Крик Чжэн Шуцинь мог пробить крышу.
Соседям тоже было любопытно — ну и забавная же парочка эти Мао: неужели Мао Гоушэн, не успев вернуться после полумесячного отсутствия, сразу затеял ссору?
Мао Гоушэн тоже подумал об этом и сразу занервничал:
— Если хочешь что-то сказать, говори нормально. К чему этот шум? Соседи же будут смеяться.
Чжэн Шуцинь вся так и пылала гневом:
— Мао Гоушэн, это шестьсот юаней, а не шестьдесят! Будь у тебя такая работа, мне было бы плевать, смеются они или нет. Пусть смеются кто хочет! А ну-ка выкладывай всё по порядку, что там произошло на самом деле!
Мао Гоушэн чувствовал вину; он знал, что на работу с зарплатой в шестьсот юаней в месяц найдётся бесчисленное множество претендентов.
Даже у директора Провинциального проектного института сейчас не было такой зарплаты.
Провинциальный институт был государственным учреждением, и зарплаты там начислялись по государственным стандартам. Всё было строго распределено по категориям: кто какую должность занимает и сколько получает. За этим следило множество глаз. Даже в организациях с очень высокой прибылью не осмеливались самовольно повышать оклады, а размер премий тоже был фиксированным.
Провинциальный институт звучал солидно, но если говорить о реальной выгоде, он и в подмётки не годился строительной группе.
Тот, кто чертит — всего лишь мелкая сошка, а тот, кто платит — настоящий господин!
В проектном институте дела всегда шли ни шатко ни валко. О шестистах юанях в месяц не стоило и мечтать; даже если бы зарплата была вполовину меньше, Чжэн Шуцинь и то пришла бы в восторг.
Если Мао Гоушэн не объяснит всё как следует, она от него не отстанет. Как говаривала Чжэн Шуцинь, «так жить нельзя»!
Скрепя сердце, Мао Гоушэн рассказал о том, что случилось, и оправдываясь, спросил жену:
— Она наговорила мне такого, как я мог пойти работать в её компанию?
Чжэн Шуцинь яростно сплюнула:
— Да что ты понимаешь! Твой старший соученик Чжоу Маотун перевёл бы твои документы в строительную компанию провинции Юэ, а оттуда ты бы пошёл в компанию младшей сестры Сяо Ся. Ты был бы приглашённым консультантом, как и старик Мао, где тут позор? Младшая сестра Сяо Ся уважает старика, неужели она не проявила бы почтения к тебе? Ты упустил такую прекрасную возможность! Ты подумал о том, насколько легче стала бы наша жизнь, если бы мы получали по шестьсот юаней в месяц? Мао Гоушэн, тебе нужно кормить троих детей! Им нужны деньги на учёбу, а в будущем — на создание семьи. Посмотри на семью старика Ли с четвёртого этажа: в начале года они женили сына, пришлось покупать «четыре предмета роскоши» — это же несколько тысяч юаней! Жена Ли теперь всем об этом уши прожужжала. А у них всего один сын, у тебя же, Мао Гоушэн, их двое!
Чжэн Шуцинь была остра на язык, и после её отповеди Мао Гоушэн не смел поднять головы.
Она умела быстро менять тактику: переход от «Сяо Ся» к ласковому «младшая сестра Сяо Ся» произошёл совершенно естественно.
Мао Гоушэн робко возразил:
— Нынешние девчонки слишком меркантильны. Только рот раскроют — подавай им телевизор да холодильник. В наше время жениться было просто: купил новый костюм, получил свидетельство о браке…
Голос Мао Гоушэна становился всё тише, потому что Чжэн Шуцинь, казалось, была готова извергнуть пламя.
И она действительно взорвалась:
— Хватит нести чепуху! Фамилия твоя Мао, я выходила за тебя, ничего не требуя, и посмотри, как мы жили все эти годы! Если бы ты думал обо мне и детях, ты бы не цеплялся за свою дурацкую гордость. Мне всё равно, ты обязан пойти к младшей сестре Сяо Ся и вернуть эту работу!
У Мао Гоушэна голова пошла кругом.
Он наговорил столько лишнего, едва не заявив, что скорее будет есть дерьмо с голоду, чем пойдёт работать к Ся Сяолань.
А теперь ему придётся самому себе давать пощёчину. Неужели он будет есть из рук Ся Сяолань и при этом нахваливать: «А ведь и вправду вкусно»?
Сам он этого не хотел, но не мог вынести домашних скандалов.
Но что же сделать, чтобы Сяо Ся сама официально пригласила его вернуться в Пэнчэн?
