Неизвестно, сколько прошло времени, но Сян Хайкуй почувствовала, что Тянь Куан проявляет беспокойство.
Должно быть, меч нервничал из-за того, что она никак не могла совершить прорыв на девятый ранг.
Стоило признать, что сидящий напротив Лу Сицяо, хоть и не выставлял свои силы напоказ1, уже достиг середины-конца стадии Преодоления Бедствий.
После восьмого ранга шел девятый, и только прорвавшись через него, можно было вступить на этап Преодоления Бедствий.
Получалось, что сейчас Лу Сицяо опережал её на два целых великих уровня самосовершенствования.
О Бай Синсяне и говорить нечего: после слияния с Одухотворенным восприятием его развитие менялось с каждым днем.
— Тут и сравнивать нечего, они оба не люди. — Один был сыном наследного принца Небесного клана, другой — плодом Дао божественного древа Цзяньму. Куда уж Сян Хайкуй тягаться с ними?
Её путь совершенствования и так напоминал полет на ракете, но ей все равно было не сравниться с теми, кто с самого рождения стоял на вершине.
Она попыталась утихомирить Тянь Куан, но беспокойство меча лишь нарастало.
В душе Сян Хайкуй шевельнулась тревога: неужели старейшины клана Шаньхай и впрямь подослали кого-то, чтобы схватить её?
Однако волнение Тянь Куан не походило на предупреждение об опасности.
Поневоле Сян Хайкуй пришлось выйти из медитации. Как ни странно, вокруг всё было спокойно: Лу Сицяо по-прежнему медитировал напротив, а когда она бросила взгляд на Бай Синсяня, золотое сияние, окутывающее его тело, показалось ей ещё более ослепительным.
Нахмурившись, она принялась осматриваться.
В конце концов она заметила нечто странное в ледяном источнике перед собой.
Этот источник был всего лишь небольшой лужицей, совсем неглубокой, с толстым слоем льда на дне.
Но сейчас под толщей льда внезапно проступил темный силуэт, похожий на макушку человека.
Божественное сознание не могло проникнуть в воды ледяного источника, поэтому Сян Хайкуй подалась вперед, желая рассмотреть всё получше.
Верно, это была макушка. Человек носил даосскую прическу, и его густые волосы вызывали у неё зависть.
Неужели под ледяным источником кто-то запечатан?
Пока она гадала, человек вдруг поднял голову.
Совершенно внезапно Сян Хайкуй увидела его лицо — с резкими чертами бровей, мужественное и красивое.
Однако он, похоже, не видел её, а поднял голову лишь потому, что почувствовал чужой взгляд.
Убедившись, что поблизости никого нет, он снова опустил голову. Но спустя всего мгновение вскинул её вновь, и взгляд его был полон сомнения.
Затем этот статный мужчина медленно поднял руку над головой, пытаясь нащупать что-то наверху.
Сян Хайкуй затаила дыхание, наблюдая, как его рука проходит сквозь лед на дне источника и погружается в воду.
Он водил рукой из стороны в сторону, словно дворниками автомобиля, пытаясь нащупать хоть что-нибудь.
У Сян Хайкуй волосы на теле встали дыбом: от его движений в воде не разошлось ни единой крупицы ряби.
Он был словно призрак, лишенный плоти.
— На что ты смотришь?
Внезапная ментальная передача Инь Чжанли так напугала Сян Хайкуй, что она едва не рухнула в ледяную лужу.
К ней подплыла маленькая черная змейка.
Очень вовремя. Сян Хайкуй поспешно спросила:
— Скорее, взгляните вы…
Не успела она договорить, как рука вместе с силуэтом своего хозяина дрогнула и исчезла.
Инь Чжанли проследил за её взглядом и заглянул в лужицу, но увидел там лишь отражение пучков на голове Сян Хайкуй.
— Исчез, — озадаченно пробормотала она.
— Хм?
Сян Хайкуй не стала ничего объяснять, а сначала спросила:
— Как вы здесь оказались? Неужели меня и впрямь придут ловить?
— Не придут, — успокоил её Инь Чжанли. — Я всегда проявляю осторожность, это лишь на всякий случай.
— Но разве вы не боитесь холода? — Сян Хайкуй опасалась, что он снова впадет в спячку.
— Боюсь, но выбора нет. — Маленькая черная змейка примерилась и попыталась скользнуть в её меховой рукав.
