Как и говорил Хэйцзы, результат Да Цао оказался даже хуже, чем у тех нескольких коротышек вначале. Фигура Син У виднелась в толпе людей. После того как Да Цао закончил толкание ядра, взгляд Цин Е ни на миг не отрывался от Син У, но в этот момент произошло нечто непонятное: Син У вдруг присел на землю, обхватив левое колено, и его черты лица мгновенно исказились.
Трибуны тут же зашумели. Татуха и остальные вскочили на ноги, пристально глядя на Син У. Судья подошёл спросить, что случилось, но Син У вскоре отряхнул штанины, поднялся и безучастно покачал головой. Увидев, что с ним всё в порядке, соревнования продолжились.
Син У стоял на месте, сложив руки перед собой и ожидая своей очереди, но сердце Цин Е уже выпрыгивало из груди. Нет, всё определённо не так, только что точно что-то произошло.
Она знала это слишком хорошо: из-за какой-то лёгкой боли Син У ни за что бы и бровью не повёл, но его давешняя реакция явно говорила о том, что он испытал сильную боль. Что же всё-таки случилось?
Цин Е больше не могла сдерживаться, её сжатые в кулаки руки плотно прижались к телу. Однако лицо Син У оставалось спокойным, на нём невозможно было прочесть какую-либо проблему. Даже когда он позже подошёл к месту броска и до самого конца соревнований, он не проявил ни малейших признаков неладного. Результаты состязания заставили Дахэя и остальных одобрительно закричать. Хуанмао, повернув голову, спросил:
— Дахэй-гэ, если в последнем заезде на полторы тысячи метров У-гэ победит Да Цао, то победа в соревнованиях за нами?
Дахэй кивнул:
— Всё зависит от последнего этапа.
В забеге на двести метров способности Да Цао уже были очевидны: бег был его сильной стороной. В беге на полторы тысячи метров всё решала выносливость, и никто не мог предугадать финал. На стадионе внезапно воцарилась необычайная тишина.
Даже несколько «старших братьев» на противоположной стороне, которые до этого бахвалились, невольно перевели взгляды на беговую дорожку.
Лао Дун отвёл Син У к краю поля и что-то без умолку ему говорил. Цин Е увидела, что Лао Чжу тоже неизвестно когда пришёл; взвалив на плечо ящик минеральной воды, он раздавал бутылки одну за другой учащимся Аньчжуна, участвующим в соревнованиях.
Когда очередь дошла до Син У, Лао Чжу похлопал его по плечу. Син У лишь молча открутил крышку бутылки.
Однако Цин Е заметила, что, когда Син У подошёл к краю поля и стал садиться, он опустился, даже не согнув левую ногу. Одно это неосторожное движение заставило сердце Цин Е содрогнуться. Сдавленным голосом она произнесла:
— Син У ранен.
— Ранен? — Хуанмао тут же посмотрел на Син У. Дахэй и остальные помрачнели.
Панху в недоумении спросил:
— Да не, не может быть… Тогда почему У-гэ ни-ничего не сказал?
Неизвестно. Цин Е не знала, почему он не сказал судье, не знала, что он собирается делать. Но она была уверена, что с Син У только что что-то случилось. Теперь она очень переживала, сможет ли он выдержать предстоящие полторы тысячи метров. Время уже близилось к полудню.
Это был последний этап из пяти видов состязаний между ним и Да Цао. В густых облаках внезапно образовалась узкая щель, и палящий солнечный свет сквозь этот разлом упал прямо в центр стадиона. Эта причудливая картина, словно разделённая на ад и рай, заставила атмосферу на всём поле накалиться до предела.
Диктор-информатор стадиона объявил о подготовке к забегу на полторы тысячи метров. От Аньчжуна на эту дисциплину заявился только Син У. Лао Дун лично проводил его к старту, без конца наставляя следить за дыханием и беречь силы.
Син У прошёл вплотную мимо Да Цао ко второй дорожке. Да Цао разминался на месте и, когда Син У встал на позицию, внезапно издал громкий свист. Син У посмотрел на него. Да Цао вызывающе скользнул взглядом по его колену. Син У холодно вытер уголок рта.
Со стартовым выстрелом забег начался. Участники сразу бросились занимать дорожки. В сутолоке кто-то наступил Син У на ногу, но он не обратил на это внимания. Спустя круг дистанция между бегунами начала постепенно увеличиваться.
Да Цао значительно лидировал. На стадионе стояла мёртвая тишина. Цин Е пристально следила за Син У. Хотя он бежал с равномерной скоростью, держась на расстоянии от Да Цао, он всё время плотно стискивал зубы. Крупные капли пота градом катились с его лба. В этот момент Цин Е чувствовала, как ей трудно дышать. Ощущение невыносимого зноя в воздухе было точно таким же, как в её самый первый день в этом месте — гнетущим до удушья.
