— Когда Сюаньду-шисюн уходил, он дал мне наставления, чтобы я не раскрывал твою личность.
— Я задолжал Сюаньду-шисюну немало долгов благодарности, так что сегодня можешь быть спокоен.
Ли Чаншоу в душе вздохнул…
И вправду, имея такую опору, можно тратить куда меньше сил.
Юньчжунцзы, держа в руках корзину с цветами, тихо рассмеялся и произнес:
— Друзья по Дао, не стоит церемониться. Юный друг Чаншоу, не позволишь ли ты мне взглянуть на твою птичью клетку Фа-е, что способна выдержать Небесное бедствие?
Ли Чаншоу продолжал изображать нерешительность, разумеется, стараясь отыграть свою роль до конца.
Цзи Ую дважды кашлянул и сердито уставился на Ли Чаншоу.
— Прошу старшего установить барьер, тогда я покажу эту вещь, — вполголоса произнес Ли Чаншоу. — Если старший скажет, что ее невозможно изготовить, полагаю, остальные старшие этому поверят.
Один из глав сект учения Жэньцзяо выругался:
— Ах ты, мелкий ученик, почему ты бережешься от нас, будто от воров?
Ли Чаншоу выглядел смущенным, но Юньчжунцзы выступил вперед и с улыбкой спросил:
— Что такое, неужели вы не доверяете мне?
Золотые Бессмертные поспешили ответить, что не смеют и помыслить о таком.
Тут же Юньчжунцзы достал драгоценный сосуд и поставил его рядом, затем подлетел к Ли Чаншоу, взял его за руку, и вместе они обратились в поток света, нырнув внутрь сосуда.
Толпа культиваторов мгновенно обступила их, но как бы они ни пытались разведать обстановку, не могли разглядеть внутри сосуда ни малейшей детали.
Спустя мгновение наружу вылетел луч света, приняв рядом облики Ли Чаншоу и Юньчжунцзы.
Юньчжунцзы нахмурился, погрузившись в раздумья, его пальцы непрестанно что-то высчитывали, но в конце концов он тяжело вздохнул:
— Это магическое сокровище я изготовить не в силах.
Окружающие в недоумении переглянулись.
Юньчжунцзы пробормотал:
— Это противоречит принципам создания артефактов и не соответствует смыслу методов Дао. Подобная вещь вообще не должна существовать в этом мире. С тех пор как я начал создавать артефакты, я выковал десятки тысяч сокровищ, но никогда прежде не встречал столь таинственной вещи. Великое Дао в своей основе просто, но в простоте сокрыта сложность… Не знаю, назвать ли это чудесным или же причудливым.
Главы шести сект учения Жэньцзяо, старейшины и ученики секты Дусяньмэнь, а также наблюдавшие за происходящим с помощью божественного чутья последователи трех учений замерли в изумлении.
Даже Юньчжунцзы, Золотой Бессмертный Добродетели из Юйсюйгуна, не может создать подделку?
Юньчжунцзы вздохнул, достал из корзины с цветами нефритовый талисман и протянул его Ли Чаншоу со словами:
— Сегодня я остался в долгу перед юным другом. Если в будущем возникнут дела, можешь найти меня с помощью этой вещи.
Ли Чаншоу принял талисман в ладони, понимая, что Юньчжунцзы делает это из уважения к Дафаши, решив на время поддержать его…
Он помнил, что во время Великого бедствия Обожествления Юньчжунцзы был одним из немногих мастеров трех учений, кто действительно заботился о жизни и смерти простых смертных.
Будучи Золотым Бессмертным учения Чань и зная, что небесная судьба учения велит поддержать царство Чжоу, он все же отправился в город Чжаогэ, чтобы поднести вану Чжоу деревянный меч для изгнания Дацзи, лишь бы избежать гибели живых существ.
В итоге этот Золотой Бессмертный Добродетели не попал в Список Обожествления исключительно благодаря своему глубокому благословению…
Использовать принцип цзин-дянь пин-би1, чтобы заставить старого небожителя усомниться в собственном мастерстве создания артефактов… не слишком ли это… непорядочно…
Но Ли Чаншоу не мог этого объяснить, он и сам знал лишь азы, ведь он не был перерождением великого бессмертного Фарадея или воплощением Золотого Бессмертного Шрёдингера.
— Ну и ладно! — Юньчжунцзы тихо рассмеялся с легкой грустью на лице, развернулся и, не переставая качать головой и вздыхать, улетел в облака, держа свою корзину.
На самом деле, когда Юньчжунцзы поручился за него, заявив, что принцип устройства этой вещи непостижим и подделать ее невозможно, а также открыто признал свой долг перед Ли Чаншоу, взяв его под защиту, прочие бессмертные уже не стали бы чинить препятствий…
Но для Ли Чаншоу этого было далеко не достаточно.
