Глава 101: Рождение Бедности
Иногда мужская дружба завязывается именно так просто.
Ао И в два счёта, почти не применяя своих способностей, вытащил своего двоюродного брата, второго принца Дворца драконов Южного моря Ао Моу, из морских глубин и схватил его за горло.
Затем Ао И отшвырнул Ао Моу в сторону, заставив его принести извинения Хань Чжисянь.
Так он и лицо учения Цзе сохранил, и Хань Чжисянь теперь было бы неловко продолжать винить этого человека, что в дальнейшем предотвратило бы любые конфликты между Дворцом драконов и островом Цзиньао.
Хань Чжисянь никак особо не отреагировала на это поведение Ао И, лишь уголки её губ слегка приподнялись.
Зато в глазах побитого Ао Моу то и дело мерцали искорки.
В них зажглась маленькая звёздочка…
Два сопровождавших Ао Моу маленьких дракона тоже стали смотреть на Ао И с заметно большим почтением.
У рода драконов по отношению к внешнему миру было чувство превосходства «древних владык», но внутри рода молодые принцы всегда придерживались принципа: чей кулак больше, тот и главный.
Ао Моу сидел на поверхности моря; его поддерживала бессмертная сила, не давая утонуть. Он с некоторым сомнением поднял голову, посмотрел на улыбающуюся Хань Чжисянь, а затем повернулся к Ао И.
Вслед за этим Ао Моу поднялся и с серьёзным лицом произнёс:
— Только что я… проиграл слишком быстро. Давай сразимся ещё раз. Если я снова проиграю, то признаю твоё превосходство и во всём буду тебя слушаться!
Ао И спокойно кивнул, изящным движением взмахнул рукавом и сделал приглашающий жест.
Ао Моу снова двинулся вперёд, на этот раз его взгляд был полон решимости. Послышался низкий выкрик второго принца Дворца драконов Южного моря, и в ход пошли все его коронные приёмы.
Раздавался драконий рёв, вздымались волны, и клубились облака.
Вскоре Ао И снова схватил Ао Моу за горло. На теле Ао И, сохранившем облик юноши, не было ни единой царапины, лишь пара прядей волос на лбу немного намокли.
Ао И взмахнул рукой, и Ао Моу снова упал на поверхность моря, на этот раз чуть мягче.
В этот миг звёзды в глазах Ао Моу, смотрящего на Ао И, засияли ещё ярче…
— У меня есть ещё одна божественная способность!
На лице Ао Моу отразился стыд, но он стиснул зубы и поднялся:
— Если я снова проиграю тебе, то не только в этом деле, а вообще во всём буду тебя слушаться!
Ао И нахмурился, глядя на своего гэгэ. Неужели он так не может смириться с поражением?
Чтобы сберечь лицо Дворца драконов Южного моря, Ао И лишь кивнул в знак согласия, решив на этот раз обменяться с Ао Моу бо́льшим количеством ударов…
Так прошло полчаса…
После семи сражений Ао Моу исчерпал все свои умения и все семь раз потерпел поражение…
— Почтенный Ао И-гэгэ! Прошу, прими поклон твоего диди!
Три прежде наглых и деспотичных драконьих принца одновременно поклонились Ао И. Ао И спокойно кивнул, ни радость, ни гнев не проступали в его лице1.
Ао И не успел и рта раскрыть, как все трое повернулись и отвесили поклон Хань Чжисянь. Хань Чжисянь поспешно сказала, что в этом нет нужды.
Хотя Ао Моу появился на свет на два года раньше, теперь он то и дело называл Ао И «гэгэ», и это звучало даже естественнее, чем когда он обращался к собственному старшему брату.
Этот второй принц Дворца драконов Южного моря и впрямь был усмирен побоями.
Тотчас Ао Моу пригласил Хань Чжисянь и Ао И прогуляться по Южному морю. Он отправил двух сопровождающих обратно во дворец, чтобы те пригнали драгоценное судно и привезли целый корабль даров в качестве извинения перед гэгэ.
