Желание поглазеть на чужую беду или искренняя перемена в характере — скорее всего, и то, и другое сразу.
Слышно было, что тетя Лю Фан теперь устроилась продавщицей в универмаг, а Лян Бинань после потери должности так и сидит без дела, коротая дни дома. Для такой гордой женщины, как Лю Фан, лишиться былого величия — участь хуже смерти.
Семье Лян явно нужно было как-то выкручиваться, вот они и решили подольститься к ней и ее матери.
В этом и заключался план тети Лю Фан.
Ся Сяолань отнеслась к этому равнодушно.
Это лишний раз доказывало: в жизни нужно полагаться только на собственные способности. Такие «образцовые» родственники, как Лю Фан, прежде ни в грош не ставили желания матери и дочери, самовольно распоряжаясь браком Ся Сяолань и используя ее как пешку в своей игре. Тогда не было ни уважения, только расчет.
Но, получив от Ся Сяолань жесткий отпор, они осознали, что она им не по зубам. Пропасть между ними стала слишком велика, и теперь, даже лишившись чинов, они не смели помышлять о мести.
Возможно, во время празднования Нового года они услышали от односельчан о том, с каким размахом приехал Тан Хунэн, и это заставило Лю Фан и Лян Бинаня окончательно потерять покой. Теперь они окончательно отбросили гордость: их отношение сменилось с высокомерия на подобострастие. Сначала они строили козни, потом избегали встреч, а теперь бесстыдно пытаются выслужиться… Ся Сяолань повесила трубку, прокрутив всё это в голове, но семья Лян ее не особо заботила.
— Даже забавно. Как говорится, сошлись два сапога — пара?
Ся Сяолань и не подозревала, что Сяо Юй — это та самая Сяо Жоу, хостес, которая когда-то пыталась соблазнить дядю Лю Юна.
В то время ей важно было лишь убедиться, что дядю не обманули, и ее совершенно не волновало, как выглядит та девица. Сяо Юй же, завидев ее, так перепугалась, что втянула голову в плечи и спряталась, так что они даже не столкнулись лицом к лицу.
Сама Сяо Юй тоже лишь недавно узнала, что Сяолань — дочь Ся Дачжуна.
Ся Сяолань тем более не могла знать, что Сяо Юй и Сяо Жоу — одно и то же лицо. В противном случае она бы мгновенно связала это с Лю Тяньцюанем: появление Сяо Юй рядом с Ся Дачжуном точно не было случайностью.
Пока же Ся Сяолань могла лишь сказать, что эти двое «нашли друг друга».
Два сапога — пара, да к тому же Сяо Юй, по слухам, была беременна — эта новость вызвала у Ся Сяолань приступ тошноты.
Она разорвала все отношения с Ся Дачжуном, но окружающие смотрели на это иначе. Независимо от того, родит Сяо Юй мальчика или девочку, это будет единокровный брат или сестра Ся Сяолань… Не начнет ли Ся Дачжун снова выкидывать фокусы с появлением ребенка?
И даже если Ся Дачжун не станет чудить, что на уме у Сяо Юй?
Ся Сяолань считала, что крах Фань Чжэньчуаня стал спасением для всех женщин, пострадавших от его рук, и это было справедливым и радостным событием!
Но было одно исключение. Сяо Юй отличалась от остальных: если тех принуждали, то она была с Фань Чжэньчуанем по доброй воле. Нормальная женщина не пришла бы к Ся Сяолань с предложением «вместе обслуживать» Фань Чжэньчуаня!
С ее извращенной логикой Сяо Юй могла даже возненавидеть Сяолань за то, что та разрушила ее безбедную жизнь.
Размышляя о настрое Сяо Юй, Ся Сяолань пришла к выводу, что ее брак с Ся Дачжуном — это настоящая бомба замедленного действия.
— Может, всё-таки стоило согласиться на предложение Ду Чжаохуя и лишить Ся Дачжуна работы? — пробормотала Ся Сяолань.
Юй Найнай, стоявшая рядом, разволновалась, услышав это:
— Глупая ты или как? Если они поймут, что Ся Дачжуна действительно можно использовать для шантажа, у тебя в будущем проблем не оберешься. Тот, кто уволит его, чтобы тебе угодить, сможет и снова нанять его тебе назло. Принять Ся Дачжуна обратно или нет — это лишь вопрос слов. Уж лучше дождаться, пока он сам им надоест и его уволят, тогда это не будет иметь к тебе никакого отношения!
Юй Найнай никогда не виделась с Ся Дачжуном, но, наслушавшись рассказов Ся Сяолань о его художествах, прекрасно понимала, что он за человек.
Такому мужчине просто невероятно повезло, что прежде его женой была такая женщина, как А Фэнь.
А теперь он женился на бывшей прислужнице Фань Чжэньчуаня. Уж эта девица точно перевернет весь дом семьи Ся вверх дном!
