Нин Сюэ действительно не понимала.
Она всегда считала, что Цзи Я идеальна: она была такой свободной и непринужденной, к тому же сумела благополучно устроиться в Америке — это требовало настоящего таланта.
Но когда дело касалось определенных вещей, Цзи Я вдруг становилась настолько невыносимо непонятной… Нин Сюэ честно этого не понимала.
Цзи Цзянъюань уже два дня не появлялся в университете.
Цзи Я снова стояла у ворот школы, преградив путь Ся Сяолань; она уже не в первый раз действовала подобным образом. Нин Сюэ даже не могла найти оправданий для Цзи Я — это было обставлено из рук вон плохо! Отправить Ся Сяолань за границу вместе с Цзи Цзянъюанем? Сама Ся Сяолань этого не хотела, а из-за того, что студенты Хуацин вовсю это обсуждали, дело неизбежно должно было дойти до руководства университета.
Неужели тетя Цзи хочет отрезать Цзи Цзянъюаню путь к возвращению на занятия?
Что же такого мать и сын не могли обсудить между собой, раз дело дошло до такой крайности!
Когда Нин Сюэ поднялась наверх, Джордж, поддерживая Цзи Я, как раз выходил из кабинета. Декан факультета все еще пытался в чем-то их убедить, а Цзи Я хранила молчание. Нин Сюэ сделала шаг вперед:
— Тетя Цзи, дядя Джордж, здравствуйте, господин декан.
Декан, тяжело вздыхая и заложив руки за спину, ушел. Он не захотел обращать внимания даже на лучшую студентку факультета, но, сделав пару шагов, все же не удержался:
— Студентка Нин Сюэ, ты уж хорошенько вразуми свою тетю Цзи.
В любом случае, семьи Нин и Цзи были близки, и декан надеялся, что к словам Нин Сюэ Цзи Я хоть немного прислушается — сам он окончательно сдался.
Ему нужно было поскорее вернуться в кабинет, закрыть дверь и позвонить старшему выпускнику Цзи.
Нин Сюэ и сама не знала, как убеждать.
— Дядя Джордж, из-за чего все это?
Нин Сюэ видела Джорджа, когда была в Америке; когда дедушка Цзи скончался, Джордж присутствовал на поминальной службе и похоронах в качестве спутника Цзи Я. Нин Сюэ была знакома с Джорджем и чувствовала, что Цзи Я сейчас слишком на взводе, поэтому решила, что лучше спросить его.
Однако Джордж, казалось, тоже был не в духе. Он едва заставил себя вспомнить, что Цзи Я симпатизирует Нин Сюэ, и только поэтому терпеливо объяснил:
— Она отвергла наше предложение. Почему кто-то отказывается от возможности поехать учиться за границу? Нин Сюэ, а ты хочешь поехать учиться за рубеж? Отправиться в Америку вместе с Цзянъюанем!
Сердце Нин Сюэ слегка дрогнуло от этого приглашения, но она тут же поняла, что Джордж просто приводит пример.
Нин Сюэ почувствовала легкое отвращение.
Если даже Ся Сяолань отказалась, как она могла бы согласиться?
У Нин Сюэ была своя гордость, она даже считала, что Ся Сяолань поступила правильно. Если бы кто-то сказал подобное ей самой, реакция Нин Сюэ была бы еще резче — неужели учеба за границей это нечто из ряда вон выходящее? Даже если она не получит квоту на государственное обучение, средства семьи Нин позволят отправить ее за рубеж!
Нин Сюэ не нуждалась в подобной «щедрости», отдающей милостыней.
— Дядя Джордж, я бы тоже не согласилась.
Сказав это, она замолчала вместе с Цзи Я. Стоя втроем в здании, они могли ясно видеть происходящее внизу: Ся Сяолань в окружении соседок по комнате вместе с той женщиной средних лет шла к воротам университета.
Цзи Я так сильно сжала кулаки, что ногти впились в ладони — так она изо всех сил пыталась сдержаться.
Если бы она потеряла контроль над собой на людях, она бы сама себе этого не простила.
Забота Нин Сюэ была тем, в чем Цзи Я нуждалась. Нин Сюэ и Цзянъюань подходили друг другу больше всего; если бы не необходимость беспрепятственно покинуть страну, Цзи Я бы и вовсе не посмотрела на Ся Сяолань.
Она хотела использовать Ся Сяолань, но та не пожелала покорно подчиниться, и это приводило Цзи Я в ярость!
— А-Сюэ, тетя думала, что некоторые вещи не нужно повторять дважды, ты и сама всё понимаешь. Вы с Цзянъюанем подходите друг другу лучше всего… Тетя обязательно поможет Цзянъюаню преодолеть этот кризис.
Лучше всего подходят?
Цзи Цзянъюань даже разговаривать с ней особо не желал.