[Раз уж стало ясно, что не победить, лучше признать поражение окончательно]
Ао И спросил Хань Чжисянь, не хочет ли она сменить место для прогулки, но Хань Чжисянь ответила, что хочет подольше побродить по Южному морю.
Так у них появился личный «дракон-проводник», и они продолжили странствие по Южному морю…
— Гэгэ, эта ваша способность и впрямь поразительна. Ты обучился ей в учении Цзе?
Услышав вопрос Ао Моу, Ао И слегка улыбнулся и серьёзно ответил:
— Наследие, переданное Святым, поистине необъятно и глубоко. Не хочешь ли и ты вступить в ряды учеников Цзе?
— Это… пожалуй, нет. Я, твой диди, не вынесу тягот уединённого совершенствования, во Дворце драконов мне живётся куда вольготнее.
Ао И нахмурился:
— Гэгэ, ты…
— Диди, диди! Теперь я твой диди.
— Как бы то ни было, помни о воздержании, — наставительно выговаривал Ао И. — Когда мы сражались, я почувствовал, что твоё тело сильно истощено. Хотя у нас, драконов, крепкая природа, не стоит быть столь безрассудным. Не проводи целые дни, развлекаясь со служанками из морских племён. Если не можешь сдерживать себя, поскорее найди супругу из нашего рода, чтобы вы присматривали друг за другом.
Ао Моу лишь хихикал и твердил, что ему уже приглянулась одна драконица из Западного моря.
Стоявшая рядом Хань Чжисянь поначалу не понимала, о чём они говорят, но затем до неё дошло. Алые облака проплыли по её щекам2, и она на какое-то время не осмеливалась взглянуть в чистое и красивое лицо Ао И.
Ао И не видел в этом разговоре ничего особенного. Для рода драконов такое было обычным делом: его собственный старший брат Ао Цзя жил в вечном хмельном дурмане.
Таких драконов, как он сам, знающих цену чистоте и умеющих блюсти себя… и впрямь осталось немного.
…
Тем временем на западной стороне пика Потянь, в обители девяти «винных» бессмертных.
Ли Чаншоу стоял перед теремом младшей наставницы Цзю Цзю, изучая устройство формаций этого места. Внезапно в его душе возникло странное чувство, и он слегка нахмурился.
«Отчего кажется, будто должно произойти что-то, связанное со мной?»
Он тайно прочувствовал обстановку на границах Южного моря — пока не было никаких признаков начала сражений среди смертных…
— Сяо Чаншоу… — Цзю Цзю, стоявшая рядом, увидела, как Ли Чаншоу слегка нахмурился, и не удержалась от тихого вопроса: — Неужели всё совсем безнадёжно?
Ли Чаншоу горько усмехнулся и вздохнул:
— Наставница, позвольте ученику задать один дерзкий вопрос.
— А, спрашивай!
Ли Чаншоу поднял голову к небу и тяжело вздохнул:
— Как ты этого добилась? Просто вырвавшись силой из защитной формации, ты вывела из строя шестьдесят процентов элементов основания под этим теремом.
— Хе-хи-хи, не надо лишних похвал, племянник! Я всегда была такой способной!
Цзю Цзю вскинула брови и небрежно похлопала Ли Чангэна по плечу.
— Оставляю это на тебя, сооруди какую-нибудь простенькую формацию! Это всё потому, что я часто напиваюсь, а когда засыпаю, легко могу выставить себя в неприглядном свете, разбрасываю нижнюю одежду и всё такое… А иначе и формации были бы не нужны!
Ли Чаншоу невозмутимо ответил:
— Наставница, тебе необязательно рассказывать это ученику.
— М-м? — Цзю Цзю, прищурившись, подошла ближе. — Неужели ты… уже видел?
- Си-ну бу-син-юй-сэ (喜怒不形于色, xǐ nù bù xíng yú sè) — ни радость, ни гнев не проступают в выражении лица; признак великого самообладания. ↩︎
- Ся-фэй-шуан-цзя (霞飞双颊, xiá fēi shuāng jiá) — алые облака проплыли по обеим щекам; образное описание густого румянца. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
