В этом цикле все были предельно осторожны, включая Ли Шицин.
Когда она села позади водителя, тот даже не заметил, что на свободном месте сзади появился человек.
Стоило автобусу миновать перекрёсток с бензовозом, как сяогэ первым перешёл к делу.
На этот раз у него было больше опыта: он заранее одолжил у парня в маске куртку, в которую тот кутал котёнка, и, проходя мимо неё, одним махом накинул одежду ей на голову.
— Что ты творишь!
Взгляд Хуаи Дашэнь, прикованный к окну, внезапно заслонила упавшая сверху куртка. Она инстинктивно потянулась к своему пластиковому пакету, но крепкий мужчина перехватил её руки и буквально выдернул её из сиденья.
Сяогэ, воспользовавшись моментом, вытащил из её кармана нож и вместе с мужчиной прижал её к полу автобуса.
— А потом? Что делать дальше?
Парень в маске знал, что в скороварке бомба, и, дрожа от страха, вытащил пакет из-под сиденья. Взять его в руки он не решался и просто сидел на корточках рядом, совершенно растерянный.
Пассажиры оцепенели, не понимая, что происходит, но никто не решался спросить.
— Послушай, парень, даже если у неё нож, нельзя же так человека скручивать…
Яоши-дашу внимательно присмотрелся и, решив, что сяогэ не похож на злодея, не удержался и снова пустил в ход своё «красноречие»: — Если они в чём-то виноваты, разбирайтесь сами, но дайте нам сначала выйти, а?
За несколько циклов сяогэ больше всего возненавидел именно этого Яоши-дашу: толку от него никакого, зато болтовни больше всех. Когда случается беда, он громче всех призывает других вмешаться, а сам удирает быстрее всех, жалея, что у него нет ещё пары ног.
Видя, что тот собирается продолжить свои причитания, сяогэ нахмурился и резко оборвал его:
— Тебя это не касается, не ворчи!
Яоши-дашу, которого так грубо заткнули, помрачнел. Он уже собирался что-то возразить, но наткнулся на угрожающий взгляд прикрикнувшего на него сяогэ.
В этом взгляде сквозило нетерпение и решительная жестокость, не говоря уже о том, что в руке он всё ещё сжимал нож, отобранный у Хуаи Дашэнь.
Яоши-дашу так перепугался, что слова застряли у него в горле.
Он столько болтал и за все эти годы не нажил себе проблем лишь потому, что прекрасно знал, с кем можно связываться, а с кем — не стоит. В этот раз он не посмел больше проронить ни слова и послушно вжался в сиденье.
Всё произошло слишком быстро, водитель успел лишь мельком оглянуться.
Одним мимолётным взглядом он увидел, как парень и здоровяк прижали его жену к полу, но понять, что именно происходит, было невозможно.
В душе у него поселилось дурное предчувствие. Оглянувшись, он отвернулся и сделал вид, будто ничего не знает, продолжая вести автобус.
Однако следующие слова сяогэ лишили его последней надежды на авось.
— Ван Синдэ, твоя жена у нас в руках, и скороварка тоже. Остановись сейчас же и прижмись к обочине, у тебя ещё есть шанс всё исправить.
Сяогэ не стал убирать куртку с лица Хуаи Дашэнь, а лишь прокричал это водителю.
— Полиция не позволит вам осуществить ваш план! Пока всё не зашло слишком далеко, сдайся добровольно!
Услышав, что пассажир, скрувивший его жену, не только назвал его по имени, но и выдал их самую сокровенную тайну, Ван Синдэ почувствовал, как в голове загудело. Сердце забилось словно барабан, и он едва не выпустил руль из рук.
— Как вы узнали?
Хуаи Дашэнь, прижатая к полу, не видела, что происходит из-за накинутой куртки, но поняла, что их раскрыли. Её голос, прозвучавший из-под одежды, был зловещим.
— Мы никому об этом не рассказывали.
Сяогэ даже не собирался ей отвечать. Он лишь напряжённо смотрел на Ли Шицин, сидевшую впереди.
Всё, что было в его силах, он уже сделал. Теперь всё зависело от того, как проявит себя Ли Шицин.
Тот же вопрос не давал покоя и водителю Ван Синдэ.
«Как они узнали?»
«Неужели за нами следили уже давно?»
«Кто этот парень? Неужели в автобусе одни переодетые полицейские?»
Хотя он продолжал вести машину по инерции, в голове у него всё перемешалось. Внезапные и странные перемены в автобусе заставили его почувствовать, что всё идёт наперекосяк. Мысли теснились одна за другой.
«Даже если в автобусе полиция, они ничего не смогут с нами сделать…»
Внезапное происшествие мешало ему трезво мыслить, к тому же он никогда не отличался особой проницательностью. «Они сейчас в моём автобусе, и здесь всё решаю я».
«Мне просто нужно въехать на мост до 13:45, и всё закончится», — думал он. «Да, стоит мне только оказаться на мосту и заблокировать двери, как им будет некуда деться».
«Через несколько минут бомба взорвётся. На мосту полно машин, они нас не остановят…»
Прямолинейное заявление сяогэ окончательно расшатало и без того натянутые нервы Ван Синдэ.
Чтобы избежать лишних осложнений, Ван Синдэ сильнее нажал на педаль газа и, выжав из автобуса всю мощь, устремился прямиком к мосту.
— Ой-ёй!
От резкого ускорения автобуса многих пассажиров качнуло в сторону, и они испуганно закричали.
— Да помедленнее ты едь!
Парень в маске, которому поручили присматривать за скороваркой, перепугался больше всех. Когда автобус резко рванул вперёд, он в смятении прижал пакет к полу, стараясь удержать его на месте: он до смерти боялся, что от тряски скороварка может взлететь на воздух.
Несущийся напролом автобус быстро миновал въезд на мост и вклинился в общий поток машин. Увидев летящий на огромной скорости транспорт, водители, чинно ожидавшие своей очереди на въезде, поспешили разъехаться в стороны, уступая дорогу мчащемуся впереди всех автобусу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