Стоило Юньчжунцзы уйти, как Ли Чаншоу слегка вздохнул и небрежно призвал две клетки Фа-е. Сжимая их в руках, он тяжело промолвил:
— Все беды из-за вас, я разочаровал старших, в том моя вина.
С этими словами в его руках всплеснула магическая сила, и обе клетки одновременно разлетелись на куски.
Окружающие бессмертные никак не ожидали от него подобного, но Ли Чаншоу действовал слишком быстро, и даже с их высоким уровнем культивации они не успели помешать.
— Ой! Нельзя так! Оставил бы себе! — вскричал Цзи Ую.
— Чаншоу, не губи такое редкое сокровище!
— Вот это да!
— Чаншоу!
На лице Ли Чаншоу отразилась решимость, он выбросил десятки амулетов, извергнувших море магического пламени, которое в мгновение ока поглотило разбросанные обломки клеток…
Вскоре на земле осталась лишь горстка пепла.
Эти две клетки Фа-е, чья стоимость едва ли превышала сотню духовных камней, превратились в прах от легкого встряхивания Ли Чаншоу, и пепел развеялся по ветру… не оставив после себя и следа.
Ли Чаншоу совершил даосский поклон в сторону старших и произнес:
— Прошу почтенных старших простить мне мою дерзость. Мое душевное равновесие поколеблено, я удаляюсь для медитации, чтобы успокоить сердце.
Сказав это, он сел рядом с Сюн Линли и, закрыв глаза, сосредоточился, изо всех сил сдерживая свою ауру, чтобы противостоять многочисленным попыткам разведать его состояние с помощью божественного чутья.
С другой стороны, пять глав сект учения Жэньцзяо чувствовали себя довольно неловко. Они хотели бы подойти к нему, но не решались, а потому направились к Цзи Ую.
— Ую-шиди, в этот раз мы провинились перед вами, — старая женщина достала два артефакта для хранения и с помощью бессмертной силы передала их. — Пусть это послужит извинением для твоего юного ученика.
— Мы лишь хотели взглянуть, и никак не думали, что это приведет к уничтожению вещи, необходимой юному другу Чаншоу для преодоления бедствия. Эти несколько сокровищ — наше искупление.
— Ую-шиди, позже обязательно приведи племянника Чаншоу в нашу секту Сяояосяньцзун в гости.
— Вот здесь два сокровища, способных защитить душу во время Небесного бедствия. Пусть они не сравнятся с той клеткой, но послужат компенсацией.
Цзи Ую не стал отказываться и, нахмурившись с видом некоторого пренебрежения, принял все это от имени Ли Чаншоу.
Пятеро глав сект учения Жэньцзяо не стали задерживаться и, вручив подношения, поспешно попрощались…
Ли Чаншоу почувствовал, как изучавшее его божественное чутье быстро отступает, и в душе испытал легкое облегчение.
Таким образом, клетки Фа-е больше не представляли серьезной угрозы, хотя расслабляться было еще рано.
Когда шибо Цзю У принес извинения от пяти глав сект, Ли Чаншоу принял их с тем же хмурым видом, низко опустив голову и вздохнув…
В актерской игре важно постоянство, и сейчас нужно было сохранять выражение лица человека, понесшего огромные убытки.
На самом же деле…
Его личное достояние внезапно значительно выросло: только что, находясь в сосуде, старший Юньчжунцзы одарил его добрым десятком безделушек уровня линбао, а также одной вещицей уровня хоутянь линбао…
Все это были вещи, которые Юньчжунцзы ковал просто так и раздавал по случаю.
В сравнении с изделиями старшего Юньчжунцзы, подношения от глав сект, разумеется, меркли, однако те два артефакта для защиты души в период бедствия были весьма редкими.
Подарочный набор Линъэ для преодоления бедствия мгновенно стал еще богаче…
Хм? В душе внезапно возникло предчувствие, словно пришедшее из храма Морского Бога в Южном море.
Ли Чаншоу направил часть своего сознания в отозвавшиеся главные статуи храма и тотчас «увидел» знакомый могучий силуэт, переступающий порог ворот.
И что это Чжао-дае снова сюда пришел?
И не один, он притащил с собой девушку, без умолку твердя ей:
— Мэймэй, послушай меня, этот Морской Бог невероятно мудр. Если он согласится, твой гэгэ обучит тебя чудесному способу бить людей так, чтобы они и слова в ответ сказать не смели!
- Цзин-дянь пин-би (静电屏蔽, jìngdiàn píngbì) — физический принцип электростатического экранирования, примененный Ли Чаншоу. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
