Но это было поручение, данное самим господином святым, и Ли Чаншоу понимал, что невозможно пользоваться покровительством святого, не отдавая ничего взамен.
Риск, с которым предстояло столкнуться на этот раз, стал необходимым условием.
Все, что он мог сделать, — это приложить все усилия, чтобы превратить это испытание в возможность для собственного роста…
— Верховный маг, — произнес Ли Чаншоу, — на каком примерно уровне находится сила господина святого с Запада?
— Ну, — верховный маг немного задумался, поднял руку и указал на потолочную балку. Там проступили очертания Схемы Тайцзи, полностью накрыв это место защитным куполом.
Верховный маг серьезно произнес:
— Пользуясь случаем, я расскажу тебе о силе господ святых.
Когда Небо и Земля в Первозданном мире только открылись, существовал один сильнейший святой — великое божество Паньгу. Однако божество Паньгу приняло на себя карму сотворения мира, пожертвовав собой ради бесчисленных истинных духов в Море Хаоса, из чего и возник нынешний Первозданный мир.
Божество Паньгу обрело просветление прямо в Хаосе, достигнув ранга святого Хуньюань1 Уцзи Великого Дао. Он был единственным святым уровня Уцзи, известным в Первозданном мире.
Ныне учитель, двое моих дядей-наставников, а также дядя-наставник Цзеинь с Запада — все они прилагают усилия, чтобы двигаться в этом направлении…
Ли Чаншоу невольно удивился. Верховный маг упомянул лишь четверых святых, поэтому он спросил:
— А как же остальные двое господ святых?..
— Не спеши, слушай внимательно, как раз пришло время тебе об этом узнать.
Верховный маг отхлебнул чая и неспешно продолжил:
— После падения великого божества Паньгу Великое Дао проявилось в первоначальном мире напрямую. В те времена сильнейших существ, стремившихся занять место святого Великого Дао, было шестеро.
Среди этих шестерых тоже было деление на сильных и слабых. Предвоитель Дао Хунцзюнь и предводитель демонов Роху были сильнейшими, Изначальный Дракон и Изначальный Феникс — чуть слабее.
Имена еще двоих сильных существ были кем-то стерты из Великого Дао. По предположению учителя, это были выжившие врожденные боги и демоны, которых божество Паньгу не успел сразить при сотворении мира.
В то время трое господ нашего учения Дао практиковали недолго, и хотя их защищала благая заслуга сотворения мира, их уровень совершенствования был на шаг ниже тех шестерых.
За первой катастрофой драконов и фениксов стоял предводитель демонов Роху. Используя силу негодования живых существ, он насильственно захватывал их истинные духи для практики.
Когда великая битва драконов и фениксов закончилась и Первозданный мир раскололся, Роху внезапно оскалил клыки. Он хотел уничтожить Первозданный мир, чтобы вернуться к Великому Дао и найти свою возможность обрести просветление.
В тот момент выступил предок учения Дао, который до того скрытно практиковал и не вмешивался в дела мира. После великого сражения с Роху тот был повержен на нынешнем континенте Синюхэчжоу.
Из-за той битвы духовные корни и духовные вены Западного континента были полностью разрушены. Нынешний Синюхэчжоу — это плод великих магических сил предводителя Дао, который буквально собрал континент по кусочкам.
Ли Чаншоу кивнул. Подобных тайн не встретишь в древних свитках.
Верховный маг продолжил:
— Когда нынешние шестеро господ обретали святость в древности, двое дядей-наставников из учения Запада дали Великие обеты, чтобы позаимствовать благой заслуги у Небесного Дао и таким образом мгновенно стать святыми.
Самый важный из этих обетов — это не пустые слова о спасении всех живых существ, а возрождение Запада.
Сейчас двое дядей-наставников из учения Запада изо всех сил стараются сделать Запад великим и сильным, даже не гнушаясь никакими средствами, именно потому, что они задолжали Небесному Дао огромный долг причинности!
Ты считаешь, что использование свирепых зверей и рода демонов для создания смут, которым сейчас занимается учение Запада, — это слишком подло?
