Ся Сяолань поехала вместе с Гуань Хуэйэ на машине.
Министерство иностранных дел подготовило площадку; вечер встреч начинался в семь тридцать, но им с Гуань Хуэйэ не нужно было отмечаться ровно по часам, так что выезд в семь вечера был в самый раз.
— Тех, кто выглядит примерно моего возраста, называй «тётя», а мужчин — «дядя». Это просто встреча, где люди собираются вместе поесть сладостей и поболтать, всё не так сложно, как ты думаешь, но, конечно, и слишком вольно себя вести не стоит.
Сидя в машине, Гуань Хуэйэ не забывала давать наставления Ся Сяолань.
Ся Сяолань и сама всё это знала, но понимала, что Гуань Хуэйэ желает ей добра, поэтому внимательно слушала и поддакивала.
Время от времени она задавала уточняющие вопросы, что вызывало у Гуань Хуэйэ еще большее желание поговорить.
Раньше Гуань Хуэйэ была полна предубеждений, но теперь, узнав Ся Сяолань поближе, она поняла, что эта девушка по-настоящему умна: она схватывала всё на лету и не была непроходимо глупой, что для Гуань Хуэйэ было бы невыносимо. Она была куда сообразительнее той молодежи, что недавно распределили в отдел к Гуань Хуэйэ; те, кто умеет зубрить, не всегда умеют дела вести, а реакция и понимание Ся Сяолань вполне соответствовали её статусу студентки университета Хуацин.
Тот результат на всекитайских экзаменах — третье место по стране — действительно был честным и заслуженным!
У Гуань Хуэйэ возникло ощущение, что какую бы невестку ни захотела семья Чжоу, Ся Сяолань сможет стать именно такой, вопрос лишь в том, захочет ли она сама.
Что могла сказать на это Ся Сяолань?
Всё это было лишь приятным заблуждением тети Гуань; на самом деле она не стала вдруг намного умнее — просто раньше Гуань Хуэйэ ожидала от неё слишком малого, и когда внезапно обнаружила, что та не так глупа, как представлялось, испытала настоящий восторг.
Ся Сяолань и сама вздохнула с облегчением от того, что смогла поладить с Гуань Хуэйэ.
Хотя она любила Чжоу Чэна и хотела быть достойной девушкой, она не знала бы, что делать, если бы с его семьей было слишком трудно договориться.
Вскоре они с Гуань Хуэйэ прибыли к месту проведения.
Это было
небольшое здание, двери которого были открыты лишь наполовину. Всё оказалось не так таинственно, как представляла Ся Сяолань: кто-то приехал на машинах, а кто-то — на велосипедах. Ослепительный блеск роскоши высшего общества? Ничего подобного не было. Зимой стояли сильные холода, и чтобы защититься от ледяного ветра, многие пришли в тяжелых теплых пальто; мужчины были в ватных куртках армейского зеленого цвета, под которыми виднелись костюмы-френчи или западные пиджаки, а те, кто помоложе, были просто в плотных свитерах.
Женская одежда была чуть поразнообразнее: те, кто приехал на машинах, осмеливались надевать тонкие шерстяные пальто ярких расцветок.
Как бы то ни было, здесь всё выглядело куда скромнее, чем ожидала Ся Сяолань.
Войдя внутрь, она не стала глазеть по сторонам, а просто последовала за Гуань Хуэйэ.
Было заметно, что дом хорош: старинные хрустальные люстры над головой, винтовая лестница, барельефы. Посреди зала стояли длинные столы, накрытые свисающими белыми скатертями, на которых в изобилии были расставлены угощения: китайское печенье с яичным желтком, западные кремовые пирожные — еды было предостаточно.
Ся Сяолань заметила женщину средних лет, которая, беседуя с кем-то, уплетала то печенье, то пирожное. Всё действительно было так, как говорила Гуань Хуэйэ: люди пришли сюда просто поесть и попить!
МИД, должно быть, весьма обеспечен, раз проводит такие встречи несколько раз в год. В этом зале было человек триста или четыреста; помещение найти можно, но закуски и напитки предоставлялись практически без ограничений, а ведь на это нужны деньги.
Гуань Хуэйэ понизила голос:
— Часть расходов покрывается спонсорами, а другую часть они получают, втихомолку продавая входные билеты. Те, у кого нет приглашения, но кто хочет прийти, должны покупать билет.
Один билет стоил 10 юаней. Если продать несколько десятков билетов, то на вырученные сотни юаней можно закупить поразительное количество сладостей и напитков.
Неужели действительно кто-то покупает?
Гуань Хуэйэ не стала вдаваться в подробности, но Ся Сяолань, поразмыслив, поняла: знай она о существовании такого места, она бы не пожалела не то что 10 юаней, а даже 100 или 1000 за билет. Конечно, не ради поиска жениха, а ради связей. Та женщина, что так усердно ела пирожные, могла оказаться женой какого-нибудь важного чиновника. Если нужно наладить связи, лучшего места не найти!
