— О, расскажи-ка, послушаю. В чем именно тебе нужна моя помощь?
Угадав намерения Е Сяоциун, Ся Сяолань на этот раз не испытала разочарования.
У каждой была своя позиция. Е Сяоциун не знала, что Ся Сяолань помогает Ду Чжаохуэю, и хотела воспользоваться крупицей прежней симпатии — попытаться на авось, а вдруг Ся Сяолань возьмет и с готовностью ей поможет?
Е Сяоциун на самом деле было неловко.
В конце концов, полученное ею образование учило её стойкости духа, а в просьбах о помощи никакой стойкости не было. К тому же Ся Сяолань ничего ей не была должна, скорее наоборот — когда-то она ей помогла. А теперь она ставит Ся Сяолань в затруднительное положение…
— Вы сегодня сами видели, я работаю на второго молодого господина корпорации «Чэнжун», Ду Чжаоцзи. Сейчас он хочет выкупить производственную линию, но китайская делегация тоже намерена её приобрести. Я… я хотела бы попросить вас о помощи.
Ся Сяолань с улыбкой на губах подбодрила Е Сяоциун продолжать:
— И что дальше? Вы, должно быть, прослышали, что американская компания хочет продать линию китайской делегации, и из-за Чжоу Чэна решили прийти ко мне за помощью в надежде, что китайская делегация откажется от борьбы?
Горькая правда редко бывает приятной на слух.
Ся Сяолань хоть и улыбалась, говорила без обиняков, и от этого чистая правда звучала еще резче.
Е Сяоциун опустила голову:
— Простите, если бы у меня был другой выход, я бы не пришла. Второму господину Ду крайне необходимо выкупить эту линию, а мне очень нужна эта работа…
Ся Сяолань тихо хмыкнула.
В этой многозначительной интонации было столько смысла, что Е Сяоциун готова была сквозь землю провалиться от стыда.
— Сяоциун, у тебя отличные способности. За такое короткое время ты стала доверенным секретарем Ду Чжаоцзи. Раз тебя ценит второй господин, ты наверняка найдешь работу и в других компаниях Гонконга. Я понимаю, что Ду Чжаоцзи нужна эта линия, и ты считаешь, что тебе нужна эта работа, но задумывалась ли ты, нужна ли эта производственная линия китайской делегации?
На каком основании китайской делегации стоит отступать?
Не купив эту линию, Ду Чжаоцзи может купить другую. США накладывают множество ограничений на материковый Китай, но к Гонконгу они весьма лояльны!
А для китайской делегации это, возможно, единственный шанс заполучить подходящую по цене и технологиям линию. Упускать такую редкую возможность… Да не то что Дэн Чансян и Сунь Чжичэн с ума сойдут — сама Ся Сяолань на такое никогда не согласится.
Хоть она часто и называла себя «прожжённой торгашкой», в вопросах чести и долга она разбиралась четко.
Подобные сделки с оборудованием по отдельности кажутся незначительными, но если сложить их вместе — неужели это совсем не влияет на страну?
Ся Сяолань не могла отдать всё свое имущество на поддержку государственного строительства, но когда была возможность помочь, она не отказывалась!
Даже если бы не взаимовыгодное сотрудничество с Ду Чжаохуэем, она всё равно была бы готова помочь… Она понимала, что Е Сяоциун не хочет терять работу, но вот этого её сегодняшнего визита она не понимала.
Только ли работа Е Сяоциун заслуживает называться работой?
Дэн Чансян ведь тоже выкладывается на полную, чтобы выполнить свою задачу.
После слов Ся Сяолань Е Сяоциун не могла поднять головы от стыда.
Она открыла было рот, желая рассказать Ся Сяолань о своем положении, но не знала, с чего начать.
Сказать, что ей приходится несладко, и ей нужно отомстить за великую обиду?
Сказать, что она не может потерять место подле Ду Чжаоцзи, потому что, изнывая день и ночь, она с таким трудом завоевала его доверие и не уверена, что сможет снова повторить такой стремительный и необычный карьерный взлет, какой случился в корпорации «Чэнжун»?
Даже если бы она сказала, разве Ся Сяолань смогла бы прочувствовать это на себе?
