Цин Е равнодушно скривила губы:
— Здесь везде плохо. У тебя что, так много свободного времени?
— Я подумал, что если не навещу тебя сейчас, то в будущем времени будет ещё меньше.
Стали подавать блюда. Мэн Жуйхан спросил о её результатах за прошлый ежемесячный экзамен и сказал:
— Неплохо. Не дави на себя так сильно, я попробую что-нибудь придумать насчёт учёбы за границей…
— Жуйхан, — Цин Е внезапно с улыбкой прервала его, — тебе не нужно беспокоиться о моих делах.
Мэн Жуйхан открыл было рот, но не нашёлся что сказать. Они ещё немного поболтали о школьных делах, а когда вышли из закусочной, на улице уже стемнело. Цин Е сказала ему:
— Пойдём, я отведу тебя в гостиницу.
Однако Мэн Жуйхан настоял на том, что хочет посмотреть школу, в которой учится Цин Е. Поэтому она по пути привела его к Аньчжун и они обошли её кругом. Вечером в выходной главные ворота были плотно закрыты. Мэн Жуйхан стоял у входа в Аньчжун, глядя на учебный корпус, и вдруг произнёс:
— Наверное, в школе за тобой многие бегают?
Цин Е безучастно ответила:
— Никто не смеет.
Мэн Жуйхан удивлённо повернул голову и посмотрел на неё, после чего усмехнулся:
— И то верно. Местные парни… — он отвёл взгляд и посмотрел на здание, скрытое в темноте. В его голосе прибавилось мрачности: — Наверное, им тебя не достичь.
Цин Е, напротив, изогнула уголки губ и вздёрнула подбородок:
— Кто это сказал?
Мэн Жуйхан снова перевёл на неё взгляд, но Цин Е уже развернулась и бросила:
— Посмотрели — и хватит. Пойдём.
Так они пришли к той гостинице, о которой говорила Люнянь. Стоя перед входом, оба впали в ступор. Потрёпанная вывеска, на которой, должно быть, перегорела лампа, мигала, высвечивая крупные иероглифы: «Гостиница «Кэлай»». И что в ней грандиозного? Наверх вела тёмная лестница, на которой едва мог поместиться один человек. Главное, что конца этой лестнице не было видно, а стены сплошь были заклеены мрачными рекламными объявлениями — всё это выглядело как настоящий притон.
Цин Е сухо кашлянула и спросила Мэн Жуйхана:
— Может, поедешь в уездный город?
Мэн Жуйхан, однако, поднял чемодан:
— Не будем усложнять, останусь здесь.
Затем они поднялись по узкой лестнице. На втором этаже за стойкой регистрации сидела женщина средних лет и на старом компьютере раскладывала «Паука». Цин Е подошла к стойке и спросила:
— Есть свободные номера?
Женщина, даже не поведя веком, бросила:
— Удостоверение личности.
Цин Е обернулась. Мэн Жуйхан уже достал удостоверение и положил его на стойку. Хозяйка взяла документ и наконец подняла на них глаза.
— Твоё, — обратилась она к Цин Е.
Цин Е поспешно объяснила:
— Я скоро уйду, я здесь не остаюсь.
Женщина средних лет смерила их многозначительным взглядом, затем сделала запись в журнале и протянула им ключ. Цин Е взяла его и осмотрела. Это было даже удивительно — почему не карта от номера? Ну ладно.
Она повернулась к Мэн Жуйхану:
— Двести тринадцатый.
Потолки в коридоре были низкими и давящими, а ковролин на полу казался очень грязным. Цин Е шла впереди, Мэн Жуйхан следовал за ней с чемоданом. Она остановилась у двери с номером 213:
— Здесь.
Когда она открыла дверь ключом, оказалось, что это стандартный номер с двумя односпальными кроватями. В туалете был душ, вся обстановка была очень старой, телевизор отсутствовал.
Цин Е окинула комнату взглядом и обернулась к Мэн Жуйхану:
— Переночуй как-нибудь одну ночь, а я пойду.
Мэн Жуйхан поставил вещи и сказал:
— Подожди, я привёз тебе кое-что.
Затем Цин Е увидела, как он расстегнул маленький чемодан. Одежды внутри почти не было, зато лежало несколько комплектов учебных материалов и книг. Цин Е хватило одного взгляда на обложки, чтобы понять — они будут ей очень полезны.
Мэн Жуйхан вытащил вещи и сложил их:
— Слишком тяжёлые. Может, я завтра сам тебе их занесу?
Цин Е вытянула одну из тетрадей с конспектами для повторения:
— Эту я возьму сейчас, полистаю дома.
Мэн Жуйхан вдруг сказал ей:
— Ты здесь одна. Если будут нужны деньги, я могу тебе дать.
Цин Е, опустив голову, листала тетрадь и ничего не ответила. Мэн Жуйхан стоял перед ней и смотрел. Она захлопнула книгу, отложила её в сторону и внезапно подняла на него глаза:
— Тебе это доставляет удовольствие?
