Она вышла из жилого комплекса и сразу же заметила Дуань Цзясюя, державшего неподалёку чёрную дорожную сумку.
Дуань Цзясюй подошёл, протянул ей пластиковый пакет и, перехватив её чемодан, поставил сверху свою сумку.
Сан Чжи бросила взгляд на пакет:
— Ты поел?
— Нет, поем позже в машине, — сказал Дуань Цзясюй. — Ты пока выпей соевого молока, чтобы перекусить.
— О, — Сан Чжи повесила пакет на запястье, сняла перчатки, проткнула одну бутылочку соломинкой и протянула ему. — На, пей.
Дуань Цзясюй взял её, улыбнувшись:
— Спасибо, Чжичжи.
Они немного подождали у дороги и поймали такси. Сан Чжи села в машину, достала из пакета сэндвич и отдала ему, а затем принялась распаковывать другой для себя.
Как раз когда Сан Чжи собралась откусить кусочек, она вдруг заметила, что Дуань Цзясюй замер и, повернув голову, смотрит на сэндвич в её руках.
— … — Под его пристальным взглядом Сан Чжи стало неловко, и она в нерешительности протянула ему свой сэндвич. — Хочешь?
Дуань Цзясюй принял его, и тон его голоса был настолько нежным, что граничил с двусмысленностью:
— Спасибо, Чжичжи.
Что за странности.
В пакете осталась только упаковка яичных тартов. Сан Чжи пришлось достать один и жевать его, поглядывая на сэндвич в его руке с явным недовольством:
— Ты собрался съесть оба?
Дуань Цзясюй:
— Угу.
Он их купил, так что Сан Чжи было неудобно что-то возражать. Но она помнила, что только что просила сэндвич, поэтому мягко заметила:
— Тогда почему ты не купил три?
— Зачем покупать три? — Дуань Цзясюй словно не понял подтекста, ответив в своей беспечной манере: — Я не осилю три.
Сан Чжи, сдерживая гнев, продолжила жевать тарт.
Вскоре Дуань Цзясюй доел один сэндвич и вскрыл упаковку второго. Он замер, приподнял бровь и протянул его Сан Чжи:
— Будешь?
Сан Чжи проявила характер и даже глаз не подняла:
— Не буду.
Дуань Цзясюй:
— Разве одним тартом наешься?
Сан Чжи:
— Нет.
— Тогда почему не ешь?
— Я не принимаю подачек.
— … — Дуань Цзясюй замер на мгновение и вдруг тихо рассмеялся, словно с неподдельным интересом: — С чего это вдруг подачки?
Сан Чжи продолжала пить соевое молоко:
— Ты отдаёшь мне его только потому, что сам больше не можешь съесть.
— Не могу съесть? Такой малюсенький сэндвич, — сказал Дуань Цзясюй. — Да я бы и три съел.
Сан Чжи повернула голову:
— Тогда почему ты не отдал его мне сразу?
— Я просто подразнил тебя, — глаза Дуань Цзясюя, глубокие и сияющие, уставились прямо на неё, и он невозмутимо произнёс: — Стоило тебе немного поластиться к гэгэ, и гэгэ бы сразу тебе его отдал.
Этот мужчина с возрастом становится всё более бесстыдным.
Сан Чжи подавила желание съязвить:
— Мечтать не вредно.
— Тебе нужно подготовиться? — Дуань Цзясюй вложил сэндвич ей в руку. — Тогда готовься, гэгэ подождёт.
Сан Чжи, проявив необычайное упрямство, серьёзно повторила:
— Я говорю, мечтать не вредно.
— Угу, — Дуань Цзясюй усмехнулся. — Наша Чжичжи такая милашка, когда ластится.
Сан Чжи внезапно поняла, что чувствовал вчера Сан Янь.
Его беспардонность и впрямь доводила до удушья от злости, но при этом невозможно было придумать, как ответить.
Сан Чжи перестала обращать на него внимание, доела сэндвич, натянула капюшон куртки и, прислонившись к сиденью, закрыла глаза. Она сегодня рано встала, поэтому вскоре уснула.
Когда она проснулась, они уже приехали в аэропорт.
