Глава сто восемьдесят шестая. Ответ не может быть настолько простым!
Промелькнула золотая вспышка, и юноша из рода драконов с рогами на голове, облаченный в парчовое одеяние, снова появился у драгоценного пруда, пребывая в некотором оцепенении.
Брат Чаншоу…
Нет, брат-глава, неужели ты уже настолько пугающе хорош в заведении друзей, что это даже драконов страшит?
Стоило Ао И вспомнить, как в пещере наставника он несколько раз терял самообладание от потрясения, его лицо тут же залило краской смущения…
Подул легкий морской бриз, принося с собой слабый солоноватый запах рыбы.
Ао И слегка качнул головой, и в его мыслях невольно всплыл увиденный издалека образ той шицзе, ее статная красота и исполненные достоинства манеры.
Ао И с детства рос среди прекрасных дев. Для морского народа, попадавшего в драконий дворец, характер и внутреннее содержание не имели значения — все они обязаны были обладать превосходной внешностью после принятия человеческого облика.
Но даже при этом Ао И, лишь мельком увидев ту шицзе, ощутил сильное потрясение…
Что еще более удивительно!
«Брат-глава умудрился привлечь внимание и заботу этой шицзе!»
Все верно, на этот раз его наставник Уюнь-дасянь позвал его к себе вовсе не по важному делу, а лишь для того, чтобы расспросить о предпочтениях главы секты Морского Бога.
Разумеется, спрашивал не наставник. Первое воплощение наставника — сам этот огромный остров, а второе воплощение служит во дворце Бию. Если глава не прибудет на остров Цзиньао, наставнику не доведется пересечься с его братом-главой.
Расспрашивала та самая шицзе, самая загадочная и редко появляющаяся на публике из восьми великих учеников святого наставника учения Цзе…
Старшая из трех сестер Сяо, Юньсяо-сяньцзы!
«Как же они с… кхм, связались?»
Ао И в раздумьях нахмурился, глядя на мелкую рябь, поднятую ветром на поверхности пруда, и долго не мог прийти в себя.
Эх, глава воистину достоин своего звания!
Еще не достигнув бессмертия, он уже удостоился признания Великого архимага Сюаньду из учения Людей, а теперь получил заботу от самой таинственной из трех сестер Сяо — Юньсяо-сяньцзы.
По словам наставника, Юньсяо-шицзе задолжала главе услугу и хотела преподнести ему подарок, чтобы таким образом разорвать кармическую связь инго1.
Это…
Неужели они считают, что драконы настолько прямолинейны и их легко обвести вокруг пальца?
Ао И про себя усмехнулся.
Конечно, будь он собой прежним, образца десятилетней давности, его, возможно, и удалось бы одурачить.
Но теперь он, Ао И, уже столько времени следует за главой, что давно научился видеть за внешней стороной вещей их глубинный смысл!
Если бы она просто задолжала главе, разве нельзя было бы покончить с этим, подарив любой артефакт Позднего Неба?
Но эта Юньсяо-сяньцзы специально прибыла на остров Цзиньао, чтобы расспросить его — «второго принца драконьего дворца и малозаметную фигуру в учении Цзе» — о привычках и характере главы секты Морского Бога в Южном море, а также о том, есть ли у него какие-то особо любимые сокровища…
Подобное внимание не могло не навести дракона на определенные мысли.
Однако вопрос, заданный Юньсяо-шицзе, действительно поставил Ао И в тупик.
Он и впрямь не знал, что любит глава, и эта загадка давно его беспокоила.
Женская красота?
Глава к ней безразличен. К тому же рядом с ним есть прекрасная внешне и душой шимэй, с которой они выросли вместе.
Если бы глава был падок на красоту, разве сейчас подле него не было бы в избытке дочерей драконов и морских дев?
В роду драконов полно никчемных бездельников цзюнан фаньдай2, которые ни на что не годны, кроме распутства, и в этой области они накопили огромный «капитал».
Заслуги?
У главы их в достатке. Глава — доверенное лицо Великого архимага учения Людей в делах накопления заслуг, и тех благодатных заслуг от подношений, что он получает в секте Морского Бога, наверняка больше, чем у него, второго главы.