— Простите. Кажется, мне не стоило приходить. Если я разочаровала вас, мне очень жаль!
Е Сяоциун встала и поклонилась.
Ся Сяолань не окликнула её, пока та не вышла из гостиницы.
Это означало, что помощи точно не будет.
Е Сяоциун горько усмехнулась:
— Надо же, я превратилась в ту, кого сама презираю. Жалостная, никчемная и постыдная!
Она считала Ся Сяолань своей благодетельницей, а теперь пришла к ней и выставила себя на посмешище. Ладно еще лицо потеряла, так и дела не сделала. Как теперь возвращаться ко второму господину?
…
— А я-то думал, ты, даже отказав, хоть как-то её приободришь.
В итоге она спровадила Е Сяоциун очень быстро — он и двух сигарет выкурить не успел!
Ся Сяолань покачала головой:
— Зачем мне её подбадривать? Я вижу, что у неё на уме полно своих планов. Е Сяоциун уже не та «груша для битья», которую мы встретили в поезде. Она сумела прочно закрепиться рядом с Ду Чжаоцзи, она сильно изменилась!
Если бы Е Сяоциун не сказала, что знает её и Чжоу Чэна, разве Ду Чжаоцзи отправил бы её сюда?
Е Сяоциун сама выбрала прийти, и что бы она ни говорила, наполовину это было её собственным желанием.
Как минимум она надеялась на авось — вдруг Ся Сяолань снова ей поможет.
Что ж, прошу прощения, товарищу Е суждено было разочароваться!
Еще в прошлый раз в Гонконге Ся Сяолань завуалированно предупреждала Е Сяоциун, что семья Ду — место неспокойное, и мелкому клерку не стоит ввязываться в их борьбу за наследство. Но Е Сяоциун всё равно бросилась в этот водоворот… Что тут поделаешь?
Каждый сам выбирает свой путь. Рассчитываешь на большой куш — умей принимать и высокие риски.
Ся Сяолань говорила беспечно, но в её голосе слышалось раздражение. Чжоу Чэн протянул руку и ласково ущипнул её за щеку:
— Ну всё, чего ты сердишься из-за чужих дел? Каждый сам выбирает дорогу. Будет ли это ровный путь или бездонная пропасть — разве ты можешь предугадать за других?
— Я не сержусь, просто мне кажется, что та женщина, которая прежде казалась вполне достойной, слишком быстро изменилась.
Говоря прямо, поступок Сяо Е был в некоторой степени бесстыдным.
В бизнесе обман и коварство — обычное дело, но должны же быть у человека хоть какие-то принципы?
Ся Сяолань никогда бы не пошла к другому человеку с просьбой отказаться от конкуренции, ничего не предложив взамен. Неважно, благодетель это или враг — с какой стати им соглашаться? Сделка с производственной линией стоит почти десять миллионов долларов, и разве можно не понимать, какую прибыль она принесет в будущем?
Если бы Ся Сяолань и завела такой разговор, то обязательно предложила бы равноценную компенсацию.
Она привыкла к стратегии взаимовыгодного сотрудничества, когда в выигрыше остаются все стороны и никто не оказывается в убытке — тогда и бизнес можно обсуждать.
А Е Сяоциун пришла с просьбой, чтобы китайская делегация осталась в проигрыше, отказавшись от борьбы за линию, но при этом ни слова не сказала о том, как возместить их потери… Так дела не делаются.
Чжоу Чэн погнал её спать:
— Ты уже отказала ей, хватит об этом думать. Тебе нужно пораньше лечь отдохнуть, завтра еще работать переводчиком.
Ся Сяолань решительно кивнула:
— Я уж постараюсь с переводом. Нужно сделать так, чтобы второй господин Ду почувствовал надежду. Он хочет переманить тебя, но если начальник Дэн поднажмет и лишит его всякой поддержки, Ду Чжаоцзи будет сильно разочарован.
А что касается того, потеряет ли из-за этого работу Е Сяоциун…
Не может же Ся Сяолань нести за это ответственность.
Она ничего не должна Е Сяоциун.
А если та лишится места, это лишь подтвердит, что Ду Чжаоцзи мелочен и не является «добрым господином», за которым стоит следовать!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