Но она прожила в Пекине полгода и, если бы Гуань Хуэйэ не привела её сюда, даже не догадывалась бы о существовании подобных встреч.
Откуда об этом знать обычному студенту?
Только те, кто всеми силами стремится к продвижению, кто хорошо информирован и имеет нужные выходы, могут знать о таком.
Кто-то считал это вечером знакомств, кто-то — местом для завязывания связей, всё зависело от целей!
— Товарищ Хуэйэ, вы у нас редкий гость!
Не прошло и двух минут, как Гуань Хуэйэ кто-то окликнул.
На ней был пуховик, подаренный Ся Сяолань. Женщины при встрече первым первым делом хвалят одежду, и Гуань Хуэйэ воспользовалась случаем, чтобы представить спутницу:
— Это мне невеста Чжоу Чэна подарила, знак внимания от детей, так что я набралась смелости и приняла подарок. Сяолань, это тётя Чжань, она работает в Департаменте высшего образования.
Тётя Чжань уже давно разглядывала Ся Сяолань, которая держалась рядом с Гуань Хуэйэ и не выглядела посторонней.
Она никогда раньше не видела Ся Сяолань, и услышав, что это невеста Чжоу Чэна, осмотрела её с ног до головы, искренне восхитившись:
— Где же твой Чжоу Чэн нашел такую красавицу!
— Здравствуйте, тётя Чжань, меня зовут Ся Сяолань.
— Здравствуй, здравствуй…
Голос у девушки тоже был необыкновенным — настолько приятным, что ласкал слух. Она не видела Чжоу Чэна несколько лет, а он, оказывается, уже совсем взрослый стал, да ещё и такую красавицу в невесты нашел. Если бы семья Чжоу не признавала эту девушку, Гуань Хуэйэ не стала бы брать её с собой в свет.
Ся Сяолань понимала, что сейчас не время проявлять излишнюю индивидуальность: достаточно вежливо поздороваться и улыбаться.
Однако Гуань Хуэйэ не хотела, чтобы окружающие считали Ся Сяолань просто красивой картинкой, и, откашлявшись, добавила:
— Сяолань учится в Хуацине, поступила в этом году. Поступить в Хуацин из другой провинции непросто, так что ты, как тётя, приглядывай за ней по возможности.
Гуань Хуэйэ не желала, чтобы девушку Чжоу Чэна считали пустышкой!
И действительно, тётю Чжань не особо заботило происхождение из другой провинции, но сам факт поступления в Хуацин говорил о том, что Ся Сяолань очень умна.
Отношение тёти Чжань к Ся Сяолань стало еще более теплым.
Это было только начало.
У Гуань Хуэйэ было немало знакомых.
Подобные представления повторялись снова и снова, но Ся Сяолань ни разу не выказала скуки; она во всём проявляла послушание и радушие, чем заслужила единодушное одобрение всех товарищей среднего возраста.
Подняв голову, она не увидела никого из семьи Цзи, но зато, к своему удивлению, заметила мертвенно-бледное лицо.
Та сторона явно не ожидала увидеть её здесь — на лице застыло крайнее изумление, которое невозможно было скрыть.
…
Как Ся Сяолань здесь оказалась?!
Жань Шуюй пришла на вечер встреч, чтобы повидаться со старыми друзьями, и позвала с собой Ван Цзяньхуа.
Раз пришел Ван Цзяньхуа, Ся Цзыюй тоже увязалась следом.
Плевать она хотела на этот вечер встреч, она-то знала, что это на самом деле ярмарка невест!
Помолвка с Ван Цзяньхуа не добавила ей чувства безопасности; из-за того, что в университете её изолировали, она теперь панически боялась, что Ван Цзяньхуа её бросит, и пугалась собственной тени.
Проблемы с подготовительными курсами, кажется, остались в прошлом, и в душе Ся Цзыюй снова зашевелились амбиции.
Она еще не решила, каким бизнесом заняться, чтобы заработать денег, но когда Жань Шуюй собралась вести сына на вечер встреч, Ся Цзыюй тут же почувствовала угрозу. Придя на место вместе с Ван Цзяньхуа и его матерью, она обнаружила, что этот «вечер встреч» — ничего особенного.
Говорили, что здесь соберутся кадры из министерств и ведомств вместе с семьями, но всё выглядело очень скромно, многие даже приехали на велосипедах.
Внезапно увидев Ся Сяолань, Ся Цзыюй вздрогнула от испуга. С кем пришла Ся Сяолань — с тем богатым парнем из Хуацина или… купила билет, чтобы пробраться сюда?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
