Глава двести шестидесятая. Выбор места для преодоления невзгод (часть 2)
‘Интересно, как там реинкарнация шибо1?’
На пике Сяоцюн, в травяной хижине у озера, Линъэ, переодевшаяся в белоснежное тренировочное одеяние, открыла глаза на молитвенном коврике, пребывая в легком оцепенении.
Старший брат и шишу отправились в Дифу2 больше месяца назад, и до сих пор от них не было вестей.
Линъэ, разумеется, не беспокоилась, что старший брат и шишу вдруг решат сбежать вдвоем. В конце концов, наружу отправился лишь бумажный даос старшего брата, а его истинное тело в это время наверняка пряталось в каком-нибудь углу алхимической.
Нет, не так…
Если рассуждать с позиции «даже я могу до этого догадаться, неужели старший брат не предусмотрел бы такое», то вполне возможно, что истинного тела старшего брата вовсе нет в алхимической!
Все это — лишь ложные образы и таинственный морок!
— Хм-хм, — уголки губ Линъэ слегка приподнялись, и в душе она почувствовала необъяснимую гордость.
Именно в этот миг в ее уши проникла нить голосовой передачи:
— Зайди в алхимическую, мне нужно дать тебе пару наставлений.
— Ой, хорошо, — боевой дух Линъэ мгновенно улетучился, и она тихо прошептала: — Старший брат, я сейчас приду. Я как раз только что закончила практику… так сказать.
— Мгм, — отозвался Ли Чаншоу, и эта нить божественного сознания тут же исчезла.
Линъэ с облегчением выдохнула и поднялась с коврика. Даже просторное тренировочное одеяние не могло скрыть ее изящный и стройный стан.
Сначала она подошла к туалетному столику, чтобы проверить свой наряд, и прижала деревянным гребнем драгоценный мешочек с бумажным даосом старшего брата, лежащий перед зеркалом.
Только после этого она зашла за ширму, переоделась в любимое длинное платье и на облаке поспешила к алхимической.
Едва увидев старшего брата, Линъэ почувствовала, что сегодня с ним что-то не так…
Она поспешно спросила:
— Старший брат, неужели у шишу Цзю возникли неприятности?
Ли Чаншоу улыбнулся:
— Вовсе нет, не стоит волноваться. Шишу и мое воплощение уже на обратном пути, через полчаса они прибудут к воротам школы. Шишу вот-вот совершит прорыв и станет Небесным бессмертным, поэтому они немного задержались. С реинкарнацией шибо Вань Цзянъюя тоже все улажено. Прорыв шишу еще не завершен окончательно, по возвращении в горы она уйдет в затворничество, чтобы закрепить достигнутую ступень, так что ты в ближайшее время тоже сможешь спокойно заниматься практикой.
Линъэ моргнула и тихо спросила:
— Старший брат… что-то случилось?
Ли Чаншоу посмотрел на стоявшую перед ним девушку, заметил тревогу и смятение в ее осенних очах и мягко произнес:
— Мне предстоит рискнуть в одном деле. Вероятность успеха превышает девяносто процентов, так что тебе не о чем беспокоиться. Просто ради предосторожности я хочу поручить тебе кое-какие дела, чтобы ты не волновалась, если я вдруг задержусь с возвращением…
Линъэ слегка прикусила губу, и тревога в ее глазах стала еще глубже:
— Старший брат, если это опасно, разве нельзя просто не ходить?
Ли Чаншоу усмехнулся:
— Линъэ, знаешь ли ты, что в нашем Учении Людей есть такой мастер — Архимаг Сюаньду?
Линъэ моргнула, не понимая, к чему он это клонит, но быстро ответила:
— Конечно знаю. Это единственный ученик нашего Владыки Святого, один из немногих мастеров, стоящих сразу подле Святых. Его еще называют старшим братом-соучеником врат Дао…
— В этот раз я буду действовать вместе с Архимагом, — сказал Ли Чаншоу. — Хотя определенный риск все же есть, но когда рядом Архимаг, опасность уже не так велика. Я позвал тебя, чтобы дать наставления лишь из соображений надежности. Возможно, в этот раз меня не будет довольно долго, и боюсь, я не успею к твоему испытанию по восхождению в ранг бессмертных, так что не думай лишнего.
Линъэ с облегчением вздохнула, и большая часть тревоги в ее взгляде рассеялась…
Слова Ли Чаншоу, разумеется, не были ложью.
Однако в деле преодоления невзгод в конечном счете приходится полагаться только на себя. Каким бы сильным ни был Архимаг, он не сможет помочь выстоять под ударами Небесной кары…
По крайней мере, исходя из здравого смысла, это было маловероятно.
К тому же Ли Чаншоу опасался, что после его собственного успешного преодоления невзгод может произойти нечто вроде вознесения. Если он не уладит домашние дела сейчас, то потом ему придется на них отвлекаться.