Юй Найнай делилась опытом:
— Старый муж молодую жену любит… Эта девица раньше умудрялась доводить до бешенства законную жену Фань Чжэньчуаня, так что она явно и бесстыжая, и хитрая. Она вышла за Ся Дачжуна либо чтобы тебе досадить, либо, что вероятнее, из-за его денег. Ты же говорила, что вся семейка Ся укатила в Пэнчэн жить за его счет? Вот увидишь, в семье Ся скоро начнется такое «веселье», что только держись!
У А Фэнь доброе сердце, она долго терпела слепую сыновнюю почтительность Ся Дачжуна, а ушла лишь тогда, когда вся семья Ся ополчилась на Сяолань.
А эта девица терпеть не станет.
При мысли о том, как зазноба Ся Дачжуна изведет всю его родню, Юй Найнай не смогла сдержать усмешки.
Она криво ухмыльнулась.
Что же это такое, она ведь столько лет не улыбалась, а теперь, живя под одной крышей с Лю Фэнь и ее дочерью, в жизни стало столько моментов, вызывающих смех, что просто невозможно сдержаться!
Ся Сяолань тоже рассмеялась после слов старушки:
— Ну так что, скажете, пока не стоит говорить маме?
Юй Найнай кивнула:
— Расскажешь ей — только настроение испортишь. Но можешь сказать мэру Тану. Скажу тебе вещь, которая может не понравиться: если твоя мать действительно выйдет за него, ей и дальше жить с Тан Хунэном. Тебе как дочери пора бы уже отпустить ситуацию. Не бери на себя слишком много — ты не можешь строить их брак за них. Твоей матери нужно самой учиться справляться с такими вещами.
Если дочь будет заботиться о каждой мелочи, Лю Фэнь так и не повзрослеет.
В конце концов, кто здесь мать, а кто дочь?
Юй Найнай считала, что Ся Сяолань пора начать доверять мэру Тану и постепенно передать «опеку» над Лю Фэнь в руки Тан Хунэна.
Слова Юй Найнай были чистой правдой, и Ся Сяолань почувствовала легкий укол в сердце.
— И не надо дуться. Если у тебя есть лишнее время, лучше потрать его на своего парня! Чжоу Чэн отлично разобрался с делами семьи Ши, почему бы тебе не выкроить время и не навестить его? Если не будешь заботиться о своем мужчине, не удивляйся, если какая-нибудь другая девица начнет проявлять о нем беспокойство.
Юй Найнай выкладывала всё, что знала. Ся Сяолань задумчиво произнесла:
— Юй Найнай, вы это из собственного опыта? Звучит так, будто за этим стоит какая-то история…
Юй Найнай замахала руками, будто прогоняя муху:
— Пошла, пошла отсюда! Ты вообще умеешь уважать старших? Не хочешь слушать — не надо!
Ся Сяолань немного похулиганила и тут же пошла на попятную:
— Слушаю, как же не слушать! Ваши слова — на вес золота. Я как раз собиралась на выходных поехать в провинцию Цзибэй, а сегодня сначала загляну в семью Чжоу, навещу старших вместо Чжоу Чэна.
Чжоу Чэн весь свой отпуск тратил на нее, и Ся Сяолань была готова отплатить ему тем же, навещая его родных.
Хотя семья Чжоу ни в чем не нуждалась, ее внимание было совсем иным делом.
Юй Найнай посмотрела на часы и велела ей поторапливаться:
— Не забудь взять какие-нибудь подарки. Как бы хорошо родители Чжоу Чэна к тебе ни относились, ты пока для них посторонний человек. Никогда не приходи в чужой дом с пустыми руками. Лишняя вежливость не повредит — на словах они скажут, что ничего не нужно, но разве они не обрадуются твоему вниманию?
Каждое слово было наполнено жизненным опытом, и Ся Сяолань с благодарностью приняла советы.
Едва она уехала на велосипеде, как Лю Фэнь вернулась домой на машине.
— Сосед Чжао Дайе сказал, что Сяо Лань заезжала?
Юй Найнай посмотрела на Лю Фэнь. Кто бы мог поверить, что эта женщина, разъезжающая по всему Пекину на собственном авто, — разведенная деревенская жительница средних лет? Судьба — удивительная штука. Юй Найнай вывела для себя правило: когда ты в богатстве — не заносись и делай добро, возможно, в дни нужды оно к тебе вернется.
А в бедности — не смиряйся с участью, трудись в поте лица, и кто знает, когда жизнь повернется к тебе своей лучшей стороной.
Видя румянец на лице Лю Фэнь, Юй Найнай не стала упоминать о неприятностях. Зачем женщине лишние печали? Пусть мэр Тан об этом беспокоится.
— Заезжала. Давненько она не была у Чжоу, так что сегодня отправилась к ним на ужин. А ты, никак, снова собираешься в Янчэн за осенней одеждой?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