Мао Гоушэн погрузился в раздумья.
…
Пока товарищ Мао Гоушэн предавался несбыточным мечтам, Ся Сяолань ни о чём не подозревала.
Если бы она узнала, что Мао Гоушэн пожалел об отказе, она бы, пожалуй, расхохоталась в голос.
Только из уважения к учителю Мао она хотела попытаться «спасти» Мао Гоушэна, но чтобы она с поклоном приглашала его в компанию?
Пф-ф, способностей кот наплакал, а гонора — выше крыши.
Кого Ся Сяолань не смогла бы нанять за шестьсот юаней в месяц?
Таких, как Ван Хоулинь, — в самом расцвете сил, но вынужденных уйти на пенсию по болезни, — встретить непросто, но она могла последовать примеру дяди Лю Юна и нанять двух инженеров на пенсии. Деньги творят чудеса. Технические гении старой закалки всю жизнь ели из «железной миски» государственных учреждений — это было надёжно, но перед соблазном высокой зарплаты многим было бы несложно склонить голову ради шестисот юаней.
Разумеется, за шестьсот юаней не наймёшь специалиста уровня Мао Каншаня.
Компания Ся Сяолань только создавалась, и её основной деятельностью было строительство жилых домов, что в глазах мэтров считалось делом пустяковым; вмешательство такой величины, как Мао Каншань, там вовсе не требовалось.
Ся Сяолань просто нужен был кто-то со способностями, кто мог бы решать технические вопросы на стройке в её отсутствие в Пэнчэн.
Пока ей хватало одного Ван Хоулиня.
Ван Хоулинь был из строительной компании провинции Юэ, у него был опыт работы на объектах, так что человек, рекомендованный Чжоу Маотуном, подходил куда больше, чем Мао Гоушэн, умеющий только чертить схемы. Сейчас дело было не в том, хочет ли Мао Гоушэн работать на Ся Сяолань, а в том, что Ся Сяолань временно не нуждалась в лишних людях… Те, кто умеет только рисовать чертежи, её не особо интересовали. Проекты можно заказать в институте, заплатив немного денег — людей, умеющих чертить, пруд пруди.
Именно такие люди, как Ван Хоулинь, были по-настоящему нужны Ся Сяолань.
В этом и заключалось преимущество рекомендаций от знакомых: старший соученик Чжоу Маотун заботился о ней и не стал бы подкладывать свинью.
Помимо инженера-строителя, Ся Сяолань также нуждалась в бухгалтере. Этого специалиста найти было ещё сложнее — нужен был человек, которому можно доверять.
Но у всех, кому Ся Сяолань могла доверять, были свои дела.
Гэ Цзянь?
Гэ Цзянь не подходил, у него не было профильных знаний. К тому же Ся Сяолань приготовила для него место получше — должность менеджера проекта.
Гэ Цзянь должен был заменить её и пристально следить за стройплощадкой. С момента начала работ над первым проектом компании «Цихан» нельзя было допустить ни малейшей ошибки.
Секретарь Пэн, услышав, что Ся Сяолань ищет бухгалтера, порекомендовал ей одного человека:
— Этот человек довольно надёжен. Его жизнь была полна превратностей, но руководитель его знает, так что ты можешь ему доверять.
Ся Сяолань, конечно, не стала отказываться:
— Это, должно быть, дядя Тан мне его порекомендовал? Тогда я спокойна! Кстати, у дяди Тана сегодня найдётся время? У меня как раз есть дело, которое я хотела бы с ним обсудить.
Выражение лица секретаря Пэна стало слегка неестественным:
— …Руководитель уехал из города.
Ся Сяолань не придала этому значения:
— В командировку? Какая жалость, а я как раз хотела расспросить его насчёт земли.
Конечно, это была не командировка, но секретарю Пэну было неловко говорить Ся Сяолань правду о том, чем занят Тан Хунэн. Как только Ся Сяолань упомянула землю, секретарь Пэн сразу сменил тему:
— Уличный комитет Футянь уже направил твой запрос об инвестициях в район Шанбу. Районные власти теперь не возражают и сегодня передали документы в город. Пройдут они или нет, зависит от того, сможет ли твой план проекта убедить городское правительство. В такой момент руководителю действительно лучше не оставаться в Пэнчэн.
Мэр Тан хотел избежать подозрений!
Ся Сяолань внезапно всё поняла.
Постойте, раньше дядя Тан никогда не боялся сплетен, а теперь вдруг начал проявлять осторожность… Значит, как она и думала, в отношениях великого мэра Тана и её матери наметился серьёзный прорыв?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
