Первое место на всекитайских вступительных экзаменах Гаокао стало для Ся Сяолань самым значимым достижением на сегодняшний день.
Но нельзя постоянно жить прошлыми успехами. С результатом в 616 баллов зачисление в Университет Хуацин было практически гарантировано. Хотя уведомления о приеме в первую группу ключевых вузов должны были начать приходить только в конце июля, Ся Сяолань нисколько не волновалась.
После того как интервью на провинциальном телевидении вышло в эфир, появились и другие желающие расспросить её поподробнее, но Ся Сяолань всем отказала.
Что касается всевозможных наград от провинциального департамента образования, городского и уездного управлений образования, а также от Первой средней школы Аньцина, Ся Сяолань поручила Лю Фэнь забрать их вместо неё. К мероприятиям, где полагалось получить деньги и выступить с докладом, она не питала никакого интереса. Разве вы не хотите услышать о том, как рос лучший выпускник провинции? Интервью с родной матерью этого выпускника тоже вполне подойдет.
Честная и простая Лю Фэнь куда больше соответствовала устоявшемуся в обществе образу матери отличника из бедной семьи.
Сама же Ся Сяолань, окончательно утвердив проект дома в родной деревне, выдала часть аванса на закупку материалов Гун Яну и поручила ему руководить строительством.
Гун Ян и сам был еще студентом. Нарисовать чертежи он мог, но когда его внезапно заставили взять на себя всё — от проектирования до возведения здания, — он по-настоящему испугался такой ответственности.
— Если возникнут вопросы, ищи старосту Чэня, деревенские во всём помогут. Ты просто следи за общим ходом работ, чтобы они не построили черт знает что.
Ся Сяолань и Лю Фэнь решили строить новый дом после того, как стали известны результаты экзаменов. И дело было даже не в оплате — односельчане с радостью готовы были помочь даже даром. Жара? Ерунда, когда на душе у всех такой подъем. У Ся Сяолань было лишь одно требование к Гун Яну: работы должны вестись с 6:00 до 10:00 утра и с 16:00 до 20:00 вечера. В остальное время стройка запрещена.
Она хотела, чтобы дом был готов к началу занятий в университете, но сжатые сроки не повод рисковать здоровьем людей. Когда в полдень температура поднималась выше тридцати градусов, работать под открытым небом было опасно. Ся Сяолань предпочла сократить рабочие часы, а нехватку времени компенсировать количеством людей. Зачем экономить пару юаней в день на сроках, если можно просто нанять больше народу?
Результаты экзаменов объявили 16 июля, а уже 19-го Ся Сяолань с рукой в гипсе прибыла на вокзал города Янчэн.
Бай Чжэньчжу уже ждала её.
Хозяйка Бай выглядела еще более мужественно и браво, чем раньше; теперь никто бы и не поверил, что она женщина. В районе рынка мелких товаров все знали, что Бай — человек суровый, умеет драться и обладает широкими связями, всегда умудряясь достать дефицитный товар. Понятие пола для неё просто не существовало.
— Сестра Бай, почему ты на меня всё время украдкой поглядываешь?
Они были уже старыми знакомыми, к чему эти недомолвки? Если есть что сказать, говори прямо.
Не говоря уже о прежней дружбе, им предстояло вместе вести дела.
Бай Чжэньчжу долго мялась, прежде чем выдала:
— Ты заняла первое место в провинции Юйнань. Дядя Лю Юн сказал, что ты собираешься в Университет Хуацин. Ты всё еще будешь вести с нами бизнес?
Ся Сяолань и рассмеялась, и расстроилась одновременно:
— Если бы не бизнес, зачем бы я так спешила в Янчэн? Ты ведь уже даже помещение под магазин сняла. Сестра Бай, не пугай меня так своими шутками.
Бай Чжэньчжу по-настоящему выдохнула с облегчением!
И дело было не в излишней мнительности. Каков был статус частника? Обычные рабочие смотрели на индивидуальных предпринимателей свысока. Кто в здравом уме бросит «железную миску риса» ради сомнительного звания частника? И хотя масштаб деятельности её и Ся Сяолань отличался от обычных лоточников, по сути они оставались теми же «частниками». Раньше у Ся Сяолань не было выбора, но теперь она стала лучшей на экзаменах, поступила в престижнейший вуз, и будущее её казалось блестящим… В глазах многих занятия бизнесом для человека в её положении выглядели как пустая трата времени.
Здание на рынке мелких товаров у моста Жэньминь было огромным. Если бы Ся Сяолань отказалась от нового проекта, Бай Чжэньчжу одна бы не справилась.