Ли Чаншоу моргнул. Неужели может быть что-то еще более возмутительное?
Верховный маг усмехнулся:
— В древние времена эти двое дядей-наставников выкапывали духовные корни Срединного континента, вытягивали духовную энергию из миров Великого Тысячелетия. Стоило им увидеть какое-нибудь сокровище или врожденное существо, они тут же говорили: «Я вижу, что у тебя есть судьба, связывающая тебя с моим Западом» или «Этот предмет связан судьбой с моим Западом», и силой уводили их к себе.
Если бы третий дядя-наставник не вышел тогда и не потряс четырьмя мечами Чжусянь, возможно, сейчас добрая половина бессмертных учения Цзе числилась бы «связанными судьбой с Западом»!
Ха-ха-ха-ха!
Это почти полностью совпадало с тем, что Ли Чаншоу знал сам.
Он спросил:
— Верховный маг, велика ли разница в силе между шестью господами святыми?
— Об этом трудно судить однозначно. Это зависит и от их мощи до обретения святости, и от того, какими Изначальными артефактами они владеют.
Верховный маг прочистил горло и с улыбкой в глазах продолжил:
— После той последней битвы в далекой древности наш предок учения Дао получил возможность стать святым.
Я слышал от учителя, что господин предводитель Дао мог бы силой прорваться сквозь Небесное Дао еще до того, как оно полностью проявилось, и достичь ранга святого Хуньюань Великого Дао. Но сделай он так — и Первозданный мир быстро бы распался…
Господин предводитель Дао отказался от ранга святого Великого Дао и с помощью Нефритовой скрижали Созидания усовершенствовал Небесное Дао. Он постепенно слился с ним, восполняя его недостатки и оберегая Первозданный мир и три тысячи миров.
Поэтому господин предводитель Дао одновременно и является святым, и не является им. Его можно назвать святым Небесного Дао, и это совершенно особый случай.
А шестеро господ святых — это ученики предводителя Дао, хотя двое дядей-наставников из учения Запада — всего лишь вольнослушатели.
В древности предводитель Дао в чертоге Цзысяо раздал нити Изначального пурпурного тумана2, что и стало шансом на обретение святости. В то время ближе всех к уровню святого Великого Дао был наш… кхм, мой учитель.
Учитель изначально не желал сливаться с этой нитью пурпурного тумана, но чтобы достичь ранга святого Великого Дао, нужно было прорваться сквозь преграду Небесного Дао, то есть пойти на прямое столкновение с предводителем Дао.
Учителю ничего не оставалось, как в момент, когда до цели не хватало лишь шага, слиться с пурпурным туманом, основать учение и стать святым.
По этой причине учитель почти не скован Небесным Дао и волен поступать как ему угодно. Учредив учение людей и чисто символически взяв меня в ученики, он умыл руки и перестал вмешиваться в дела.
По сравнению с учителем, уровни второго и третьего дядей-наставников примерно равны и лишь немногим слабее, поэтому их зависимость от Небесного Дао тоже невелика.
В конце концов, у них у всех есть благая заслуга сотворения мира.
Дядя-наставник Цзеинь из учения Запада по уровню личного совершенствования, должно быть, равен им двоим.
Однако у дяди-наставника Цзеиня нет ни великих артефактов разрушения, подобных четырем мечам Чжусянь или Знамени Паньгу, ни защитных сокровищ, подобных Схеме Тайцзи или Башне Сюаньхуан. Поэтому его сила на ступень ниже.
У Святой матери есть Красный вышитый шар: святой от него получит рану, а Великий золотой бессмертный погибнет от одного касания. Хотя Святая матерь обрела статус во многом благодаря благой заслуге, ее общая сила лишь на полшага уступает силе дяди-наставника Цзеиня.
Есть еще дядя-наставник Сифан Чжуньти…
Ли Чаншоу поспешно вставил:
— Если мы в этот раз столкнемся с господином святым, боюсь, это будет именно он.
