Не дослушав его, Лу Чжо взял Вэй Жао за руку и, миновав Хань Ляо, направился вглубь дворцовых ворот.
Хань Ляо не заслуживал ни видеть лица Вэй Жао, ни того, чтобы она тратила на него слова.
Вэй Жао поняла намек Лу Чжо и пошла вперед, не оборачиваясь.
Супруги шли бок о бок: один — стройный, точно благородный бамбук, другая — изящная, словно гибкая лоза. Хань Ляо замер у ворот, провожая взглядом спину Вэй Жао и слегка прищурившись. То, как Вэй Жао вела себя с Лу Чжо до свадьбы — то швыряла чайную чашу, то заставляла его лезть в воду за лекарственными травами, — вызывало у других женщин пересуды о её неблагопристойности. Но в сердце Хань Ляо огонь лишь разгорался всё жарче. Вэй Жао казалась ему истинной сяньцзы — не только прекрасной лицом, но и взирающей на простых смертных с высокомерным пренебрежением. Но чем сильнее это проявлялось, тем нестерпимее ему хотелось заполучить её в свои руки и собственноручно уничтожить всё её высокомерие.
— В будущем, если встретишь его, не нужно даже заговаривать с ним, — на некотором отдалении от ворот с недовольным видом наставлял Лу Чжо.
Вэй Жао кивнула, а затем с любопытством спросила:
— Я не жалую его из-за старшей двоюродной сестры, но неужели у тебя с ним есть какие-то старые счеты?
Когда-то они спорили из-за того, что Чжоу Хуэйчжэнь должна была выйти за Хань Ляо, но тогда речь шла не о самом Хань Ляо. И хотя тот был известен своим сластолюбием, Лу Чжо не стал бы пренебрегать даже обычным вежливым приветствием лишь по этой причине. Еще до того как она вышла из повозки и Хань Ляо успел подойти поближе, Лу Чжо уже проявил к нему явное неуважение.
Лицо Лу Чжо стало еще холоднее, и он вполголоса пояснил:
— Когда он обручился с твоей сестрой, он пытался завязать со мной беседу и в разговоре крайне непочтительно отзывался о вас, сестрах.
Вэй Жао нахмурилась. О том, какие слова могли вылететь из пасти этой собаки Хань Ляо, несложно было догадаться.
— Поэтому я и хотел через тебя убедить лаотай-цзюнь передумать, — Лу Чжо глубоко посмотрел на Вэй Жао. Тогда он еще не понимал, но теперь осознал, что уже в то время Вэй Жао была ему небезразлична, иначе с чего бы он стал вмешиваться в дела Чжоу Хуэйчжэнь.
Вэй Жао и не догадывалась, о чем он думает, полагая лишь, что Лу Чжо вновь подчеркивает: Хань Ляо — не пара для её сестры. Ей и самой было неловко за выбор старшей двоюродной сестры, но в тех обстоятельствах у вайцзуму не оставалось иного выхода.
— Дети — это долги родителям1, когда доживешь до возраста вайцзуму, сама поймешь, — они уже спорили об этом однажды, и сейчас Вэй Жао не желала продолжать.
Лу Чжо лишь рассмешило её рассудительное, не по годам серьезное лицо. Он поддразнил её:
— Цзюньчжу уже так скоро хочет, чтобы я начал выплачивать эти долги?
Вэй Жао в недоумении склонила голову, но тут же все поняла, и её лицо мгновенно залил румянец.
После этой заминки мысли о Хань Ляо улетели далеко за горизонт.
Гуйфей-няннян жила во дворце Чжаонин.
Когда слуги привели Лу Чжо и Вэй Жао во дворец Чжаонин, они обнаружили, что там находится и четвертый принц.
Четвертому принцу в этом году исполнилось шесть лет. Еще в прошлом году во время встречи во временном дворце Вэй Жао заметила, что диди стал намного рассудительнее и строже соблюдает приличия. Теперь же, прожив в главном дворце полгода, он, казалось, окончательно утратил детскую наивность. Каждое его движение, каждый жест выдавали в нем принца, с малых лет воспитанного в императорских покоях, — он казался не по годам взрослым.
— Подданный приветствует Ваше Высочество, — Лу Чжо почтительно поклонился четвертому принцу.
Четвертый принц кивнул, велел оставить церемонии и, когда его взгляд упал на лицо Вэй Жао, наконец улыбнулся:
— Цзецзе и шицзы, подождите немного, муфэй сейчас придет.
Вэй Жао не спешила. Она присела рядом с диди и вполголоса спросила, привык ли он к жизни во дворце.
Четвертый принц поджал губки.
