Ся Сяолань уже начала подозревать, что в последнее время Сюй Цзину живется слишком вольготно. Сколько раз можно падать в одну и ту же яму?
Упасть один раз — значит не знать, что там яма. Упасть второй раз — проявить мягкосердечие из-за старых чувств. Но упасть в третий раз… Твою мать! С таким придурком, будь он хоть вторым Биллом Гейтсом, Ся Сяолань не хотела иметь никаких дел.
Забрать инвестиции, а его — вон. Если уж он безнадежен, как гнилая тина, которую не удержишь на стене, пусть и дальше остается грязью. Как он будет жить дальше, хорошо или плохо, Ся Сяолань больше не касается!
Если бы она не приехала в Нью-Йорк на год в качестве студента по обмену, у Ся Сяолань вообще не было бы шанса пересечься с Сюй Цзином.
Возможно, у каждого в жизни бывает шанс встретить своего «покровителя». Ся Сяолань не решалась назвать себя благодетельницей Сюй Цзина, но сейчас она была для него той самой спасительной соломинкой. Вот только у этой «соломинки Ся» сейчас накопилось слишком много претензий к Сюй Цзину. Прототип электронного словаря был почти готов, а у нее руки чесались вышвырнуть его вон.
Может, просто выкупить готовую разработку и отправить ее на родину, чтобы производством и продажами занялся кто-то другой?
Атмосфера в комнате стала тяжелой. Сюй Цзин не был дураком и почувствовал недовольство Ся Сяолань.
Он хотел было оправдаться, но Ся Сяолань потеряла терпение и прямо указала ему на дверь:
— Старший студент Ма Хай, поспрашивай у людей, и когда разузнаешь что-нибудь, скажи мне. А сейчас мне нужно отдохнуть.
Ее и так считали протеже, раз дали выходной, и она собиралась вернуться в квартиру и выспаться, но наткнулась на приступ глупости Сюй Цзина. Да катись оно всё пропадом! Сейчас ей хотелось только одного — тишины и покоя.
Ма Хай выставил Сюй Цзина наружу.
Дверь с грохотом захлопнулась.
Вернувшись в свою комнату, Сюй Цзин вздохнул:
— Младшая сестра Ся, должно быть, очень зла. На самом деле я и сам колебался. Я прекрасно знаю, что у Сян Ли дурные намерения, но как подумаю, что Ли Юн избил ее до больницы, что она одна за границей и рядом нет родных… я просто не смог сдержаться, захотелось проведать ее.
Он просто хотел взглянуть на нее, на большее он был не способен.
Инвестиции, выделенные Ся Сяолань, были почти на исходе, и Сюй Цзин не мог дать Сян Ли ни копейки — это были целевые средства… Подумав об этом, он засомневался: а захочет ли Сян Ли вообще его видеть, если он не поможет ей деньгами?
Ма Хай закатил глаза:
— Да брось ты! Найдется полно желающих приударить за «красавицей в беде», до тебя ли ей будет? Что ты можешь дать этой Сян Ли: американское гражданство или пачку долларов? Лао Сюй, ты не забыл, как в наши самые черные дни нам приходилось клянчить еду, наступив на горло собственной гордости? А что в это время делала Сян Ли? Разъезжала на свидания с Ли Юном на машине, купленной на деньги от продажи твоего родового дома! Она тебя хоть раз пожалела? Нет! Она пошла к младшей сестре Ся, чтобы сорвать инвестиции, которые нам достались с таким трудом!
Стоило Ма Хаю заговорить об этом, как у него зубы начинали чесаться от ненависти к Сян Ли.
По его мнению, то, что Сян Ли сошлась с Ли Юном сразу после разрыва с Сюй Цзином, ясно доказывало: эти двое спелись уже давным-давно.
Это было не его дело, пострадали лишь чувства Сюй Цзина.
Но попытку Сян Ли сорвать инвестиции Ся Сяолань Ма Хай простить никак не мог.
Как настоящий мужчина, он не стал бы поднимать руку на женщину и сдерживал гнев, но, услышав, что Ли Юн избил Сян Ли, Ма Хай, хоть и понимал, что домашнее насилие — это плохо, в глубине души злорадствовал. Эта баба напросилась сама! Получила от Ли Юна — и телу больно, и на сердце тошно. Так ей и надо!
Ма Хай, размышляя об этом, взял трубку и набрал номер:
— Алло, дружище! Да-да, я знаю, давно не виделись. Замотался совсем, давай как-нибудь пересечемся… Слушай, я хотел кое-что разузнать… Серьезно, ты в курсе?!
Ма Хай подмигнул Сюй Цзину.
Сюй Цзин невольно подался вперед.
……
Ся Сяолань проспала до самого вечера и проснулась только тогда, когда Дейзи вернулась с работы.