Сян Хайкуй не возражала, и он юркнул внутрь, после чего снова спросил:
— Так на что ты только что смотрела?
— Под ледяным источником кто-то был, — Сян Хайкуй вкратце пересказала случившееся.
Выслушав её, Инь Чжанли спросил:
— Ты не чувствовала никакого недомогания во время медитации?
Он заподозрил, что она выбрала неверную позу для сосредоточения и у неё возникли галлюцинации.
— Нет, — Сян Хайкуй покачала головой. Она была уверена, что это не видение, и привела весьма убедительный довод: — Я бы не смогла вообразить настолько ослепительно красивое лицо.
Инь Чжанли ненадолго замолчал.
— Возможно, ты видела его раньше…
— Исключено, — отрезала Сян Хайкуй. — Если бы я видела его раньше, то непременно бы запомнила.
— В таком случае… — Инь Чжанли снова выдержал паузу. — Возможно, ты видела человека из иного мира.
Сян Хайкуй опешила:
— Из иного мира?
Инь Чжанли объяснил:
— Верно. Мы называем это «Три тысячи миров». Вода в этом ледяном источнике на самом деле не принадлежит нашему миру, она просочилась из Трех тысяч миров.
Сян Хайкуй слышала об этом: «Три тысячи миров» означали три тысячи малых вселенных.
— Среди Трех тысяч миров есть малый мир под названием Девятнадцать Континентов, — продолжил Инь Чжанли. — Там находится водоем, который является артефактом стихии воды. Он обладает колоссальной духовной силой, вызывающей пространственные колебания, из-за чего в барьере между нами и Тремя тысячами миров возникла трещина. Сквозь неё и начала постепенно просачиваться вода.
Сян Хайкуй изумилась:
— Значит, этот водоем — проход между двумя мирами?
— До прохода ему ещё далеко. За десятки тысяч лет просочилось всего лишь столько воды — представь, насколько мала эта трещина. Прочность мирового барьера превосходит наше воображение. — Инь Чжанли помедлил и добавил: — Я полагаю, что твоя родина, Земля, тоже является частью Трех тысяч миров.
Судя по всему, критерием служила скорость течения времени.
Время на Земле и в этом мире течет по-разному: отец Сян Хайкуй, Сян Хэн, умер десять лет назад, но здесь он прожил целых двести лет.
Один год на Земле примерно равен двадцати годам здесь.
У Девятнадцати Континентов, откуда просачивается вода, разница во времени с этим миром такая же.
Земля и Девятнадцать Континентов, вероятно, находятся в одном пространстве и тоже относятся к Трем тысячам миров.
При упоминании родины сердце Сян Хайкуй затрепетало, и она поспешила спросить:
— Вы так много знаете о Девятнадцати Континентах… Неужели вы там бывали?
Если у Инь Чжанли есть способ попасть на Девятнадцать Континентов, то и добраться до Земли не составит труда.
— Я там не был, мировой барьер крайне сложно преодолеть. — На самом деле Инь Чжанли просто никогда не утруждал себя подобными исследованиями. — Много-много лет назад один могущественный практик из соседних Трех тысяч миров сокрушил пустоту2, прорвался сквозь барьер и пришел в наш мир. Только тогда мы узнали, что по соседству существует столь колоссальная система миров. Уровень их развития намного выше нашего, а просторы настолько обширны, что с ними не сравнится наш крошечный клочок земли.
Предки клана Шаньхай именно благодаря контакту с тем великим мастером осознали собственную дикость. После долгих обсуждений они решили оставить первобытный образ жизни, установили различные правила клана и постепенно приобщились к «цивилизации».
Кончик змеиного хвоста высунулся из её рукава и скользнул по ножнам Тянь Куан.
— Три божественных меча — Тянь Куан, Тянь Бао и Тянь Жэнь — принес именно он. Кроме того, он оставил и другие сокровища, а также тайные свитки с техниками самосовершенствования…
Сян Хайкуй слушала всё с возрастающим изумлением. Этот великий мастер словно прибыл сюда с программой помощи бедствующим районам?
- Не выставлять свои силы напоказ (不显山不露水, bù xiǎn shān bù lù shuǐ) — образное выражение, означающее «скрывать свои таланты или возможности, не привлекать к себе внимания». ↩︎
- Сокрушить пустоту (破碎虚空, pò suì xū kōng) — даосский термин, означающий достижение высшего уровня развития, позволяющего преодолеть границы пространства и времени. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
