Юй Ху размышляла над отношением Фан Дашэнь. Она была лишь служанкой, пришедшей вместе с приданым лаофужэнь, но теперь, пользуясь доверием и покровительством госпожи, вся ее семья держалась на равных с хозяевами. И все же разница между слугами и господами сохранялась — так почему же она смела смотреть на Юй Ху с таким осуждением? Тем более когда Юй Ху не совершила ни одной ошибки! Девушка на мгновение задумалась, вспомнив, с какой собственнической жадностью Фан Сяоцяо смотрела на Кэ Шичжао. Не боятся ли они, что она уведет Кэ Шичжао, этого золотого зятя-черепаху1?
Вот оно что. У семьи Фан сейчас было все, не хватало лишь смены статуса. Если Фан Сяоцяо выйдет за Кэ Шичжао, а тот унаследует имущество семьи Ци, тогда они станут здесь единственными властелинами! Похоже, намерение лаофужэнь возвысить ее встретило немало возражений.
Если вдуматься, за всеми этими хитросплетениями человеческих отношений скрывалась жажда выгоды. Тогда кто же больше всех желает смерти Тянь Лэй?
— Бинъянь, «Дали» — это торговая лавка, приносящая Шичжао наибольшую прибыль. В будущем ты станешь приходить сюда вместе с ним, чтобы учиться. Учиться тому, как он ведет дела, понимаешь? — Ци-лаофужэнь похлопала ее по руке, улыбаясь.
«Дали» специализировалась на торговле мебелью, там трудились лучшие плотники, создавая столы и стулья. Юй Ху остановилась у входа, не спеша осматриваться. Вместо этого она обратила внимание на дома по обе стороны от «Дали». На дверях висели печати, а над ними — вывески «Мебель». Почему они закрыты и опечатаны? Неужели дела в «Дали» шли настолько хорошо, что другие не выдержали конкуренции и съехали? На такой оживленной улице, даже если не торговать мебелью, можно было бы открыть что-то другое и получать хорошую прибыль!
Кэ Шичжао снова подошел ближе и с гордостью произнес:
— Землю этих двух лавок по правую и левую сторону я уже выкупил, сейчас жду начала отделки. До конца этого года я расширю «Дали», превратив ее в самую крупную из четырнадцати наших торговых точек. Сделаю так, чтобы «Хунту» не смогла даже ногой ступить в этом уезде!
«Хунту» собирается развиваться в уезде Фулинь? Неужели они вступят в открытое противостояние с семьей Ци? Юй Ху хотела было расспросить подробнее, как вдруг откуда-то сбоку выскочил оборванный юноша и яростно закричал:
— Ты, по фамилии Кэ! Верни жизни моих отца и матери!
В обеих руках он сжимал сверкающий кинжал и бросился прямо на них!
Но не успел юноша сделать и трех шагов к Кэ Шичжао, как двое дюжих слуг сбили его с ног. Получив несколько ударов кулаком, он был прижат к земле, уткнувшись лицом в дорожную пыль.
— Шичжао, что здесь происходит? — Ци-лаофужэнь нахмурила седые брови и недовольно спросила.
— Лаофужэнь, проходите в дом, выпейте чаю и отдохните. Это всего лишь ничтожный смутьян, который, не зная страха смерти, пришел вымогать деньги. Я дам ему немного еды и прогоню прочь, — Кэ Шичжао зловеще усмехнулся и махнул рукой, приказывая слугам отойти.
Ци-лаофужэнь кивнула.
— Не нужно отдавать его властям! Ни к чему портить репутацию семьи Ци. Поскорее прогони его, не позволяй маленькому попрошайке мешать нашей торговле.
— Я все устрою.
Когда Ци-лаофужэнь со свитой зашли внутрь, Кэ Шичжао пнул юношу ногой, заставив едва живого парня перевернуться лицом вверх.
— Не смей бить его! — негромко, но резко прикрикнула Юй Ху, стоявшая у него за спиной.