Ли Чаншоу взмахнул рукой и достал две парчовые шкатулки, серьезно промолвив:
— В этих двух шкатулках приготовлено то, что понадобится тебе для преодоления невзгод. Внутри два драгоценных мешочка, в каждом из которых еще по нескольку десятков мешочков, а также подробная инструкция по применению. Когда достигнешь седьмой ступени стадии Возвращения к Дао, если я еще не вернусь, сама открой эти шкатулки и готовься к испытанию.
Несколько десятков…
Линъэ приняла шкатулки, едва сдерживая желание съязвить.
Неужели старший брат подготовил вещи для защиты, исходя из того, что каждый удар ее небесной кары будет Божественной молнией Цзысяо?
Увидев на шкатулках начертанные бессмертной силой иероглифы «Пин» и «Ань», означающие спокойствие и безопасность, Линъэ почувствовала, как на душе стало тепло и радостно. Она прижала шкатулки к груди и тихо сказала:
— Спасибо, старший брат.
— Мгм, — Ли Чаншоу с улыбкой кивнул. — Помни, ни в коем случае не относись к этому пренебрежительно.
Лицо Линъэ стало предельно серьезным, и она несколько раз кивнула в знак согласия.
Когда Линъэ вернулась в хижину у озера, Ли Чаншоу позвал Сюн Линли и временно поручил ей присматривать за загоном для духовных зверей, духовными деревьями и базой по выращиванию бессмертных бобов.
Во время преодоления невзгод и постижения Дао Ли Чаншоу хотел полностью сосредоточиться и не мог позволить себе отвлекаться.
Позже, когда бумажный даос и Цзю Цзю вернулись в секту, он проводил Цзю Цзю на пик Потянь для затворничества, а бумажный даос попутно навестил шишу Цзю У…
Вернувшись с пика Потянь, Ли Чаншоу убрал бумажного даоса. Его истинное тело навестило учителя, а затем он на некоторое время заглянул к старцу Вань Линьцзюню.
В сердце больше не осталось лишних привязанностей.
Ли Чаншоу прибегнул к старому трюку: его истинное тело применило технику изменения формы и проскользнуло в скрытую нишу на спине бумажного даоса, которого, в свою очередь, подобрал другой бумажный даос и спрятал в рукаве…
Если он встретит сильного врага до воссоединения с Архимагом, у него будет высокий шанс спастись.
Вслед за этим Ли Чаншоу бесшумно ушел под землю, покинул секту Дусянь через малый массив одностороннего перемещения по земным жилам и поспешил к заранее выбранному месту преодоления невзгод.
Когда Ли Чаншоу проходил испытание для становления бессмертным, он выбрал место на окраине мирского света.
Главным соображением было то, что если до или после испытания нагрянут враги, он сможет сразу скрыться в мире смертных, к тому же на окраинах мирского света практикующих алхимиков было сравнительно мало.
Но теперь ему предстояло испытание Золотого бессмертного. С помощью Архимага в качестве стража уровень внешней безопасности был высок; к тому же мощь испытания Золотого бессмертного непредсказуема, и нельзя было снова отправляться к границам мирского света, чтобы не задеть простых людей и не умножить кармические препятствия.
Поэтому он отыскал довольно глухое место на Восточном континенте Шэншэнь.
Это место находилось в шестидесяти тысячах ли к северо-западу от секты Дусянь. Земли там были скудными, лишенными духовных жил, поэтому в радиусе десяти тысяч ли не было никаких бессмертных сект — лишь бесконечная череда пустынных гор, где обитали мелкие демоны.
Идеальная площадка для преодоления невзгод.
Десять лет назад Ли Чаншоу поручил бумажным даосам начать здесь тайные приготовления, а также разведать обстановку среди местных демонов.
Ближе всего к выбранной им пустынной горе — в нескольких сотнях ли — находилось логово черных леопардов. Самый сильный из них еще даже не мог принимать человеческий облик, так что для него они не представляли ни малейшей угрозы…
Когда истинное тело прибыло на место, Ли Чаншоу приступил к последним приготовлениям перед началом испытания.
Сперва он отправился на соседний пик и в густой лесной чащобе выкопал магическую птичью клетку, на создание которой потратил множество драгоценных материалов.
Увеличенная и усиленная версия!
Перетащив эту птичью клетку высотой в десять чжанов на вершину пика, он соединил ее с земными жилами.
Если во время испытания он почувствует, что силы на исходе, то с большой вероятностью сможет с помощью этой штуки ослабить мощь одного удара грозовой кары.
- Шибо¹ (师伯, shībó) — старший соученик учителя или старший брат учителя по секте. ↩︎
- Дифу² (地府, dìfǔ) — загробный мир, судилище для душ умерших в китайской мифологии. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
