Глаза Ли Фэнмэй совсем опухли.
Она долго прикладывала в комнате полотенце и решилась выйти только тогда, когда посчитала, что уже может показаться людям на глаза.
На самом деле все и так видели, что она плакала, но из тактичности никто не задавал вопросов.
Ли Фэнмэй сама почувствовала, что скрываться больше нет смысла, и спросила Ся Сяолань:
— Все уже знают о делах твоего дяди?
Неудивительно, что Сяо Лань вдруг ни с того ни с сего заговорила о поездке в Пэнчэн. Если бы она действительно хотела попутешествовать, то выбрала бы зимние или летние каникулы, а не эти выходные… Оказывается, она знала, что у Лю Юна в Пэнчэне возникли проблемы! Ли Фэнмэй казалось, что теперь об этом известно всем, и только от неё одной это скрывали.
Окажись она в такой ситуации, неизвестно, как бы другие над ней насмехались.
— Просто кое-кто хотел склонить дядю к ошибке, но ведь он её ещё не совершил. Под вашим чутким руководством и после критики дядя больше не посмеет сотрудничать с тем гонконгским боссом, который вечно затягивал его на попойки. Может, простите его на этот раз?
Ли Фэнмэй шутливо хлопнула Ся Сяолань по руке:
— Не паясничай, неужели ты думаешь, что мне нужны советы в таких делах? Если я закачу дяде скандал, он только лишний раз убедится, что та лиса нежнее меня!
Ся Сяолань подняла большой палец вверх в знак того, что «старый имбирь всё-таки острее».
Ссора уже отшумела, Лю Юн сам захотел ей всё рассказать, да и на самом деле ничего не произошло — рядом с ним всегда были либо Гэ Цзянь, либо Ли Дунлян. Лю Юн ни разу не оставался один, так что же могло случиться? Ли Фэнмэй скоро сорок, она была куда выдержаннее молодых девчонок, которые вспыхивают как спички.
Раньше она лишь подозревала, что у Лю Юна здесь кто-то появился, и долго мучилась сомнениями. Но когда выяснилось, что это не пустые подозрения и на Лю Юна действительно вешаются другие женщины, Ли Фэнмэй мгновенно перешла в состояние боевой готовности.
Простыми криками проблему не решить, это лишь подтолкнёт Лю Юна к другим. Ли Фэнмэй придерживалась определённой стратегии. По крайней мере, сейчас Лю Юн всё ещё готов рассказывать ей правду по собственной воле; если же он перестанет это делать, дело примет куда более серьёзный оборот.
Ли Фэнмэй поделилась своими мыслями, и Ся Сяолань подумала, что тётя обладает большой житейской мудростью.
Это никак не зависело от образования. Учёба может сделать путаного человека чуть менее путаным, но Ли Фэнмэй и так соображала отлично: ещё десять лет назад она смогла решиться уйти от бывшего мужа, да и что за человек Лю Юн, она прекрасно понимала.
Ли Фэнмэй больше беспокоилась о том, не повлияет ли потеря нескольких десятков тысяч юаней на бизнес Лю Юна.
Ся Сяолань не стала отделываться дежурными фразами, а тщательно обдумала ответ:
— Если речь всего о нескольких десятках тысяч, то бизнес дяди ещё сможет как-то продержаться. Если бы мы узнали об этом позже, когда большая часть денег была бы уже вложена, отступить было бы гораздо сложнее.
Ли Фэнмэй с облегчением вздохнула.
В Пэнчэне им оставалось пробыть недолго — самолёт был во второй половине дня.
В то время рейсы между крупными городами летали всего один-два раза в день. Ся Сяолань нужно было вернуться в столицу, так как завтра, в понедельник, у неё с утра были занятия. В полдень Тан Хунэн пригласил Ся Сяолань на обед. Было уже одиннадцать часов, а Лю Юн со своими людьми, уехавший забирать стройматериалы в парк Сянмиху, всё ещё не вернулся, и Ся Сяолань начала беспокоиться.
Узнав, что угощает мэр Тан, Ли Фэнмэй наотрез отказалась идти.
С мэром Таном были знакомы только Ся Сяолань и Лю Фэнь, как она могла быть настолько бестактной, чтобы навязываться на этот обед?
Ся Сяолань не смогла её переубедить. Пань Сангэ сказал, что поможет до конца, и тоже поехал с ними; кроме того, Ли Дунлян и Гэ Цзянь были отличными бойцами. Даже если возникнет конфликт с людьми Лю Тяньцюаня, Ся Сяолань не слишком опасалась за безопасность Лю Юна.
Однако то, что они уехали рано утром и не вернулись к полудню, говорило о том, что Лю Тяньцюань, похоже, не собирается так просто всё оставлять. Перейдя дорогу такому человеку, можно потерять не только десятки тысяч юаней. Лю Тяньцюань, в конце концов, был одним из самых влиятельных строительных магнатов в Пэнчэне, и если он начнёт в будущем вставлять палки в колёса компании «Юаньхуэй», это может изрядно вымотать.
