Цзи Цзянъюань бесстыдно последовал за ней, чтобы утешить Ся Сяолань.
— На самом деле, даже если ты не попала в финал, это не обязательно означает потерю шанса стать студентом по обмену. Программы обмена обычно длятся от полугода до года. Помимо этого, ты можешь выбрать учебу за границей самостоятельно. Если у тебя есть такое желание, я могу помочь тебе связаться с некоторыми университетами. О расходах не беспокойся: если не получится попасть на государственную программу, можно подать заявку на стипендию в частном порядке.
Манера утешения Цзи Цзянъюаня была очень американской.
Фраза «пей больше горячей воды» не универсальна; наиболее эффективно то утешение, которое предлагает способ решения проблемы.
Если бы Ся Сяолань действительно расстроилась из-за возможной потери статуса студента по обмену, утешение Цзи Цзянъюаня было бы крайне полезным!
Она не расстроилась, но все же была благодарна Цзи Цзянъюаню за доброту.
— Спасибо. Если у меня появятся планы на учебу за границей, я обязательно проконсультируюсь с тобой подробно. Ты увидел, что я потерпела неудачу на повторном туре, и решил заговорить со мной первым? Студент Цзи Цзянъюань, а я-то думала, что наша однокурсническая дружба не так хрупка!
О том, что Цзи Цзянъюань и Тан Хунъэнь — отец и сын, Ся Сяолань заранее не знала.
В этом вопросе сам Цзи Цзянъюань немного струсил.
Ся Сяолань и не собиралась по своей инициативе заговаривать о делах Тан Хунъэня. У «директора Ся» не было привычки вести себя как тётушка из домкома — зачем лезть в чужие семейные конфликты? Пока другие не заговорят сами, вмешательство в такой ситуации — это просто излишнее любопытство. Неужели между людьми не должно быть личного пространства?
По какой бы причине это ни произошло, отец и сын не общались двенадцать лет, и детские воспоминания Цзи Цзянъюаня потускнели, так что его отстраненность по отношению к Тан Хунъэню была нормальной реакцией.
Ся Сяолань и не подумала бы вставать на позицию морального превосходства и нести всякую чушь вроде: «Это твой родной отец, ты должен понять и простить его». Тан Хунъэнь действительно не выполнял свои отцовские обязанности, и было бы странно запрещать Цзи Цзянъюаню чувствовать холодность. Если бы однажды кто-то выскочил и сказал ей, что Ся Дацзюнь — её родной отец, что он теперь исправился и так далее, что между отцом и дочерью не может быть непреодолимых преград, а не принимать Ся Дацзюня — это сыновняя непочтительность… Ся Сяолань точно так же пришла бы в ярость.
Принимать Тан Хунъэня или нет — личное дело Цзи Цзянъюаня, и посторонние не имеют права в это вмешиваться.
Видя, что Ся Сяолань не придаёт этому значения, Цзи Цзянъюань и сам почувствовал, что его недавние терзания были немного комичными. Пройдя через период адаптации, он уже смог принять факт внезапного появления своего биологического отца. Проявлять нежность и теплоту к Тан Хунъэню он не мог, но, по крайней мере, судя по словам самого Тан Хунъэня, тот не бросал его намеренно… Никто не был бы рад оказаться «брошенным» родными родителями, так что для Цзи Цзянъюаня это стало своего рода избавлением от душевного груза.
Груз с души упал, но появилось новое любопытство.
Об этом нельзя было спрашивать семью Цзи — никто из них не сказал бы о Тан Хунъэне ни одного доброго слова.
Цзи Цзянъюань хотел услышать более нейтральное мнение, но, возможно, спрашивать Ся Сяолань тоже не стоило? Скорее всего, она была на стороне Тан Хунъэня — из их разговоров Цзи Цзянъюань чувствовал симпатию Тан Хунъэня к Ся Сяолань.
Однако кого еще он мог спросить?
— Тан… Ты знаешь, я имею в виду моего биологического отца — как он жил все эти годы?
Раз Цзи Цзянъюань спросил сам, значит, Ся Сяолань не лезла не в своё дело.
Она даже с облегчением выдохнула, когда он наконец озвучил этот вопрос.
— На самом деле, я не так уж много знаю о личных обстоятельствах дяди Тана. Мы познакомились в поезде, когда я впервые поехала далеко, в Янчэн, и по чистой случайности оказалась с ним в одном купе. Тогда у меня возникли кое-какие проблемы, двое торговцев людьми пытались меня обмануть, и дядя Тан позвал транспортную полицию на помощь. Позже, когда я поехала в Пэнчэн, мы снова случайно встретились, и после пары таких встреч начали общаться. Я знаю только, что он занимает должность в Пэнчэне, обычно живет один, семьи сейчас нет, здоровье не очень — я трижды заставала его больным!