Они получили посадочные талоны и выбрали два места рядом. Сан Чжи всё ещё хотела спать, поэтому в зале ожидания нашла кресло и снова закрыла глаза.
Дуань Цзясюй разбудил её только тогда, когда началась посадка.
Их места находились в ряду из трёх кресел, они сидели с краю и посередине. Дуань Цзясюй пропустил Сан Чжи на самое дальнее место и напомнил ей пристегнуть ремень безопасности.
Сан Чжи выудила из сумки бутылку, воду в которую Дуань Цзясюй только что набрал для неё в зале ожидания. Она открыла крышку и стала пить маленькими глотками.
Дуань Цзясюй заговорил с ней:
— Тебе не холодно?
Сан Чжи покачала головой:
— Не холодно.
Вскоре на кресло рядом с Дуань Цзясюем сел ещё один человек.
Мужчина положил свою сумку на багажную полку. Затем он уселся на место, взглянул на сидящего рядом Дуань Цзясюя и вскоре отвёл глаза.
В следующий миг он, словно почувствовав что-то неладное, снова посмотрел на него и довольно долго пристально разглядывал Дуань Цзясюя.
— Ой, ты ведь Дуань Цзясюй, верно?
Услышав это, Дуань Цзясюй повернул голову.
Сан Чжи тоже посмотрела в сторону голоса.
Это был мужчина примерно того же возраста, что и Дуань Цзясюй. На нём были очки в чёрной оправе, лицо было чистым, а одет он был в простую спортивную куртку.
— И правда ты! — возбуждённо воскликнул мужчина. — Я Юань Лан, помнишь? Мы учились в одной средней школе.
Дуань Цзясюй спокойно смотрел на него, ничего не говоря.
— Давно не виделись, сколько же лет прошло… Мы с тобой, кажется, даже за одной партой сидели, — снова заговорил Юань Лан. — Я видел, что они вроде недавно опять устраивали встречу выпускников, почему тебя там не было? Я в этот раз не пошёл, потому что мама заболела.
Дуань Цзясюй отвёл взгляд и со слабой улыбкой произнёс:
— Не было времени.
— Ну да, ну да, — заметив его холодность, Юань Лан усмехнулся. — От Цзян Ин слышал, что ты сейчас очень занят на работе, небось, немало зашибаешь.
Договорив, он заметил сидящую рядом Сан Чжи и с любопытством спросил:
— Это твоя девушка? Хотя погоди, я же слышал, что ты на Цзян Ин жениться собираешься?
Сан Чжи опешила.
— … — Дуань Цзясюй, очевидно, тоже посчитал это немыслимым и отвернулся. Помолчав несколько секунд, он вдруг криво усмехнулся, и его тон прозвучал крайне нелепо: — Что ты сказал?
— Разве нет? Я и сам уже забыл, от кого слышал… — Юань Лан почувствовал неловкость и обратился к Сан Чжи: — Вы не принимайте близко к сердцу, язык мой — враг мой, просто ляпнул не подумав.
Сан Чжи придвинулась к уху Дуань Цзясюя и прошептала:
— Кто такая Цзян Ин?
Дуань Цзясюй безучастно ответил:
— Та женщина, которую мы встретили тогда в ресторане хого.
Сан Чжи припомнила тот случай, но всё никак не могла разобраться в этих связях.
Сидящий рядом Юань Лан снова спросил:
— Так значит, это твоя девушка?
Дуань Цзясюй отвернулся и что-то тихо сказал, так что Сан Чжи не расслышала.
Вскоре Дуань Цзясюй снова повернулся к ней.
Сан Чжи в замешательстве произнесла:
— Тогда…
Заметив выражение её лица, Дуань Цзясюй серьёзно пояснил:
— У нас нет никаких отношений, и она не моя бывшая. — Он пристально посмотрел на Сан Чжи, и его взгляд немного смягчился: — К тому же, я, кажется, обещал тебе?
Сан Чжи не сразу поняла:
— Что?
— Если я соберусь завести девушку, — Дуань Цзясюй поднял веки и медленно проговорил, — то сначала покажу её нашей Чжичжи.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