Но это всё равно лучше, чем якшаться с Лю Тяньцюанем.
Если бы Лю Тяньцюань вёл дела честно, не было бы проблем зарабатывать вместе. Но этот человек, ведя бизнес на материке, втайне проворачивал тёмные дела. Ся Сяолань нужно было бы совсем лишиться рассудка, чтобы поддерживать с ним близость.
Тан Хунэн назначил обед на 12:30, но сам появился только в час дня.
Место, где он принимал гостей, было хорошо знакомо и Ся Сяолань, и Лю Фэнь — отдельный кабинет в гостевом доме администрации города. В последнее время Тан Хунэну нужно было беречь желудок, поэтому он редко ел в столовой ведомства, заказывая обеды в гостевом доме отдельно.
— Затянули совещание, не заметил, как прошло время. Вы, должно быть, заждались?
Тан Хунэн пришёл с опозданием. Ся Сяолань и Лю Фэнь уже выпили немало чая; на самом деле мать и дочь обсуждали дела Лю Юна и даже не заметили, как пролетело время.
— Дядя Тан, мы и сами пришли не так давно… Но ведь после вашей операции прошло совсем мало времени, неужели вы опять питаетесь не по расписанию?
Тан Хунэн кивнул:
— Вы с секретарём Пэном точно споётесь — ещё такая молодая, а уже любишь поворчать.
Ся Сяолань тут же замолчала.
Ей в этом году исполнилось всего девятнадцать, и ей совсем не хотелось прослыть ворчуньей.
— Господин Тан, — Лю Фэнь всё ещё держалась довольно скованно.
Тан Хунэн, напротив, был с ней весьма любезен:
— Да ничего страшного, просто услышал, что вы приехали в Пэнчэн, вот и решил пригласить на обед. Сяо Лань, а почему твой дядя и остальные не пришли?
Ся Сяолань не стала ничего скрывать:
— Дядя сегодня поехал в Сянмиху забирать материалы. Он окончательно порвал с Лю Тяньцюанем. Так даже лучше: без «протекции» Лю Тяньцюаня развитие «Юаньхуэй» в Пэнчэне замедлится, зато не придётся жить в постоянном страхе.
Для богатого босса с состоянием в десятки миллионов даже крохи с его барского стола могли обеспечить такую маленькую компанию, как «Юаньхуэй», работой на целый год.
Ся Сяолань это не слишком заботило. Пэнчэн был полон возможностей, и без Лю Тяньцюаня вполне можно было выжить. «Юаньхуэй», по крайней мере, успешно завершила отделку гостевого дома администрации города, заработав определённую репутацию, так что через пару лет дела наладятся.
Пэнчэн будет развиваться всё стремительнее, Ся Сяолань понимала это лучше кого бы то ни было, поэтому не видела причин для спешки.
О будущих тенденциях развития Пэнчэна Ся Сяолань знала наверняка, а Тан Хунэн — нет, поэтому он счёл её взгляд на вещи весьма философским. В бизнесе встреча с покровителем может значительно сократить путь к накоплению богатства, и редко кто, подобно Лю Юну, способен так решительно разорвать связи с Лю Тяньцюанем.
— Долгосрочная стабильность лучше мимолётного азарта.
Несколько десятков тысяч юаней для Лю Тяньцюаня не были большой суммой, да и для Лю Юна они не были критичны, но Тан Хунэн не мог напрямую вмешаться и заставить Лю Тяньцюаня вернуть деньги. Административное вмешательство в коммерческую деятельность — это очень дурной тон. Однако существовали и другие способы.
Ся Сяолань достаточно было просто поставить Тан Хунэна в известность; во второй половине дня она улетала в Пекин, и сегодня решить вопрос всё равно бы не удалось.
Если Тан Хунэн просто замолвит слово через своего секретаря, эффект будет сильнее, чем если бы Ся Сяолань и Лю Юн сбили ноги в кровь, бегая по инстанциям.
Тан Хунэн предложил Ся Сяолань и Лю Фэнь не стесняться и есть побольше.
Повара в гостевом доме и так были мастерами своего дела, а готовя для мэра Тана, они старались вдвойне. Ингредиенты не обязательно должны были быть редкими или дорогими — кантонская кухня ценит первозданную свежесть вкуса, и Ся Сяолань получила от обеда искреннее удовольствие.
Однако когда мать и дочь вернулись в магазин стройматериалов, группа Лю Юна всё ещё не приехала.
До самолёта оставалось всего несколько часов. Ся Сяолань не находила себе места и попросила Кан Вэя съездить и посмотреть, что там происходит.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
