Когда людей отправили за материалами, действительно возникли некоторые трудности.
Но дело было вовсе не в том, что Лю Тяньцюань чинил ему препятствия.
Недовольство по поводу того, что Лю Юн забирает материалы, выразила администрация парковой зоны Сянмиху.
Парк должен был открыться для посетителей в следующем году, и все работы вступили в завершающую стадию. Перед тем как начать отделку, Лю Юн регистрировал свой выход на объект в администрации парка. И что теперь — проработал полмесяца и заявляет, что уходит?
У Лю Юна голова пошла кругом. Пань Сань и Ли Дунлян были хороши в драке, но в словесных спорах и доводах рассудка они были абсолютно бесполезны.
Пока тянули время, в Сянмиху с инспекцией хода проекта прибыл некий высокопоставленный руководитель в сопровождении представителей корпораций «Тэнэн» и «Чжэнтай». Они как раз застали перепалку Лю Юна с сотрудниками Сянмиху.
Так Лю Юн стал «показательным примером».
Руководитель долго слушал, а затем сказал сопровождающим:
— Нужно объединять все силы, которые можно объединить. Интересы дела превыше всего, нельзя допустить задержки открытия курорта в следующем году.
Руководитель бросил эту фразу вскользь, а представители корпораций и не ожидали, что столкнутся с подобным. Они остались крайне недовольны стороной Лю Юна.
Как только руководитель уехал, Лю Юна задержали для серьезного разговора.
В ходе расспросов выяснилось, что Лю Юн взял подряд у компании «Тяньчэнь». К его квалификации претензий не было — «Юаньхуэй» даже выполняла отделку для приемов городской администрации. Проблема была в «Тяньчэнь»: они что, решили пошутить со сроками отделки Сянмиху?
Вызванный на место Лю Тяньцюань мгновенно оценил ситуацию.
— Я же говорил, это мои подчиненные проявили невнимательность, ошиблись при составлении контракта. Провинившийся сотрудник уже уволен. Мы можем подписать контракт заново.
Лю Тяньцюань выпятил свое толстое пузо и говорил очень миролюбиво, так что сотрудники Сянмиху невольно закивали.
Однако Лю Юн разволновался. Он ни на грош не верил Лю Тяньцюаню, как он мог снова с ним сотрудничать!
В улыбке Лю Тяньцюаня промелькнуло нечто похожее на скрежет зубов:
— Брат, кто лучше вас знает проект отделки, разработанный вашей же компанией? Господин Пань из курортной зоны наблюдает за нами. Давай подпишем новый контракт, ты закончишь этот небольшой объем работ, разве мы можем не выплатить тебе деньги?
Господин Пань был представителем, назначенным совместно двумя корпорациями, развивающими курорт.
Маленький проект на несколько сотен тысяч был лишь крошечным звеном в масштабах всего курорта.
Господин Пань обычно не вникал в такие мелочи, но сегодня так совпало, что он оказался свидетелем. Лю Тяньцюань прямо при нем предложил переподписать контракт. Господин Пань понимал, что здесь наверняка есть свои хитросплетения, но раз уж он вмешался, то это стало своего рода «гарантией». Если у Лю Юна оставались какие-то опасения, то кому же он тогда не верит?
Если бы Лю Юн отказался продолжать работу в Сянмиху, он бы нанес оскорбление господину Паню. Как бы он тогда смог вывезти свои материалы из парковой зоны!
— Брат Тяньцюань, то, что ты затеял, совсем некрасиво.
Господин Пань не собирался оставаться и препираться из-за такой мелочи в несколько сотен тысяч. Как только он ушел, улыбка Лю Тяньцюаня стала еще более многозначительной. Лю Юн понял, что сегодняшняя сцена, скорее всего, дело рук Лю Тяньцюаня… Тот набрал множество подрядов на отделку, разве мог он не знать о визите руководства с инспекцией? Но Лю Юну он ничего не сказал.
Еще до вчерашнего дня они не враждовали открыто. Что же Лю Тяньцюань задумал?
Щеки Лю Тяньцюаня затряслись:
— Брат, это значит, что наша с тобой судьба неразрывна, нам суждено сотрудничать.
Лю Тяньцюань действительно хотел прибрать Лю Юна к рукам.
Он не знал, откуда взялся Пань Сань, но тот был в курсе его «дел» в провинции Фуцзянь. Лю Тяньцюань тем более не мог позволить Лю Юну уйти в свободный полет. Разумеется, этот контроль больше строился на общности интересов: пока Лю Юн может зарабатывать вместе с ним, они — кузнечики на одной веревочке.
Не то чтобы Лю Тяньцюань не давал Лю Юну увезти материалы, это администрация курорта Сянмиху не соглашалась.
Когда Кан Вэй привез Ся Сяолань, они застали именно такую картину.
— Сяо Лань, скажи, что это за…
Лю Юн кипел от гнева, этот жирный боров Лю Тяньцюань вел себя слишком нагло.
— Тогда эти вещи нам не нужны, отдадим их господину Лю. У господина Лю дела масштабные, он сможет переварить такое количество материалов.
