«Поймёшь родительскую милость, лишь когда сам вырастишь детей»?
Ся Сяолань про себя скривилась: Чжоу И слишком баловали, вот она и осмелилась так капризничать и идти против семьи.
То, что Чжоу Вэньбан позволил Чжоу И вернуться в Пекин, разве не было уступкой?
Ся Сяолань считала, что Чжоу И вряд ли возьмётся за ум. Наверное, та была недовольна тем, что Сяо Лань сегодня несколько раз поддела семью Юань.
Но даже если и недовольна, ей придётся это проглотить. Раз Чжоу Вэньбан и Цзян Хун не возражали, то мнение Чжоу И… в расчет не бралось.
— Семья Юань ещё не знает, как наскрести денег. Я вижу, что дядя Чжоу Дабо не намерен давать приданое за Чжоу И, так что Юань Ханю придётся занимать деньги на свадьбу. Значит, потом Чжоу И придётся отдавать этот долг?
Гуань Хуэйэ возразила:
— Ты думаешь, Чжоу И сможет выплатить такую сумму?
Ся Сяолань, подумав, покачала головой:
— Скорее всего, нет. Чжоу И не похожа на человека, умеющего копить.
Десять тысяч юаней для Ся Сяолань — сумма небольшая, но для Чжоу И она была неподъемной. Ся Сяолань могла догадаться и кончиками пальцев на ногах: за столько лет работы Чжоу И наверняка не накопила ни гроша. Глядя на её расходы на еду и одежду, можно было предположить, что семья даже доплачивала ей на повседневные нужды.
Прямо как Шао Гуанжун в прошлом: как красовался перед друзьями, а были ли деньги в кармане? На ремонт дома даже пришлось занимать у Кан Вэя!
Чжоу И была женской версией Шао Гуанжуна.
Шао Гуанжун не умел копить деньги, но он хотя бы к работе относился серьёзно, и его нынешние приятели со временем могли превратиться в полезные связи. Чжоу И же дожила до двадцати с лишним лет, болтаясь без дела; в карманах — ветер, в работе — никаких достижений. Получала зарплату и тут же её спускала, ни капли не заботясь о будущем.
— Раз Чжоу И не сможет вернуть деньги, а дядя Чжоу Дабо, судя по всему, не собирается продвигать Юань Ханя… разве их жизнь не станет жалкой?
Гуань Хуэйэ улыбнулась:
— Именно так, они должны жить бедно. Юань Хань вложил большой капитал, и когда он поймёт, что никакой выгоды не получит, у него будет два пути: либо продолжать терпеть и хорошо относиться к Чжоу И в надежде на крохи, которые иногда будут перепадать от твоего дяди и его жены, либо показать своё истинное лицо и бросить её.
Любой из этих вариантов пойдёт Чжоу И на пользу.
Ся Сяолань осенило.
Чжоу Вэньбан лишь немного развил её собственное предложение.
Неужели человек, столько лет проработавший на руководящих должностях, действительно не найдёт способа справиться с молодым выскочкой из провинции? Юань Хань окрутил глупую Чжоу И, но против Чжоу Вэньбана он бессилен. Старый имбирь всё-таки острее!
— Чжоу И полезно вернуться на работу. Целыми днями ей нечего делать, вот она и зациклена на чувствах да любви. Пусть работа занимает всё её время.
Гуань Хуэйэ с улыбкой кивнула.
Разве не в этом вся суть?
От безделья она каждый день и твердит о любви без конца. Кроме любви ей и зацепиться-то не за что. Если Чжоу И будет сидеть дома без дела, она постепенно деградирует: весь её мир сойдётся на Юань Хане, и ей даже его газы будут казаться ароматными.
— Поэтому она должна не просто работать, а пахать больше прежнего.
Раньше Чжоу И не стремилась к успехам, и Чжоу Вэньбан с Цзян Хун её не неволили. Теперь им тоже не нужно её заставлять — достаточно шепнуть пару слов начальству, чтобы ей поручали побольше дел. Хочет она того или нет, ей придётся стараться. К тому же она всё ещё надеется, что Чжоу Вэньбан и Цзян Хун примут Юань Ханя, а значит, будет из кожи вон лезть, чтобы угодить родителям.
Это был не просто сильный удар, а целая серия приёмов.
Сердце родителей не знает покоя; если бы Чжоу И была толковой, разве пришлось бы Чжоу Вэньбану так изощрённо строить планы против собственной дочери?