— Дейзи, сходим сегодня куда-нибудь поужинать?
Ся Сяолань редко бывала свободна, поэтому Дейзи, разумеется, не возражала.
Едва они вышли за дверь, как столкнулись с Ма Хаем, который так и высматривал их.
— Младшая сестра Ся, проснулась? Я все разузнал про Сян Ли и Ли Юна. Сейчас все китайские студенты в Нью-Йорке только об этом и трубят. Настоящая сенсация!
По правде говоря, Ся Сяолань не слишком заботила судьба этих двоих, но, поскольку состояние Сян Ли влияло на поведение Сюй Цзина, ей пришлось уделить этому время.
— Мы с Дейзи скоро вернемся.
Ма Хаю и Сюй Цзину еду приносили, поэтому Ся Сяолань не стала звать их с собой.
Все равно они с Дейзи собирались перекусить где-нибудь поблизости и быстро вернуться.
По лицу Ма Хая было видно, что он буквально лопается от нетерпения поделиться сплетнями, но вслух он произнес:
— Не спеши, младшая сестра Ся, ешь спокойно.
Ся Сяолань не стала задерживаться.
Когда она вернулась после ужина, Ма Хай вывалил на нее все собранные новости.
С тех пор как вечеринка в честь приезда мисс Сун закончилась провалом, Ли Юн и Сян Ли больше не устраивали приемов. Лето — пора выпускных, и для Ли Юна тоже пришло время оканчивать учебу. Он был человеком жестким: тратил уйму сил на социальные связи, но и в учебе, казалось, преуспевал. Нельзя сказать, что он был хорошим человеком, но именно такие люди обычно добиваются успеха. Однако в этом мире все возвращается на круги своя, и на этот раз Ли Юн погорел. На его дипломную работу подали жалобу, обвинив в фальсификации. Неизвестно, как он пытался это замять, но университет в итоге перенес его выпуск на более поздний срок.
— Подделка диплома? Разве такие слухи не должны разлетаться мгновенно? А Ли Юн молодец, сумел так долго держать это в тайне.
Разумеется, дело было еще и в том, что Ся Сяолань совершенно не интересовалась сплетнями в кругу иностранных студентов.
Ма Хай и Сюй Цзин с головой ушли в создание электронного словаря, а сама она сначала искала сына бабушки Юй в Сан-Франциско, а вернувшись в Нью-Йорк, тут же погрузилась в стажировку в GMP. Она и раньше-то не особо была вхожа в круг студентов, а с такой занятостью и вовсе перестала с кем-либо общаться.
Ма Хай кивнул:
— Раньше об этом действительно никто не знал. Но тут Ли Юн избил Сян Ли, а она ведь не из тех, кто спустит такое на тормозах. Это она все разболтала. Репутация, которую старший студент Ли кропотливо выстраивал несколько лет, рухнула в один миг по ее вине…
Из-за проблем с выпуском работа, на которую Ли Юн уже подписал контракт, накрылась медным тазом.
Сян Ли рассчитывала, что Ли Юн получит статус, и когда ее надежды рухнули, между ними начались раздоры.
Все это очень напоминало период перед ее разрывом с Сюй Цзином: каждая встреча превращалась в скандал, и чувства быстро сошли на нет. Если говорить прагматично, жизнь с Ли Юном перестала сулить Сян Ли выгоду. Сначала появилась богатая и любящая шумные компании Хань Цзинь, затем — Сунь Минлань с ее таинственными связями. Когда в кругу нью-йоркских студентов возникли такие влиятельные светские львицы, Сян Ли в роли девушки Ли Юна перестала вызывать прежнее восхищение.
Поссорившись с Сунь Минлань, Ли Юн больше не осмеливался устраивать приемы. Оставаясь с ним, Сян Ли не получала ни финансовой поддержки, ни морального удовлетворения от чужой лести. Естественно, она начала искать другой выход.
— На этот раз Сян Ли не стала искать нового парня в кругу своих. Ее целью стали американцы. После нескольких походов по барам она с кем-то познакомилась, а Ли Юн застукал их в постели и набросился на них с кулаками!
— Странно, — удивилась Ся Сяолань. — Полезть в драку, застав любовников в постели… Это как-то не вяжется с характером Ли Юна.
Ли Юн всегда строил из себя благородного господина. Даже если Сян Ли наставила ему рога, он скорее бы сдержался, расстался с ней на месте, а потом начал бы мстить потихоньку.
Ма Хай покачал головой:
— Кто знает… В общем, драка была знатная. Ли Юн избил не только Сян Ли, но и ее хахаля. А тот — настоящий американец, и спускать такое на тормозах не намерен. Теперь Ли Юну светит судебный иск!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