Ся Сяолань тоже была крайне недовольна.
Лю Тяньцюань просто объединился с парком Сянмиху, чтобы давить на них.
Ся Сяолань спешила на самолет, у нее не было времени препираться с Лю Тяньцюанем. В этот раз она приехала в Пэнчэн в основном из-за беспокойства, как бы её дядя не совершил «ошибку, которую совершают все мужчины в мире». Мир в семье был куда важнее потери нескольких десятков тысяч. Мало того, что история с девицей оказалась ложной тревогой, так она еще и уберегла Лю Юна от прыжка в яму, вырытую Лю Тяньцюанем.
Потерю нескольких десятков тысяч юаней Ся Сяолань считала делом второстепенным.
Ся Сяолань сразу поняла, в чем дело. Лю Тяньцюань был человеком мелочным. Возможно, опасаясь Тан Хунэна, он не стал действовать слишком радикально. Но и давать Лю Юну спокойно жить он не хотел, все пытался как-то его приструнить.
Ради заработка Лю Юн мог склонить голову, но позволять кому-то вот так издевательски помыкать собой было не в его характере.
Ся Сяолань думала так же, как и её дядя.
Как только Ся Сяолань сказала, что вещи им не нужны, Лю Юн действительно увел людей.
Пань Сань, выйдя за пределы курорта, подошел к ней:
— Невестка…
Ся Сяолань знала, что он все еще порывается пустить в ход кулаки.
Но позволить Пань Саню действовать было нельзя, поэтому она лишь поблагодарила его:
— Тётушка Пань, того, что вы приехали и помогли нам разузнать подноготную Лю Тяньцюаня, уже вполне достаточно.
Неважно, как Пань Сань это выяснил, но теперь Ся Сяолань знала о связях Лю Тяньцюаня. Пань Сань говорил, что у Лю Тяньцюаня есть и другие «дела» в Фуцзяни. Тан Хунэн советовал Ся Сяолань не вступать в прямой конфликт с Лю Тяньцюанем именно из-за его специфического прошлого.
Она и Лю Юн сейчас были слишком слабы. Лю Тяньцюань опирался на корпорацию «Чэнжун», и «Юаньхуэй» была ему не ровня.
Ся Сяолань продолжала размышлять об этом даже в самолете.
В мире бизнеса столкновения с такими людьми, как Лю Тяньцюань, неизбежны. Стоит ли ей идти с ним на принцип?
…
Люди Лю Тяньцюаня доложили, что Ся Сяолань уже покинула Пэнчэн.
Лю Тяньцюань не дождался никаких намеков от мэра Тана, и никто из тех «всемогущих» людей, о которых твердила Фань Юй, не явился, чтобы предупредить его. Ему самому стало смешно: раньше он явно придавал Ся Сяолань слишком большое значение. Господин Лю даже вызвал Фань Юй и отругал её, сказав, что она поднимает шум на пустом месте.
Фань Юй совсем запуталась.
Неужели арест Фань Чжэньчуаня и все несчастья семьи Фань были лишь совпадением?
Фань Юй не верила, что это не связано с Ся Сяолань. Фань Чжэньчуань принуждал многих женщин, но споткнулся именно на Ся Сяолань.
— Хозяин, вам правда стоит быть осторожнее, эта женщина приносит неудачу, в ней есть что-то зловещее.
Лю Тяньцюань приподнял её подбородок:
— А ты, я вижу, очень осмотрительна.
Фань Юй застенчиво опустила голову.
Ей было нелегко изобразить эту долю смущения.
Жирная физиономия Лю Тяньцюаня выглядела куда хуже, чем лицо Фань Чжэньчуаня, который следил за собой. Даже если Лю Юн был сухопарым и чернявым, Фань Юй сказала бы, что он лучше Лю Тяньцюаня. Лю Тяньцюань был слишком распутным, на него нельзя было положиться на всю жизнь.
Жаль, что Лю Юн чуть было не сорвался с крючка.
Лю Тяньцюань спросил её, хочет ли она отомстить. Фань Юй хотела, но не знала, как подступиться.
Соблазнить Лю Юна?
Лю Юн всего лишь дядя Ся Сяолань. Фань Юй чувствовала, что даже если она станет тетей Ся Сяолань, в этом мало толку. Было бы лучше, если бы Лю Тяньцюань сам разделался с Ся Сяолань. Подумав об этом, Фань Юй тут же сменила тон:
— Какой бы странной ни была женщина, перед вами она будет паинькой…
В сердце Лю Тяньцюаня что-то шевельнулось. Ся Сяолань была редкостной красавицей.
Жаль, что у неё есть покровитель, и трогать её просто так нельзя.
«Далекая вода не утолит жажду» — пока Лю Тяньцюань и Фань Юй голышом кувыркались в постели, в дверь забарабанили.
— Хозяин, в танцевальном зале облава, многих наших людей забрала полиция!
У Лю Тяньцюаня мгновенно все «упало». Что там только что говорила Фань Юй? Что Ся Сяолань приносит неудачу?
Проклятье, неужели в точку!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
