Ослабила ли Ся Сяолань бдительность?
Настроение у неё было весьма расслабленным, а что до бдительности — так о чём ей было беспокоиться!
Все, кто строил ей козни, потерпели сокрушительную неудачу, так что Ся Сяолань чувствовала себя как никогда легко.
Бывший тиран уезда Хэдун, Фань Чжэньчуань, из-за своего неподобающего поведения «слишком часто ходил по ночной дороге и в конце концов встретил призрака»… вернее сказать, этот наглец наконец-то наткнулся на человека ещё более жёсткого, умного и способного его приструнить. Возмездие Фань Чжэньчуаню пришло с небольшим опозданием, но, к счастью, избежать наказания ему не удалось. Ся Сяолань лично не занималась Фань Чжэньчуанем — о его участи ей рассказала Чжоу Вэйпин.
Падение Фань Чжэньчуаня затронуло не только многих людей в уезде Хэдун, но и членов его семьи, которые, опираясь на его власть, творили бесчинства.
Теперь они были словно глиняные будды, переправляющиеся через реку — им бы самих себя спасти, так что семье Фань было явно не до того, чтобы доставлять неприятности Ся Сяолань.
Эта ситуация была схожа с арестом Дин Айчжэнь: Ся Сяолань послужила лишь зацепкой, а истинной, фатальной причиной стало их собственное пренебрежение законом и дисциплиной!
Лю Фан приходила дважды, но Ся Сяолань в то время занималась в Шандуском университете и не встретилась с ней. Тётку прогнала Юй Найнай, размахивая большой метлой и осыпая её проклятиями.
Лю Фан плакала и прикидывалась несчастной. Из её бессвязных причитаний можно было собрать лишь одну фразу: Лян Бинань попал в беду!
Лян Бинань пострадал из-за показаний Фань Чжэньчуаня. Хотя в итоге выяснилось, что он не участвовал в самых грязных делах Фань Чжэньчуаня, сам он тоже не был кристально чист. В тюрьму он не сел, но его сняли с должности и исключили из организации… Лю Фан в своих речах намекала, что всё это — месть Ся Сяолань, и умоляла её проявить милосердие.
Юй Найнай лишь холодно усмехнулась и выставила её вон:
— Раз уж знаешь, что это месть, как только смелости хватило прийти! Всего лишь лишился должности — это слишком мягкое наказание!
Ся Сяолань полагала, что именно эти слова Юй Найнай напугали Лю Фан настолько, что та больше не осмеливалась докучать им.
И это было прекрасно. Пусть у неё самой не было таких рычагов влияния, и Чжоу Чэн не предпринимал никаких шагов против Лян Бинаня, пускай семья Лян сама додумывает что угодно. Главное, чтобы эти несносные люди держались подальше от её жизни!
Интересно только, каково сейчас бывшему высокомерному заместителю начальника бюро Лян Бинаню, в одночасье ставшему безработным нарушителем дисциплины? Велика ли горечь от такого падения?
Раз Лян Бинань больше не замначальника, то и Лю Фан больше не жена замначальника.
А Лян Хуань — больше не «золотая молодёжь» из семьи высокопоставленного чиновника.
Ся Сяолань была вполне довольна таким исходом. Из четырёх членов семьи Лян единственным, к кому она испытывала хоть какую-то симпатию, был её младший кузен Лян Юй, с которым она виделась лишь раз. Этот ребёнок, возможно, был ещё слишком мал, чтобы заразиться ядовитыми взглядами на жизнь своей семьи. Испортится ли он через пару лет — Ся Сяолань не знала.
И она не собиралась строить из себя святую — это был не её сын.
Как и говорила Лю Фан: то, что Ся Сяолань родилась дочерью крестьянина — это её плохая судьба. Так и будущее Лян Юя — это его собственная судьба!
Даже с семьёй Ся, которая, по слухам, перебралась в Шанду, Ся Сяолань ни разу не столкнулась. Последние два месяца все эти паршивые люди словно испарились, позволив ей спокойно готовиться к экзаменам. Не чувствовать облегчения в такой обстановке было трудно. Её дядя уехал на юг, в Пэнчэн. Изначально он думал взять какой-нибудь мелкий подряд, чтобы набить руку, но по воле случая заполучил контракт на ремонт всей правительственной гостиницы.
Могут ли 110 тысяч юаней сдвинуть проект стоимостью в миллион?
К счастью, помогли банковские кредиты.
Получить кредит в банке, конечно, было непросто: в 1984 году многие даже не знали, что у банка можно занимать деньги.
Но банку ведь нужно выдавать кредиты. Разве может банк только принимать вклады и не давать взаймы?
Просто до 80-х годов банки кредитовали только государственные предприятия. В 90-х годах многие заводы будут едва держаться на плаву только за счёт банковских вливаний, из-за чего банки окажутся перегружены — в начале 90-х объём «треугольных долгов» разрастётся до трети от общей суммы банковских кредитов!
Лю Юн был одним из тех немногих частных предпринимателей, кому удалось получить банковский заем.
