Ли Чаншоу сказал:
— Да У, не стоит беспокоиться. Хоуту-няннян даровала убежище одной из ветвей клана У в Дифу, а сородичи на севере континента Бэйцзюлу также живут и размножаются. Хотя они и лишились былого величия и находятся под надзором Небесного Дао, их кровная линия не прервалась.
«Хэнъэ здесь, демонический маршал Байцзэ тоже здесь… Тогда кто же ты?»
Да У И закрыл глаза, но Ли Чаншоу почувствовал на себе его пронзительный взгляд, от которого в сердце дао затрепетала слабая струна. Как и следовало ожидать от древнего могущественного мастера, способного дополнить построение Двенадцати Первопредков У.
— Я всего лишь один из звездных владык нынешнего Небесного двора, — с улыбкой произнес Ли Чаншоу.
Байцзэ, стоявший рядом, заговорил:
— Да У, если в тебе осталось хоть немного чувств к своему клану, не смей проявлять неучтивость к бессмертному, что стоит перед тобой. Если бы не он, клан У на Северном континенте, боюсь, был бы истреблен под корень, да и у Хоуту-няннян возникли бы неприятности…
— Бай-сяньшэн, не нужно лишних слов, — Ли Чаншоу поднял руку, останавливая его. Он пристально посмотрел на дух Да У И и спокойно продолжил: — На самом деле мне не нужно ничего тебе объяснять, да и за один раз всего не расскажешь. Давай поступим проще: я изложу свою просьбу, ты — свои требования. Если мы сможем сразу прийти к согласию, будет как нельзя лучше.
«Говори».
— Мне нужен Летающий нож, разящий бессмертных. Через тысячу лет я подарю тебе свободу и дам шанс на перерождение.
«Согласен».
— Прошу вас, Бай-сяньшэн, уберите тыкву-горлянку на место.
Дух Да У И открыл глаза, нахмурившись, посмотрел на Ли Чаншоу, а затем перевел взгляд на Хэнъэ. Та слегка улыбнулась и кивнула ему.
«Ты еще жива, и те генералы человеческой расы не стали чинить тебе препятствий, это уже неплохо».
Хэнъэ вздохнула:
— О делах прошлых лет не стоит и упоминать. Даже если бы они захотели, что бы они смогли сделать? Отец бы защитил меня. То, что ты сможешь переродиться — это к лучшему. Звездный владыка — пожалуй, самое интересное существо в нынешнем мире, и его обещание не будет ложным.
«В конечном счете, мой клан У проиграл», — вздохнул Да У И с тенью далекой тоски в глазах. — «Поздравляю».
— Благодарю.
Сказав это, Да У И закрыл глаза и больше не проронил ни слова. Бай-сяньшэн унес его за ширму.
Ли Чаншоу и Хэнъэ обменялись взглядами. Последняя беспомощно улыбнулась — воспоминания о былом навеяли на нее грусть, и она принялась в одиночестве прихлебывать вино из кубка.
Теперь, когда дело касалось Летающего ножа, разящего бессмертных, Ли Чаншоу мог быть спокоен хотя бы на треть. В его распоряжении появилось еще одно сокровище, способное сразить Дало2 или ранить великого мастера, что само по себе было радостным событием.
Однако Ли Чаншоу не стал терять времени. Проводив Хэнъэ и немного поиграв с Линъэ, он с головой погрузился в напряженное планирование. Поимка Куньпэна делилась на три основных этапа: создание ажиотажа, стабилизация ситуации и непосредственный захват «рыбы».
Как только появится весть о Пурпурном тумане Изначального Хаоса1, среди великих мастеров Хунхуана неизбежно поднимется переполох. Но если заставить мастеров Учения Дао действовать активно, демонстрируя решимость во что бы то ни стало заполучить туман, это заставит остальных занять выжидательную позицию и не позволит им начать междоусобицу раньше времени, что уменьшило бы количество случайных факторов.
Первое, что должен был сделать Ли Чаншоу — заставить заклинателей рангом ниже Дало «отступить, узнав о трудностях». Будь то в его прошлой жизни или в Хунхуане, пока у живых существ есть дерзкие мысли, среди них всегда найдутся авантюристы. Для таких случаев у Ли Чаншоу был простой метод — определить Небесную судьбу.