Когда они доехали до школьных ворот, Ся Сяолань спросила:
— Тётя Гуань, а если бы я вам с дядей Чжоу не приглянулась, вы бы так же поступили с Чжоу Чэном?
Гуань Хуэйэ намеренно сделала строгое лицо:
— А ты сама как думаешь?
— Думаю, что да. Чжоу Чэн бы со мной не расстался, а побить вы меня не могли — по крайней мере, я не подговаривала Чжоу Чэна сбежать, так что я не такая раздражающая, как Юань Хань. Раз вы не могли управиться с Чжоу Чэном, дядя Чжоу наверняка перевёл бы его в какую-нибудь особо суровую секретную часть, откуда он не мог бы вернуться или подать весточку года два-три, и наши отношения сами собой сошли бы на нет, верно?
Даже если бы Чжоу Чэн всё ещё любил её, Ся Сяолань с её тогдашними чувствами не стала бы ждать. В то время она была очень легка на подъём: на одном месте свет клином не сошёлся. Ей просто нравились симпатичные парни, и она вовсе не собиралась привязывать свою жизнь к одному Чжоу Чэну. Встречаться с парнем, которого не видишь и с которым нет связи два-три года? Да это какой-то ненастоящий парень, зачем такие отношения нужны!
Гуань Хуэйэ теперь ни за что бы в этом не призналась:
— Услышь это дядя Чжоу, ему стало бы очень обидно. Ты ему с самого начала очень нравилась.
Что касается её самой… Сначала Ся Сяолань ей не нравилась, но после того, как она по непонятной причине за неё заступилась, её уже было не остановить. Эта девчонка просто ядовита!
Ся Сяолань не стала спорить. Прошлое осталось в прошлом, это была лишь шутка. Не стоило ссориться из-за того, чего не случилось. Ся Сяолань не была настолько упрямой.
Увидев, что она зашла в школьные ворота, Гуань Хуэйэ через некоторое время не выдержала и спросила водителя:
— Как думаешь, она правда разозлилась?
Водитель, разумеется, не посмел высказывать мнение. Гуань Хуэйэ хотела подразнить Ся Сяолань, но в итоге сама разволновалась — это был страх потери. Ся Сяолань по крупицам просочилась в семью Чжоу, и если бы она вдруг исчезла, Гуань Хуэйэ сама бы к этому не привыкла. Все родители хотят лучшую пару для своих детей. Если Чжоу Чэн не выберет Ся Сяолань, то кого? Те, у кого семья статуснее, не обязательно так же умны и красивы. А у других — только личико, а в голове солома. Подумав хорошенько, она поняла: Ся Сяолань подходит лучше всех.
***
Ся Сяолань вовсе не сердилась. На следующий день она поехала домой и рассказала родным о свадьбе Чжоу И.
Юй Найнай кивнула:
— Тогда твоей маме нужно подготовить подарок, нельзя нарушать приличия.
Лю Фэнь ещё не видела остальных членов семьи Чжоу. По логике вещей, раз Ся Сяолань и Чжоу Чэн ещё не поженились, Лю Фэнь могла и не идти на торжество в доме его дяди. Но как мать, она хотела поддержать достоинство дочери, поэтому решила, что пойти стоит.
— И что же мне подготовить?
В деревне на свадьбу дарят пару-тройку юаней, и этого достаточно. Но для такой семьи, как Чжоу, Лю Фэнь не знала, как поступить. Дело было не в жадности — она могла бы сейчас и десять тысяч в конверт положить. Но разве можно дарить столько? Это не прибавит Ся Сяолань веса, а лишь выставит их нуворишами и заставит людей смеяться.
— Эта свадьба — дело непростое, для семьи Чжоу Дабо это не радость. Подарок должен быть скромным, не нужно сыпать соль на раны дяде и его жене.
Ся Сяолань уже вкратце упоминала об этом дома, не вдаваясь в подробности. Но вчера она видела семью Юань, и теперь описала всё в красках.
Услышав, что Чжоу И сбежала из дома, а потом вернулась беременной и стояла на коленях перед стариками семьи Чжоу, Юй Найнай нахмурилась:
— Семья Чжоу слишком добрая, раз всё ещё признаёт такую дочь.
Дали бы ей помучиться в одиночестве несколько лет, сразу бы поумнела. Просто жизнь была слишком хорошей, вот люди и дуреют. Юй Найнай не верила, что у семьи Чжоу нет способа приструнить никчёмного альфонса!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