Всё потому, что он подписал контракт с правительственной гостиницей. Трудно было сказать, сколько именно стоил этот контракт сам по себе, но уровень доверия к нему был очень высок. К тому же он находился в специальном районе Пэнчэн, на передовой реформ и открытости. Если в других местах индивидуальные предприниматели ещё действовали скрытно и осторожно, то в спецзоне таких ограничений не было.
Правительство спецзоны действовало смело. Ещё в 80-м году они не побоялись играть на грани фола, запуская проекты в сфере недвижимости под видом «компенсационной торговли». Уже тогда некоторые банки решались выдавать кредиты покупателям жилья — конечно, это не были ипотеки на двадцать-тридцать лет, как в будущем: 40% стоимости вносилось перед началом строительства, ещё 40% — на середине пути, а оставшиеся 20% выплачивались при сдаче дома.
Получив оплату за отделочные работы, Лю Юн смог бы погасить банковский кредит… Проценты, разумеется, тоже были, но не слишком высокие. Прибыль от этого проекта позволяла с лихвой закрыть долг и остаться в плюсе.
Заработок был делом вторичным, важнее всего было то, что Лю Юн, имея 110 тысяч, сумел запустить проект на миллион.
При нормальном развитии событий компании «Юаньхуэй», возможно, потребовалось бы два или три года накоплений, прежде чем она смогла бы взять такой крупный заказ. Внезапно получив работу, превосходящую его текущие возможности, Лю Юн поначалу суетился и в спешке собирал строительные бригады. У него не было опыта управления таким количеством людей, но, к счастью, он быстро учился. Благодаря его характеру рабочие быстро поняли, что их босс — человек порядочный и рассудительный, так что атмосфера в коллективе была весьма гармоничной.
Лю Юн сообщал только о хорошем, скрывая трудности, так что до Ся Сяолань доходили лишь добрые вести.
Она могла лишь давать ему советы на что обратить внимание. Лю Юну уже перевалило за сорок — неужели Ся Сяолань должна была учить его жизни шаг за шагом? Она считала, что её дядя на самом деле очень умён: дай ему сцену, и он сам прекрасно справится с ролью.
Всё вокруг шло гладко, и перед экзаменами Ся Сяолань пребывала в отличном расположении духа.
4-го числа она, как обычно, совершила пробежку, выгуляла собаку, решила комплект экзаменационных заданий и только после этого поехала на велосипеде в школу. Гэ Цзянь, разумеется, следовал за ней на небольшом расстоянии. Ся Сяолань нужно было забрать в школе пропуск на экзамен и узнать, в каком пункте проведения она будет распределена. Было бы идеально остаться в Первой средней школе уезда Аньцин, чтобы не мотаться лишний раз, но абитуриентов города Фэнсянь распределяли случайным образом, и Ся Сяолань пока не знала, где ей предстоит сдавать экзамены.
Именно поэтому она поехала на велосипеде: если возникнет нужда съездить осмотреть место проведения экзамена, велосипед даст ей больше свободы, чем пригородный автобус.
Пока Лю Юна не было, Гэ Цзянь ездил на его старом тяжелом велосипеде с высокой рамой — в последнее время этот велосипед был в его распоряжении… Ся Сяолань, будучи хозяйкой, способной нанять телохранителя, никогда не обделяла себя в еде и одежде, и к тем, кто её окружал, относилась так же. Но если бы вы предложили ей потратить несколько десятков тысяч на автомобиль ради пущей солидности, она бы скорее предпочла, чтобы её пристрелили.
Деньги не должны тратиться так. На необходимое не стоит жалеть средств, но и пускать деньги на ветер ради преждевременной роскоши нельзя.
Вся её жизнь сейчас — это дорога от дома до библиотеки Шандуского университета, да редкие поездки в уезд Аньцин. Машина ей просто ни к чему!
Раз нанимательница на велосипеде, телохранитель, разумеется, тоже крутит педали.
Когда Ся Сяолань подъехала к воротам Первой средней школы уезда Аньцин, Гэ Цзянь следовал позади. Он был неразговорчив и без нужды не вступал в беседу.
Со стороны казалось, что Ся Сяолань одна.
На перекрёстке несколько молодых людей прождали уже больше полудня. Как только Ся Сяолань появилась, они сразу поняли: пришёл тот, кого они ждут. Да, её было легко выследить и ещё легче узнать — она была самой красивой. Прохожие на обочине то и дело выкрикивали «одноклассница Сяолань», приветствуя её.
Ся Сяолань издалека заприметила Сунь Тянь. Она перевела взгляд, и в этот момент из-за угла внезапно вылетели несколько велосипедов. Они намеренно пошли на таран. Ся Сяолань потеряла равновесие и столкнулась с ними… Падая на землю, она даже успела подумать с иронией: что это за нелепая авария?
— Ой-ой-ой, виноват, виноват! Давай я помогу тебе подняться!
— Да что же это такое, ты куда глазами смотришь, когда едешь?
Столкновение и хаос произошли в одно мгновение. Ся Сяолань почувствовала, как чья-то нога наступила ей на руку — она вскрикнула от боли. Другой человек, делая вид, что помогает ей, на самом деле крепко прижал её за плечи к земле, не давая встать. В её голове мгновенно зазвучал сигнал тревоги: эти люди сделали это нарочно!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