Цзи Я сейчас была подавлена, и Нин Сюэ благоразумно не стала ей возражать.
— Тетя Цзи, вы, возможно, не знаете, но у Ся Сяолань действительно есть парень. Когда мы были на военных сборах в провинции Цзибэй, ее молодой человек был нашим главным инструктором. На вид он не намного старше нас, а уже командует батальоном.
Поначалу Цзи Цзянъюань тоже вел себя вызывающе, но позже перестал идти наперекор инструктору Чжоу. Нин Сюэ догадывалась, что тогда, когда Цзи Цзянъюань и Сюн Баянь тайком убежали в лесную чащу, что-то случилось, и Чжоу Чэн выручил их. После этого он не стал мстить этим упрямцам и не доложил в университет о том, что они покинули расположение части, лишь заставил троих пробежать 20 кругов по стадиону.
Было видно, что инструктор Чжоу покорил Цзи Цзянъюань то ли своим мастерством, то ли широтой души.
Инструктор Чжоу наверняка был выдающимся человеком, возможно, с серьезными связями. Нин Сюэ напоминала Цзи Я, чтобы та не думала, будто Ся Сяолань — простая студентка из деревни, которой можно помыкать. Взять хотя бы то, что, когда Ся Сяолань приехала на регистрацию в начале семестра, кое-кто видел, что ее привезли на машине с министерскими номерами.
Нин Сюэ предупреждала из добрых побуждений, а Цзи Я изо всех сил пыталась вспомнить, что только что говорила Гуань Хуэйэ.
Она взяла Нин Сюэ за руку:
— Я хочу повидаться с твоим дедушкой. Удобно ли сейчас старику принять меня?
***
Пока Гуань Хуэйэ приглашала всех на обед, на ее лице сияла улыбка, но стоило ей завернуть за угол и сесть в машину, как лицо ее тут же помрачнело.
Семья Цзи слишком заносчива.
Сегодня она поймала их с поличным: Цзи Я третировала Ся Сяолань, но при этом сама строила из себя жертву — для кого этот спектакль?
Гуань Хуэйэ не мужчина, она не станет проявлять жалость к «прекрасной даме».
На нее уловки Цзи Я не действуют!
Вернувшись домой, Гуань Хуэйэ все еще кипела от злости. Как назло, Чжоу Гобинь задерживался на работе, и она увидела его только в десять вечера.
— Старина Чжоу, я сегодня была в Хуацин.
Чжоу Гобинь передал одежду сестре Цзэн, чтобы та ее повесила.
— О? Расспросила Сяолань, что там происходит?
— И спрашивать не пришлось. Я приехала как раз в тот момент, когда эта женщина из семьи Цзи вместе с каким-то иностранцем преградили ей путь у ворот и при всех заявили, что хотят отправить ее за границу вместе с сыном Цзи… За кого семья Цзи принимает моего сына?
Гуань Хуэйэ злилась, даже просто рассказывая об этом.
Как в мире могут существовать настолько самонадеянные люди!
Если бы она своими ушами не слышала, как Ся Сяолань решительно отказалась, то сегодня, не видя сцены вживую, она бы и сама заподозрила, нет ли между Ся Сяолань и этим сыном Цзи каких-то неподобающих отношений — иначе с чего бы семье Цзи предлагать оплатить ее учебу за рубежом!
Но вся ирония была в том, что Цзи Я сама это придумала и еще наотрез отказалась извиняться.
Рассказав о ситуации в кабинете университета, Гуань Хуэйэ прижала руку к груди:
— Я из последних сил сдерживалась, чтобы не влепить ей пощечину прямо там. Нельзя же опускаться до уровня человека с больной головой, верно? Но так это оставлять нельзя. Если не дать семье Цзи предупреждение, Цзи Я снова примется за старое.
Семья Цзи на самом деле ничего из себя не представляла.
Чжоу Гобинь усмехнулся:
— В эти пару дней до меня тоже дошли кое-какие новости. Вообще-то нехорошо обсуждать людей за спиной, но это как раз касается Цзи Я. Ты ведь знаешь Тан Хунъэня, того, что сейчас уехал работать в Особую экономическую зону? На самом деле он — бывший зять семьи Цзи.
Гуань Хуэйэ не совсем поняла. Про Тан Хунъэня она слышала, причем от самого старика Чжоу; тот говорил, что это очень способный человек.
— Ты к чему это? Бывший зять будет выгораживать Цзи Я? Они же в разводе, разве нет?
Чжоу Гобинь покачал головой:
— Нет, Тан Хунъэнь не защищает семью Цзи, он создает им проблемы. Когда я услышал новости, тоже не мог понять: старик Цзи только упокоился в земле, а Тан Хунъэнь так себя ведет, не боясь пересудов. Теперь-то я понял — эти два события связаны. Сяолань просто оказалась втянута в противоборство между Тан Хунъэнем и семьей Цзи!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