>
Что же касается Кан Вэя, то без Ся Сяолань, выступавшей связующим звеном, у Бай Чжэньчжу не было бы ни единой точки соприкосновения со столичным «золотым мальчиком».
Еще пару месяцев назад Бай Чжэньчжу и подумать о таком не могла. Торговля на рынке закаляет людей: она воевала за место, сама искала поставщиков, заработала немало денег и даже сталкивалась с обманом. Она росла на глазах… Как говорится, после трех дней разлуки человека не узнать.
Ся Сяолань тоже чувствовала эти перемены. У всего есть две стороны: нельзя требовать от партнера самостоятельности и при этом ожидать, что он останется прежним, простодушным и верным. Люди меняются. Бай Чжэньчжу научилась взвешивать свои слова и перестала быть той прямолинейной и упрямой девушкой. Ся Сяолань не могла требовать от неё измениться обратно, ей оставалось лишь самой подстраиваться под эти перемены.
Услышав твердое подтверждение того, что дела остаются в силе, Бай Чжэньчжу заметно обрадовалась:
— Можно ли доверить ремонт магазина дяде Лю Юну? Я видела, как он отделал гостиницу, получилось очень красиво.
При встрече ни одна из них не упомянула загипсованную руку Ся Сяолань.
Это была запретная тема. Ся Сяолань через Гэ Цзяня отомстила хулиганам, заставила их искалечить руку Ся Чанчжэню, а затем поспешно отправила Ли Дунляня обратно в Шанду. Бай Чжэньчжу не следовало знать подробностей. Если бы она узнала, это означало бы, что Ли Дунлянь и Гэ Цзянь больше не годятся в телохранители. Если они, получая зарплату, разглашают такие опасные секреты посторонним… Ся Сяолань явно не стала бы больше работать с ними.
Сейчас они с Бай Чжэньчжу были партнерами и друзьями, но кто знает, что будет в будущем. Ся Сяолань не была настолько глупа, чтобы посвящать другого человека во все свои тайны.
Она не была мелочной, просто не хотела испытывать человеческую природу.
Не давай в руки другому нож, и тогда шансов получить рану будет гораздо меньше.
Теперь Ся Сяолань держалась иначе: куда бы она ни шла, её сопровождали два телохранителя. Совсем не то, что в прошлом году, когда она только приехала в Янчэн, одетая как простая деревенская девчонка. Но Кэ Исюн заприметил её именно тогда, и с тех пор она не выходила у него из головы. Спросить напрямую Бай Чжэньчжу он не мог, но заметил гипс на руке Ся Сяолань.
«Разве тот мужчина не крутой?»
Он не позволял никому даже смотреть в её сторону, и всё же Ся Сяолань получила травму.
Видно, не такой уж он и сильный!
Знай Ся Сяолань, о чем думает Кэ Исюн, она непременно вступилась бы за Чжоу Чэна. Тот до сих пор и понятия не имел, что её рука сломана.
Почему она скрывала это? Ся Сяолань интуитивно чувствовала: узнай Чжоу Чэн о травме, он потеряет контроль. Он слишком сильно дорожил ею. В тот раз, в городской гостинице, Ся Сяолань не на шутку испугалась, что он на месте убьет Фань Чжэньчуаня. В Чжоу Чэне было что-то дерзкое, даже порочное, и хотя после того, как они сошлись, он стал ужасно ласковым, Ся Сяолань понимала: это лишь часть его натуры. Было и то, чего он ей еще не показывал.
Пока гипс не сняли, Ся Сяолань не планировала встречаться с Чжоу Чэном. Под предлогом подготовки бизнеса в Пэнчэне она не поехала в Пекин сразу после экзаменов, а отправилась на юг, в Особую экономическую зону.
Лю Юн ждал Ся Сяолань на въезде в зону. Вместе с ней был Сяо Ван, водитель Тан Хунъэня.
В глазах Сяо Вана, смотревшего на Ся Сяолань, прибавилось уважения.
Ореол лучшей выпускницы провинции сиял ярко. По крайней мере, когда начальник узнал об этом, он выкроил время, чтобы встретиться с ней:
— Начальник сказал, что хочет вас видеть.
Лю Юн подавал ей знаки глазами, но Ся Сяолань была совершенно спокойна:
— Хорошо, я и сама хотела навестить дядю Тана.
Лю Юн, вероятно, уже понимал, что за «начальник» этот дядя Тан, а вот Ся Сяолань пока еще нет. Очевидно, в этот раз Тан Хунъэнь решил представить себя как следует!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