Цзи Цзянъюань вмиг ощутил смятение.
У его матери, Цзи Я, были серьезные эмоциональные проблемы.
Но за те годы в Америке материальная жизнь матери и сына была в порядке.
Его мать сменила нескольких бойфрендов, и хотя ни с кем не дошло до брака, а его мать была той еще капризницей, те «дяди» относились к ней очень хорошо.
У Цзи Я всегда кто-то был рядом, а Тан Хунъэнь в Китае оставался совершенно один.
С развода прошло больше десяти лет, неужели он ни разу не задумывался о том, чтобы найти себе пару?
К тому же, серьезная болезнь желудка — в прошлый раз в больнице ему ведь делали операцию по поводу язвы?
Работа Тан Хунъэня была престижнее, чем представлял Цзи Цзянъюань, но его личная жизнь была такой безрадостной… Если бы у Тан Хунъэня была счастливая семья и ребенок от новой жены, Цзи Цзянъюань не знал бы, радоваться ему или нет, но в нынешней ситуации Тан Хунъэня он точно не чувствовал радости.
Видя, что Цзи Цзянъюань погрузился в раздумья, Ся Сяолань не стала его беспокоить.
Однако, когда Ся Сяолань отправилась искать Чэнь Цина, её ждала неудача.
— Его нет в общежитии?
Территория Университета внешней экономики и торговли была немаленькой, и если человека нет в общежитии, найти его трудно.
Ся Сяолань потерла почти замерзшее лицо и была вынуждена с сожалением уехать на школьном автобусе Хуацина.
Издалека Чэнь Цин наблюдал, как тронулся автобус Хуацина.
Он намеренно прятался.
Потому что был еще недостаточно выдающимся.
Недостаточно, чтобы Сяолань изменила свое прежнее впечатление о нем.
Взять хотя бы этот Всекитайский конкурс английского языка среди студентов: Чэнь Цин, будучи первокурсником, не выделялся особыми успехами и даже не имел права подать заявку. Узнав, что повторный тур пройдет в его университете, он понял, что Ся Сяолань приедет… У Чэнь Цина была слепая вера в неё: если она участвует в конкурсе, то обязательно выйдет в повторный тур.
Поэтому все эти выходные Чэнь Цин издалека следил за тем, что происходит на месте проведения экзамена.
Он видел Ся Сяолань — среди множества студентов, пришедших на повторный тур, она все так же выделялась.
Видел он и Цзи Цзянъюаня, одетого очень приметно, который следовал за ней.
С такими парнями Сяолань и должна дружить, поэтому Чэнь Цин не осмелился подойти.
…
На выходных местные пекинские студенты могли уезжать домой.
Вернувшись домой, Цзи Цзянъюань обнаружил мать в гостиной: она курила и говорила по телефону.
Тонкая длинная дамская сигарета была зажата между её пальцами, в другой руке она держала трубку, время от времени лениво поддакивая. Движения Цзи Я были непринужденными и красивыми, словно силуэт на киноафише.
Заметив, что сын вернулся, Цзи Я бросила пару фраз и повесила трубку.
— Джордж через несколько дней приедет в Китай.
Джордж был нынешним бойфрендом Цзи Я, богатым американцем, который настойчиво за ней ухаживал. То, что они не виделись несколько месяцев, не только не остудило его пыл, но и заставило его примчаться за ней в Китай.
Цзи Цзянъюань тоже был немного удивлен.
— Значит, вы действительно можете пожениться?
Цзи Я не ответила на вопрос, а вместо этого спросила Цзи Цзянъюаня:
— А Нин Сюэ? Тебе правда совсем не нравится Нин Сюэ? Какая жалость, твоему дедушке очень нравится видеть тебя рядом с ней, это его уговор с дедушкой Нин Сюэ…
Цзи Цзянъюань говорил Ся Сяолань, что дружить с гением утомительно, но он не сказал, что быть с гением в отношениях — еще утомительнее. Нин Сюэ была не в его вкусе, но обе семьи хотели свести их вместе. Что за времена — до сих пор живут этими старомодными идеями.
Если его мать действительно собирается выйти замуж за Джорджа… Цзи Цзянъюань наконец не выдержал:
— Почему вы с моим отцом — я имею в виду, биологическим отцом — почему вы развелись?
Ладно еще развод, но зачем все эти годы было изо всех сил очернять его биологического отца, на это ведь должна быть причина.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