Ему не нравился императорский дворец: мало того что места мало, так еще и неприятных людей слишком много. Во дворце Чжаонин все было хорошо, но в других палатах маленькие евнухи и служанки обожали сплетничать. Четвертый принц наслушался много дурного о своей муфэй и цзецзе. Он очень злился и просил мать наказать их, но та лишь отвечала, что можно закрыть людям рты, но нельзя подчинить их сердца, и лучший способ — не обращать внимания и хранить чистую совесть.
Четвертый принц не совсем понимал это. Мать была мягкосердечна, поэтому он отправился за справедливостью к фухуану. Тот же сказал, что он принц, и если слуги совершают проступок, он вправе их наказать. Четвертый принц велел высечь двух служанок, но, видя собственными глазами, как те рыдают и кричат от боли, он сам почувствовал себя нехорошо.
Тогда фухуан нашел ему наставника, о котором говорили, что он очень строг. У четвертого принца внезапно появилось столько уроков, что он был слишком занят, чтобы бегать по императорскому саду и слушать сплетни…
Четвертый принц не успел поведать цзецзе о своих печалях, так как вышла младшая Чжоу-ши. Она лишь мельком взглянула на Лу Чжо и знаком велела Вэй Жао следовать за ней во внутренние покои.
Вэй Жао прикусила губу. Она догадывалась, что мать и вайцзуму, подобно фужэнь Ин-гогуна, будут расспрашивать её о том, делила ли она ложе с Лу Чжо.
Младшую Чжоу-ши это, разумеется, заботило — ведь от этого зависело счастье её дочери после свадьбы. Лу Чжо был так невыносим; если он даже в постели не сможет как следует ублажить её дочь, то какой смысл был выходить за него?
Младшая Чжоу-ши не просто интересовалась этим, её вопросы были куда откровеннее, чем у фужэнь Ин-гогуна. И в этом была вина самого Лу Чжо — кто же просил его вести себя так скверно во время первой свадьбы? В противном случае, учитывая его положение военного, младшая Чжоу-ши вряд ли бы так беспокоилась о его способностях.
Разумеется, за грехи Лу Чжо расплачиваться неловкостью пришлось Вэй Жао.
— Нян, ну почему вы совсем как вайцзуму! — воскликнула Вэй Жао, закрывая лицо руками.
Младшая Чжоу-ши ответила:
— Чепуха, а как иначе, если я дочь твоей вайцзуму?
Вэй Жао некуда было деться, и ей пришлось честно ответить на вопросы матери.
В это время во внешнем зале четвертый принц то поглядывал на Лу Чжо, то отводил глаза. Он изо всех сил старался казаться степенным, но из-за малых лет его смятение было слишком заметным.
— О чем печалится Ваше Высочество? — участливо спросил Лу Чжо.
Четвертый принц сердито посмотрел на него:
— Муфэй говорила, что раньше ты совсем не любил цзецзе и заставил её терпеть огромные обиды.
Лу Чжо почувствовал стыд и признал:
— Подданный и вправду заставил цзюньчжу терпеть обиды, но вовсе не оттого, что не испытывал симпатии.
Четвертый принц не поверил:
— Если ты любишь цзецзе, почему же доводишь её до слёз?
Лу Чжо горько усмехнулся:
— Ваше Высочество, вы кое-чего не знаете. Любить кого-то — всё равно что постигать науки. Кто-то постигает это сам, без учителей, а кто-то слишком глуп: любит всем сердцем, но не ведает, как это показать. Ваш покорный слуга как раз и есть тот самый «глупец».
Четвертый принц, видя его искренность, склонил голову набок и задумался:
— Это как если бы мне нравилась птица, но я выбрал неверный способ — запер её в клетке и тем самым погубил?
Лу Чжо с удивлением воззрился на шестилетнего ребенка перед собой.
Четвертый принц понял, что его сравнение верно, и взгляд его стал еще яростнее:
— Ты причинил боль моей цзецзе?
Лу Чжо поспешно ответил:
— Ваш покорный слуга не смел бы. Я лишь… лишь был косноязычен и ранил сердце цзюньчжу.
Четвертый принц гневно воскликнул:
— Ранить сердце тоже нельзя!
Лу Чжо подтвердил:
— Совершенно верно. Поэтому я уже осознал свою ошибку и впредь никогда не позволю цзюньчжу страдать.
Во внутренних покоях Вэй Жао и её мать, закончив свой сокровенный разговор, как раз собирались выходить, когда услышали это обещание Лу Чжо.
Вэй Жао посмотрела на мать.
Младшая Чжоу-ши почувствовала облегчение. Её познания были ограничены, и она не была уверена, что сможет научить сына быть выдающимся принцем, но она непременно научит сына тому, как быть хорошим диди.
- Дети — это долги родителям (子孙都是债, zǐ sūn dōu shì zhài) — китайское образное выражение, означающее, что дети приносят родителям бесконечные хлопоты и заботы, которые те обязаны «выплачивать» всю жизнь. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