Сокровища?
Это и вовсе смешно.
Разве учение Людей испытывает нужду в сокровищах?
Преподносить брату-главе, уже получившему признание Великого архимага учения Людей, те артефакты, на которые даже они, драконы, смотрят с пренебрежением — не значит ли это навлечь на себя позор?
Поэтому Ао И, тщательно взвесив всё, ответил именно то, что было у него на душе.
За исключением того, что было ограничено клятвой Великого Дао — нельзя было раскрывать, что брат-глава является учеником врат Дусянь по имени Ли Чаншоу — во всем остальном он не скрыл ничего, это были искренние слова Ао И…
Он сказал:
— Докладываю шишу, мой глава учтив и покладист, мудр и находчив, и я тоже не знаю его конкретных предпочтений. Мой глава — человек праведный, всегда готовый прийти на помощь ради справедливости. Он искусен в военном деле, в планировании и расстановке сил, и уже не раз оказывал великие милости роду драконов. На самом деле, не только вы, шишу, желаете узнать о предпочтениях моего главы. Мой отец-ван тоже спрашивал об этом, а моя мать-нян хотела подарить различные редкие сокровища, служанок и обители, но я всё это пресек. Глава моей секты Морского Бога — человек высоких нравов, как можно осквернять его подобными мирскими вещами?
Ао И видел…
Выслушав этот ответ, наставник Уюнь-дасянь с улыбкой погладил бороду и слегка кивнул.
Та шицзе, Юньсяо-сяньцзы, тоже улыбнулась, казалось, оставшись весьма довольной его словами.
Затем наставник спросил, в каких божественных способностях силен брат-глава и какими магическими сокровищами он обычно пользуется.
Ао И, немного подумав, ответил:
— Глава следует по пути Дао не так уж долго, но, будучи молодым, уже удостоился признания и важных поручений от высокого мастера учения Людей — Великого архимага Сюаньду. Он искусен в магических построениях и однажды с их помощью пленил… мастеров, чье развитие превосходило его на немыслимое количество ступеней. Его талант в этом деле невероятно высок, он очень силен. Также он мастер в техниках побега. Он даже давал мне советы по улучшению водного и воздушного перемещения, и глубина его суждений такова, что даже многие мастера рода драконов не могут с ним сравниться! Кроме того, мой глава сведущ в игре на цине, шахматах, каллиграфии и живописи, особенно же поразительно его мастерство в создании картин!
Тогда, дослушав его рассказ, наставник вдруг негромко рассмеялся и сказал, что Ао И превозносит главу до небес.
Но разве это было преувеличением?
Все это он видел собственными глазами, в этом он убедился лично!
Конечно, Ао И не мог перечить наставнику и не смел с ним спорить, поэтому лишь добавил:
— С моей точки зрения, мой глава, должно быть, самый талантливый и поэтичный… мужчина среди людей.
А после этого наставник выставил его из пещеры прямо сюда…
Было ли в этом преувеличение?
Ведь это чистая правда!
Хотя его род драконов горд и самоуверен, они редко прибегают к хвастовству, особенно учитывая, что брат-глава родом из людей.
Если хорошенько подумать, в этих словах ведь не было раскрыто лишней информации?
Поразмыслив еще немного, Ао И вспомнил об одном деле и невольно пробормотал про себя…
Через полмесяца он возьмет Сысы и отправится во врата Дусянь, чтобы навестить главу и развлечься. Если бы ему удалось узнать, что любит глава, и подготовить для него достойный подарок от рода драконов, разве не было бы это прекрасным поступком?
Что же любит глава?
— Но ведь нельзя же об этом спросить напрямую.
***
- Иньго (因果, yīnguǒ) — кармическая причинно-следственная связь, долг, возникший в результате прошлых действий. ↩︎
- Цзюнан фаньдай (酒囊饭袋, jiǔnáng fàndài) — «винные мехи и мешки для риса», образное выражение для бесполезных людей, умеющих лишь есть и пить. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