Кэ Шичжао только тогда заметил, что она не зашла в дом. Скрестив руки на груди, он усмехнулся:
— Какое милосердное сердце у невестки, но не забывайте, что он хотел меня убить! То, что я не отправил его под стражу, уже величайшая милость. Неужели невестка хочет, чтобы я еще и поблагодарил его за нападение?
Юноша, превозмогая боль, попытался сесть и разразился проклятиями:
— Кэ Шичжао! Пока я жив, я сделаю так, чтобы от твоего трупа не осталось и клочка!
— Ты? Не смеши людей! Хуан Цзинтан, то, что торговая лавка твоей семьи разорилась, не моя вина! Кто виноват, что твой отец был азартным игроком и промотал все имущество? Теперь, когда ваша семья задолжала мне по уши и не может вернуть долг, ты еще и убить меня вздумал! Какая неблагодарность! — притворно вздыхая, проговорил Кэ Шичжао.
— Ты!.. — юноша в ярости снова бросился на него, но под ударом кулака Кэ Шичжао снова рухнул.
Этот юноша, вероятно, не ел уже много дней.
Юй Ху не выдержала и заслонила собой мальчика.
— Он же совсем ребенок! Ты взрослый мужчина, и бить ребенка — что это за доблесть?
— Ради тебя я могу не придавать этому значения, — Кэ Шичжао позволил себе вольность и кончиком складного веера поддел ее подбородок.
Юй Ху яростно посмотрела на него, но он, обнаглев еще больше, склонился к ее уху:
— Рано или поздно ты станешь моей! Такая красавица, такая благоухающая… Я дам тебе понять, что такое настоящий мужчина по сравнению с этим больным призраком…
Он громко расхохотался и зашагал в дом, не дав Юй Ху возможности ответить. Но, непонятно почему, переступая через порог, он вдруг поскользнулся и всем телом растянулся на полу, с размаху ударившись о твердые каменные плиты! Приказчики тут же с криками обступили его.
Юй Ху инстинктивно подняла взгляд на балкон второго этажа постоялого двора в западной стороне и, как и ожидала, увидела там Лю Жоцяня, который неспешно ел жареный арахис. Он приподнял в ее сторону чашу, и на душе у Юй Ху мгновенно полегчало! Находясь на оживленной улице, она не могла никак отреагировать на дерзость Кэ Шичжао и едва не сгорала от гнева, когда вдруг увидела, как зерно арахиса стремительно впилось в акупунктурную точку2 на лодыжке Кэ Шичжао, заставив его опозориться.
Когда-нибудь она вернет ему всё, и долг, и проценты! Никто не сможет безнаказанно обижать ее!
Однако сейчас ее беспокоила судьба мальчика. Ребенок потерял сознание после побоев Кэ Шичжао, и она не могла оставить его так. Чей это сын? Она невольно снова взглянула в сторону Лю Жоцяня, и тот подал ей знак рукой, показывая, что обо всем позаботится. Только тогда она со спокойным сердцем последовала на крики приказчиков внутрь лавки.
Она была уверена, что Кэ Шичжао — делец бесчестный, не гнушающийся никакими средствами ради достижения целей. Возможно, семья мальчика разорилась именно из-за него. Внезапно Юй Ху вспомнила о Цзи Ляньлянь. Кажется… ее семья тоже была разрушена руками семьи Ци? Каждый раз, когда Шу-данян упоминала семью Ци, в ее голосе звучала ненависть. А поступки Тянь Лэй и вовсе окончательно ее запутали!
Но, по крайней мере, она знала: такая деспотичная манера семьи Ци вести дела, не оставляя другим ни шанса, рано или поздно приведет к беде. Даже Ци-лаофужэнь, выглядящая такой доброй и милосердной, не проявила ни капли сострадания к разоренному юноше. Вот оно — истинное лицо богачей!
Какой же план подготовили на этот счет Тянь Лэй и Лю Жоцянь?
- Золотой зять-черепаха (金龟婿, jīn guī xù) — идиома, означающая богатого и влиятельного жениха, выгодную партию для брака. ↩︎
- Акупунктурная точка (穴道, xuédào) — биологически активная точка на теле человека, воздействие на которую может вызвать острую боль или временную потерю контроля над конечностью. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