После трёх кругов Син У внезапно начал ускоряться, в то время как силы Да Цао явно были на исходе. Заметив периферийным зрением фигуру Син У, тот с искажённым лицом начал прилагать последние усилия. Когда до финиша оставалось полкруга, Син У постепенно нагнал его, и расстояние между ними сократилось до одного корпуса.
На трибунах началось волнение. Дахэй настороженно наблюдал за людьми из Антана, чувствуя недоброе.
Двое продолжали бежать. Когда Да Цао и Син У одновременно перестроились на вторую дорожку, чтобы обойти отставшего на круг участника, в тот самый момент, когда они поравнялись с ним, одежду Син У резко дёрнули. Резкий звук рвущейся ткани — «тр-реск» — мгновенно привёл всех в оцепенение.
Следом кто-то с силой ударил Син У в спину. Цин Е, прикрыв рот рукой, недоверчиво произнесла:
— Что они творят? Соревнования ещё идут!
Дахэй, видя, как зашевелились люди из Антана, мгновенно побледнел:
— Они вообще не соревноваться сюда пришли!
Син У не обратил на того человека внимания и побежал дальше, но в этот момент тот изо всех сил вцепился в плечо Син У и с ходу ударил его ногой по колену. Цин Е вскрикнула, и Син У тяжело рухнул на дорожку.
В то же время Да Цао пересёк финишную черту. Остальные участники вокруг один за другим стали останавливаться. Грудь Цин Е бурно вздымалась. Она видела бледное лицо Син У, видела, как он с трудом, опираясь на руки, поднялся, и видела, как он холодно усмехается, глядя на Да Цао у финиша.
Он ничего не предпринял. Когда все думали, что он ответит на удар, он не шелохнулся, лишь смотрел на Да Цао тем самым пренебрежительным взглядом, словно видел перед собой неудачника.
Да Цао мгновенно пришёл в ярость от этого взгляда и махнул рукой. Мужчина, стоявший рядом с Син У, снова ударил его по колену. Син У по-прежнему не уклонился и не дал сдачи.
Хэйцзы прорычал:
— Да Цао хочет искалечить У-цзы.
Ландай и остальные тут же взорвались от гнева и все вместе бросились вниз с трибун.
Лао Дун и Лао Ян с криками побежали к дорожке, судья тоже засвистел в свисток. Люди из Аньчжи перемахнули через ограждение, и обстановка мгновенно погрузилась в хаос. В голове Цин Е словно что-то взорвалось с гулом. Когда она снова посмотрела на Син У, его уже окружили, и на него посыпались бесчисленные удары кулаков. Слёзы Цин Е брызнули в одно мгновение, она со всех ног бросилась к Син У, но Дахэй крепко схватил её. Тяжело дыша, он выпалил ей:
— Найди Цюанья! Быстро! Скажи ему, чтобы звал людей!
В тот момент, когда Цин Е увидела, что Син У окружили, её мозг перестал соображать. Она в ужасе уставилась на Дахэя. Окружающие звуки в одну секунду исчезли, в ушах стоял лишь непрерывный гул, всё тело била дрожь!
Дахэй продолжал кричать ей:
— Цин Е! Слышишь меня?
Спустя секунду оцепенения Цин Е мгновенно пришла в себя и, развернувшись, бросилась прочь. В то же время Дахэй уже устремился вниз к беговой дорожке. Когда Цин Е бросила последний взгляд, она уже не могла разглядеть фигуру Син У — видна была лишь чёрная масса людей, перелезающих через забор и хлынувших на поле.
Выбежав со стадиона, Цин Е ощутила, как спутанные мысли внезапно сложились воедино. В её голове промелькнули слова, которые Син У сказал ей тогда в медпункте.
— Разве ты не умная? Вот и шевели мозгами.
— Те девки из четвёртого класса тоже не совсем безрассудные. В нашем классе есть одна, у которой с ними терки. Можешь угадать, кто это.
Почему Цао Фань боится Фан Лэй? Почему Фан Лэй позволено вести себя в школе так нагло? Фан Лэй. Фан Цзе.
Цин Е выхватила телефон и тут же позвонила Фан Лэй:
— Кем тебе приходится Фан Цзе?
Фан Лэй, несколько растерянно, ответила:
— Мой двоюродный брат.
— Пусть твой брат защитит Син У! Во что бы то ни стало!
…
На стадионе Фан-гэ убрал телефон, мельком взглянул на «старших братьев» рядом с собой и, поднявшись, произнёс:
— Я в туалет.
Отойдя в угол и улучив момент, когда на него никто не смотрел, он подал знак своим людям:
— Потяните время, пусть пули ещё немного полетят1, скоро начнётся самое интересное.
- Пусть пули ещё немного полетят (让子弹再飞会, ràng zǐdàn zài fēi huì) — фраза, ставшая популярной благодаря одноимённому фильму, означает «подождать, пока ситуация прояснится» или «позволить событиям развиваться дальше». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