Мэн Жуйхан непонимающе нахмурился:
— Цин Е, я знаю, что решение моей семьи тогда было очень обидным. Ты думаешь, мне было легко эти несколько месяцев? Я не знаю, сколько раз ругался с отцом. Его нынешнее положение довольно шаткое, на него смотрят слишком много глаз, он не мог оставить тебя у нас в открытую. Но над делом твоего отца он уже думает, ищет варианты.
Цин Е лишь кивнула и совершенно спокойно ответила:
— Поблагодари за меня своих родных. Независимо от того, выйдет ли мой отец на этот раз, я, Цин Е, запомню это добро и обязательно когда-нибудь отплачу за эту услугу. Что касается тебя, больше не приходи ко мне. Если Хэ Лэлин узнает об этом, она может бог весть что подумать о нас, а это нехорошо.
Мэн Жуйхан застыл на месте:
— Хэ Лэлин? При чём здесь она?
Цин Е вдруг холодно усмехнулась и, засунув руки в карманы толстовки, отступила на шаг:
— Вот поэтому я и спрашиваю — тебе это доставляет удовольствие? Ты за дуру меня принимаешь или как? Жуйхан, не доводи до того, чтобы нам было тошно смотреть друг на друга и мы даже друзьями остаться не могли.
Договорив, она взяла книгу и развернулась, но Мэн Жуйхан резко схватил её за руку:
— Объяснись нормально, при чём здесь Хэ Лэлин?
Цин Е оглянулась на него, молча достала телефон и показала ту самую фотографию. Мэн Жуйхану хватило одного взгляда, чтобы тут же затащить Цин Е обратно из прохода в комнату:
— В тот день у Хэ Лэлин был день рождения, она устроила вечеринку. Не я один с ней фотографировался, почти все приглашённые с ней сфотографировались.
Цин Е убрала телефон и окинула его равнодушным взглядом. Она не была глупой: если бы между ними ничего не было, Джесси не стала бы присылать ей это фото.
В комнате внезапно воцарилась тишина. Видя холод в глазах Цин Е, Мэн Жуйхан резко сел на кровать и, опустив голову, заговорил:
— Да, после твоего отъезда она раскрыла мне свои карты. В то время у меня в голове был полнейший хаос, я был шокирован случившимся, поэтому не дал ей ответа. На своём дне рождения перед всеми этими людьми она заявила, что хочет со мной встречаться. Я пожалел её самолюбие, к тому же это был праздник, поэтому не стал отвергать её прямо на месте. Только на следующий день я всё ей разъяснил. Да, в этом я поступил неправильно, но, Цин Е… — он поднял голову и пристально посмотрел на неё: — Я правда даже до её руки не дотрагивался.
…
Когда Син У вернулся домой, было уже больше восьми часов. Ду Циянь закончила смену, а Люнянь и Ли Ланьфан ещё прибирались. Син У вымыл руки, поднялся наверх, обошёл комнаты, но не увидел Цин Е. Он спустился обратно, налил стакан воды и небрежно спросил:
— Где Цин Е?
Ли Ланьфан, так и сияя, затараторила:
— Днём из самого Пекина приехал симпатичный парнишка, искал её. Не парень ли это Цин Е? Выглядели они очень дружными, ушли вместе и ужинать не пришли.
В глазах Син У постепенно начал сгущаться тёмный поток. Запрокинув голову, он одним махом осушил большой стакан воды, слушая бормотание Ли Ланьфан:
— И не знаю даже, вернётся ли Цин Е сегодня на ночь? У-цзы, как думаешь, может, мне стоит позвонить ей и спросить?
Син У поставил стакан и, сохраняя спокойствие в дыхании, повернул голову:
— Куда она пошла?
— Должно быть, в ту гостиницу, что на переулке Сытяо.
Син У посмотрел на Люнянь, и та подтвердила:
— Цин Е перед уходом спрашивала меня, есть ли поблизости гостиницы. Наверное, повела того парня снять номер.
Затем она повернулась к Ли Ланьфан:
— Босс Ли, я думаю, вам лучше не звонить. Вдруг это и правда парень Цин Е, звонок будет некстати. Они ведь так редко видятся.
Ли Ланьфан хоть и считала, что девушке негоже ночевать вне дома, но рассудила, что Цин Е — не чета безмозглым девчонкам. Она всегда была самостоятельной и не стала бы совершать глупостей. К тому же Ли Ланьфан боялась запрашивать скуку своим звонком, ведь Цин Е обычно не особо обращала внимание на то, что говорят другие.
Однако пока Ли Ланьфан терзалась сомнениями, Син У уже подхватил ключи от мотоцикла и размашистым шагом вышел вон. Ли Ланьфан крикнула ему вслед:
— Только вернулся, куда опять собрался?
Син У не ответил. Мотоцикл, вильнув хвостом в ночной темноте, на полной скорости помчался в сторону переулка Сытяо.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
