Сделано чисто и быстро, не давая ни единого шанса среагировать.
Цзинь Ин больше не проронил ни слова, лишь взмахнул рукавом, сметая пепел в сторону моря.
Краем глаза он взглянул на Сян Хайкуй, и в его взоре прибавилось холода.
Сян Хайкуй до появления Цзинь Ин даже не догадывалась, кто именно нанес удар, к тому же всё произошло настолько стремительно, что помешать этому было невозможно.
Она посмотрела на улетающий вдаль пепел и крепко сжала губы.
— Гунян, — Цзинь Ин так и не спросил её имени, — кто-то ворвался в город Биань и требует встречи с вами.
Сердце Сян Хайкуй екнуло, но затем она вспомнила, что Цзинь Ин знаком с её нанимателем.
— Его зовут Лу Сицяо?
— Вы и правда его знаете? — уточнил Цзинь Ин.
Сян Хайкуй кивнула:
— Не подскажете, где он?
Цзинь Ин указал направление:
— Двенадцать дворцов — не то место, куда ему дозволено входить, так что прошу вас лично подойти к нему.
— Благодарю, Минцзюнь.
Сян Хайкуй не стала ничего говорить Цзинжаню и поспешила на поиски Лу Сицяо.
Глядя на её явно летящую походку, Цзинь Ин передал мысленно:
— Дицзюнь, неужели мы позволим ей вот так просто уйти? Инь Чжанли прекрасно знает город Биань, и если он втайне…
— Не твоего ума дело.
— Слушаюсь.
***
Лу Сицяо стоял на основании, по форме напоминавшем цветок маньцзюшака1, и, задрав голову, во все глаза смотрел на высоченную башню, верхушка которой терялась из виду.
— Невероятно, неужели дворцы можно строить вот так?
Со стороны постройка казалась хаотичной, точно осиное гнездо, но в этом беспорядке чувствовалась система. Красные фонарики, развешанные по карнизам, и парящие вокруг призрачные огни создавали атмосферу жутковатой красоты.
Сян Хайкуй уже не сомневалась в нём. Заложив руки за спину, она принялась обходить его кругом:
— Твой уровень совершенствования уже на пике девятого ранга?
Всего шаг оставался до стадии Перехода через бедствия.
Лу Сицяо всё ещё увлеченно рассматривал архитектуру:
— Да, только Бай-цяньбэй сказал…
Сян Хайкуй поправила его:
— Его фамилия не Бай, а Инь — от слова «иньсянь»2, коварный.
— Вот как. Инь-цяньбэй сказал, что я только что завершил слияние, поэтому мне лучше не спешить с прорывом, иначе Плод нечистого зла может повлиять на состояние моего духа… — при упоминании Плода нечистого зла в глазах Лу Сицяо промелькнуло смятение, и он поспешил сменить тему, вновь расплывшись в улыбке: — Кстати, Куй-цзецзе, ты…
Но Сян Хайкуй вернулась к прежнему разговору:
— Слушайся его, он не желает тебе зла.
Лу Сицяо кивнул:
— Раз Куй-цзецзе так говорит, я буду его слушаться.
Сян Хайкуй вспорхнула на один из выступающих лепестков основания и уселась там, покачиваясь, словно на качелях:
— И ещё: я не стану считать тебя чудовищем или изгоем из-за того, что ты поглотил своего старшего брата.
От этих слов Лу Сицяо слегка вздрогнул.
— Если тебе плохо, не нужно передо мной притворяться. Как сказал Инь-цяньбэй, после слияния Плод нечистого зла будет воздействовать на тебя, без конца усиливая все те негативные эмоции, которые ты подавлял в душе. — Сян Хайкуй похлопала по месту рядом с собой: — Иди сюда, присядь.
Лу Сицяо часто заморгал, кивнул и подлетел к лепестку.
Сян Хайкуй откинулась назад, подложив руки под голову, и уставилась на красные фонари в вышине:
— Сейчас тебе паршиво, но это всё ерунда, честное слово. Ведь впереди тебя могут ждать вещи и похуже…
Лу Сицяо, который только начал проникаться моментом, мгновенно помрачнел. Он совершенно лишился дара речи:
— Куй-цзецзе, если ты не умеешь утешать, может, просто помолчишь?
Разве это утешение? Это же нож в спину.
Сян Хайкуй расхохоталась и, высвободив руку, похлопала его по спине:
— Я не могу до конца понять твою боль, но я очень рада, что выжил именно ты, а не Лу Сигу. Так что даже не надейся на мои утешения.
Для Лу Сицяо эти слова стали лучшим из возможных утешений.
— Ах, да! — Он чуть не забыл. — Инь-цяньбэй просил кое-что тебе передать.
— Что именно? — Сян Хайкуй села.
Лу Сицяо ответил:
— Он сказал, что ваши трудовые отношения аннулированы.
Сян Хайкуй кивнула — она так и думала.
Теперь он точно оставит её в покое, ведь «душевный покой» не идёт ни в какое сравнение с его «великими свершениями».
К тому же врагом оказался её старший соученик, а при подозрительном характере Инь Чжанли он непременно оборвал бы с ней все связи.
Если уж до её ума это дошло, то понять ход его мыслей не составило труда.
Сян Хайкуй зевнула:
— Помолчи немного, я посплю.
Последние дни она провела в постоянных разъездах и вымоталась до предела. Теперь, когда наступило временное затишье, а рядом был старый друг, она могла позволить себе отдых.
В загробном мире нет смены дня и ночи, поэтому Сян Хайкуй и сама не знала, сколько проспала.
Сквозь дрему она почувствовала, что Лу Сицяо всё ещё сидит рядом. Она потянулась к его рукаву, желая опереться и сесть.
Однако рука внезапно перехватила её запястье и сама потянула вверх.
Сон с Сян Хайкуй как рукой сняло. У Лу Сицяо ни за что не хватило бы на такое смелости.
И верно, рядом сидел Цзинжань.
— Ты так крепко спала, что я не стал тебя беспокоить, — произнес он.
Она спросила:
— И долго я спала?
Цзинжань на мгновение задумался:
— Дня два или три.
Сян Хайкуй огляделась: казалось, из дворцовой башни на этом «цветке» всех разогнали.
Неудивительно, что её никто не потревожил.
Сян Хайкуй досадливо вскрикнула и обхватила голову руками:
— Старший соученик, ну что тебе от меня нужно? Можешь просто покончить со всем этим разом? От тебя у меня такие же чувства, как от того придурка Мэн Силоу, понимаешь?
Цзинжань взглянул на неё, и его лицо внезапно помрачнело:
— Ты тоже напоминаешь мне кое-кого… Однажды я встретил на дороге пса — избитого, покрытого ранами.
Взгляд Сян Хайкуй мгновенно похолодел.
— Из-за постоянных издевательств он перестал доверять людям. Проходя мимо, я пожалел его и хотел покормить, но он лишь оскалился и укусил меня. Таким только и место — подыхать в придорожной канаве.
- Маньцзюшака (彼岸花, bǐ’ànhuā) — цветок, символизирующий смерть и загробный мир, часто ассоциирующийся с берегами реки забвения. ↩︎
- Коварный (阴险, yīnxiǎn) — игра слов, основанная на созвучии фамилии Инь (阴) и слова «коварный» (yīnxiǎn). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