Верховный маг задумчиво хмыкнул и произнес:
— М-м, Дерево Семи Сокровищ дяди-наставника Сифан Чжуньти по-своему уникально.
Впрочем… тебе не стоит бояться, просто делай то, что должен.
У Ли Чаншоу на душе немного прояснилось.
Похоже, снова настал момент проверить его навыки побега…
***
Тем временем в Восточном дворце драконов.
Только что вернувшийся Ао И не терял ни минуты. Передав командование войсками, он поспешил в свои покои.
Сняв доспехи и отослав служанок, он подошел к письменному столу, вырезанному из цельного куска нефрита в углу комнаты, и медленно развернул свиток.
Это…
Это же!
— Э-э, «Канон Благоразумия»? Автор неизвестен?
Ао И моргнул и, решив попробовать, сосредоточенно принялся за чтение.
Приложение: «Канон Благоразумия»
— Первозданный мир, Аноним.
Жизнь летит быстро, не лезь в чужие дела; путь твой тверд, а в борьбе впереди лишь трудности.
Встретив несправедливость, надейся на свои силы; столкнувшись с бедой, не замыкайся в себе.
Много друзей — не избежать хлопот; мало друзей — меньше случайных бед.
Не наживай врагов, ведь вражда опасна; если наносишь удар первым, обязательно развей прах.
Ищи опору, держись за сильных; не будь самоуверен, но и не принижай себя.
Личные желания — корень всех бед; смирись с судьбой, а потом совершенствуйся.
Путь впереди, шагай осторожно; чаще оглядывайся, иначе беды не закончатся.
Сокровища хороши, но не захватывай их силой; истина Дао в том, чтобы взрастить плод просветления.
Вступив на ложный путь, отступление станет продвижением; встретив возможность, получи ее через расчет.
В прошлом некий Хун был добряком, но в итоге пал жертвой интриг — как же это печально.
Был наставник демонов, мастер интриг — получил по голове и угодил в котел.
Боги воды и огня поддались на провокацию — небесный столп пал, и жизни пришел конец.
Таинственная черепаха Северного континента жила в покое, не знала, как спрятаться, и попала в беду.
Куафу погиб, И сбил солнца — все обратились в прах, пав в великой катастрофе.
Прежние предки ведьм обладали силой, способной спорить с небом, но из-за недостатка осторожности лишь горько пали.
Прежние императоры демонов никого не ставили ни во что, действовали жестоко, и в итоге им было негде укрыться.
С древних времен и до наших дней сильных было много, но сколько их осталось к сегодняшнему дню?
Роды драконов и фениксов были недовольны судьбой, яростно сражались за удачу и пришли к упадку.
Позже ведьмы и демоны разделили Небо и Землю, поддались на провокации и все потерпели поражение.
Ныне поднялся род людей, славя ритуалы и музыку; им помогают мудрецы, и среди них много бессмертных мужей.
Нашему поколению следует избегать неудач, тогда путь бессмертия будет полным, а плоды Дао — обильными.
Живи в мире и благоденствии, помышляй о бедах и горестях, будь в делах осмотрителен, отвергай ин-го1.
Тот, кто выставляется напоказ, непременно будет прижат; не рассуждай о заслугах, лишь блюди свой долг.
Избегай небесных невзгод, владея переменами; уклоняйся от бед людских, не оставляя за собой котла.
Будь учтив с предшественниками, чти ушедших, уважай святых и сильных, копи гун-дэ2.
Прилежно возжигай благовония, рьяно взращивай себя; обретя вечную жизнь, не смей лениться.
Дао бесконечен, у сердца есть предел; ступай по твердой тропе, не зная пустоты.
Чем путанее мысли, тем трудней достичь совершенства; привязанностей не должно быть много.
Ныне, внимая Дао, встречаешь много тягот; пусть Канон Незыблемости всегда будет под рукой.
- ин-го (因果, yīnguǒ) — причинно-следственная связь, кармическая зависимость. ↩︎
- гун-дэ (功德, gōngdé) — духовные заслуги, добродетельные деяния. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
