две.
Дуань Цзясюй:
— Будь осторожнее вне дома, не пей в компаниях с незнакомыми людьми.
— Там были почти все свои, и моя соседка по комнате тоже.
— Угу, гэгэ просто предупредил.
— Я знаю.
Сан Чжи думала, что ей придётся выслушать целую нотацию.
Но после этих слов Дуань Цзясюй просто завёл машину и больше не возвращался к теме. Обещанная «расплата» так и не наступила.
Напротив, Сан Чжи стало ещё тревожнее.
Чтобы не отвлекать его от дороги, она достала телефон.
В мессенджере WeChat в списке контактов горела красная точка. Сан Чжи открыла уведомление и увидела запрос от пользователя с именем «Цзян Мин».
Это имя напомнило ей слова Нин Вэй.
Непонятно, откуда он узнал её номер. Сан Чжи не любила добавлять незнакомцев и хотела проигнорировать запрос, но рука случайно дрогнула, и она нажала «подтвердить».
Ну и ладно.
В этот момент Дуань Цзясюй заговорил:
— Малыш, давай-ка кое-что обсудим?
Сан Чжи тут же подняла голову:
— А?
Дуань Цзясюй:
— За что ты так гэгэ обозвала?
Сан Чжи украдкой взглянула на него, не зная, как объяснить, и в итоге честно призналась:
— Мне не нравится, когда меня считают ребёнком.
«…» Ресницы Дуань Цзясюя дрогнули.
— Только из-за этого?
— Да.
Ответ прозвучал весьма серьёзно.
Дуань Цзясюю это показалось и забавным, и странным:
— Почему не нравится? Это же как с родителями: даже когда ты выйдешь замуж, для них ты всё равно останешься дитятей.
Настроение Сан Чжи испортилось.
Этот человек мало того что в братья набивается, так теперь ещё и в отцы метит.
Она больше не хотела с ним спорить и отвернулась к окну.
По пути Дуань Цзясюй притормозил у круглосуточного магазина, вышел за покупками и вскоре вернулся с пластиковым пакетом. Сан Чжи не спрашивала, что там.
Незаметно они доехали до ворот университета.
Машинам въезд был запрещён, поэтому Дуань Цзясюй нашёл место для парковки и сказал:
— Я провожу тебя.
Сан Чжи кивнула, отстегнула ремень и вышла.
От главных ворот до общежития идти было не очень далеко, минут десять.
Сан Чжи хотела что-то сказать, но не знала что, и лишь спустя долгое время выдавила:
— Цзя Сюйгэ, тебе завтра не надо на работу?
Дуань Цзясюй усмехнулся:
— Завтра суббота.
— О-о.
Они перебрасывались случайными фразами.
В основном Сан Чжи из кожи вон лезла, стараясь придумывать темы для разговора, чтобы избежать неловкого молчания — всё-таки он был добр к ней и подвёз. Так, в пустой болтовне, они дошли до общежития.
Наконец Сан Чжи облегчённо вздохнула и помахала ему рукой:
— До свидания, Цзя Сюйгэ. Уже поздно, езжай осторожнее. Береги себя.
Она не успела сделать и пары шагов, как Дуань Цзясюй окликнул её:
— Сан Чжи.
Сан Чжи обернулась.
В следующую секунду он протянул ей пакет, который нёс всю дорогу:
— Вернёшься — разведи мёд в воде и выпей, чтобы завтра голова не болела.
Сан Чжи на миг замерла, затем медленно взяла пакет:
— Спасибо.
— Ты приехала в такую даль совсем одна, если понадобится помощь — обращайся ко мне, — Дуань Цзясюй ласково взъерошил ей волосы на макушке, и уголки его губ поползли вверх. — Гэгэ просто подшутил над тобой. Я ведь знаю, что в вашем возрасте хочется всё делать по-своему, и на самом деле не считаю, что у малышки Сан Чжи нет совести.
— Что же до «старой развалины»… — Дуань Цзясюй не сдержал смешка, его голос прозвучал низко и с хрипотцой. — С чего ты взяла, что это приличное слово? Девочкам стоит выражаться культурнее.
Сан Чжи не смела поднять на него глаз:
— Я больше так не буду.
Дуань Цзясюй:
— Главное, что сама поняла. Иди.
Он немного подумал и добавил:
— Будет время — заглядывай к гэгэ на обед.
Сан Чжи крепче сжала пакет и слегка кивнула:
— Хорошо.
— Гэгэ здесь совсем один, поэтому, когда твой гэгэ сказал, что ты поступила сюда в университет… — Дуань Цзясюй опустил взгляд и мягко посмотрел на неё. — Гэгэ был очень рад.
—
Сан Чжи вернулась в общежитие.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