Нужно было лишь одновременно с новостью о том, что «Пурпурный туман Изначального Хаоса скоро явится в мир», распространить и другую: «Согласно откровению Небесных тайн, восьмая и девятая нити Пурпурного тумана Изначального Хаоса предначертаны ученикам Учения Дао». Это само по себе заставило бы большинство заклинателей пасовать.
Если девятая нить действительно явится в мир, она станет сокровищем, ради которого вступят в схватку даже господа Святые. Если она достанется какому-либо великому учению, то в нем появится еще один Полусвятой… Любой здравомыслящий вольный практик Хунхуана не станет лезть в это пекло.
Что касается «побочных эффектов» такого подхода — например, углубления противоречий между адептами Учения Дао и прочими заклинателями или роста недовольства среди живых существ, — всё это оставалось в допустимых пределах. Позже, когда Куньпэн будет пойман, об этом объявят во всеуслышание, а Небесный двор принесет официальные извинения. Это не только принесет Небесному двору добрую славу, но и укрепит в умах людей образ организации, «настолько могущественной, что она способна переиграть самого Куньпэна». Стратегия, убивающая одним камнем сразу нескольких птиц.
До намеченной битвы в городе Сюаньду оставалось пятнадцать лет.
В Хунхуане начали обсуждать Пурпурный туман Изначального Хаоса. Многие заклинатели заговорили о вещах, о которых раньше не смели и заикаться — о различиях между Святыми Небесного Дао и Святыми Великого Дао.
В том же году вокруг Пещеры Огненных Облаков начали являться различные знамения: показалось множество редких древних зверей. Согласно утверждениям некоего авторитетного лица, представившегося «пра-пра-внуком в сто тридцать втором колене племянника того, кто делил ложе с Жёлтым Императором Сюаньюанем», атмосфера в Пещере Огненных Облаков была крайне серьезной, а древние мудрецы человечества то и дело собирались вместе для обсуждения важных дел. Ветер, наполняющий башню перед горной грозой, уже незаметно набирал силу.
До начала оставалось десять лет.
Слух взорвал мир Хунхуана и три тысячи малых миров. Оказалось, что Пурпурный туман Изначального Хаоса, принадлежавший Хунъюнь-лаоцзу, не просто разделился на восемь частей. Девятка — предел чисел, и нитей на самом деле было девять! Девятая вот-вот явится в мир, и знамения в Пещере Огненных Облаков были тому предвестником!
Как только в Пещере Огненных Облаков обнаружили утечку информации, связь с внешним миром была немедленно прервана, а все входы и выходы закрыты. Более того, многочисленные военачальники Жёлтого Императора Сюаньюаня заняли позиции вокруг Великих Болот, словно разыскивая что-то.
Мир Хунхуан содрогнулся. Сообщения, истинность которых было невозможно подтвердить, сыпались одно за другим. Заклинатели навострили уши и широко раскрыли глаза, желая стать свидетелями величайшего события. То и дело в разных местах замечали след великих мастеров древности, которые давно считались погибшими. Весь Хунхуан задвигался в ритме, заданном одной-единственной нитью Пурпурного тумана.
В это время Ли Чаншоу, благодаря чувствам Мэй Вэньхуа и трех ее быстро ассимилированных сестер, убедился, что Куньпэн услышал новость. Мэй Вэньхуа почувствовала, что Почтенный Небесный Демон начал ускоренно «расщеплять» небесных демонов.
Занавес поднялся. Ли Чаншоу готовился отправиться в город Сюаньду, чтобы заняться расстановкой магических формаций. Огромная рука медленно раскрылась. Хотя Куньпэн и был велик, ему не ускользнуть из этой ладони…
Но Ли Чаншоу не знал, что в то же время, когда он протянул свою ладонь, еще более огромная рука раскрылась ниже, заключая в себе и его самого, и всё мироздание.
- Хунмэн цзыци (鸿蒙紫气, hóngméng zǐqì) — Пурпурный туман Изначального Хаоса, редчайшая субстанция Небесного Дао, дарующая возможность достижения святости. ↩︎
- Дало (大罗, dàluó) — сокращение от Дало Цзиньсянь, статус «Золотого бессмертного Великого охвата», высший ранг божественного могущества. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
