Столкнуться с торговкой людьми, просто пойдя за горячей водой — Ся Сяолань считала, что ей чертовски не повезло.
Что этой женщине нужно?
Ся Сяолань не собиралась терпеть и тратить время на пустые разговоры. Она прямо спросила, не торговка ли та людьми, чем привела толстуху в ярость. Та попыталась оттащить Ся Сяолань в сторону:
— Пойдем, пойдем, сейчас мы во всем разберемся!
— Ты и есть торговка людьми!
Ся Сяолань уступала толстухе в силе, но ее вторая рука уже нащупала электрошокер, который ей дал Чжоу Чэн.
Она уже была готова проучить наглую бабу, но окружающие начали перешептываться, и кто-то подошел, чтобы вмешаться.
— Сестра, похоже, эта девушка вас не знает?
— Зачем вы вцепились ей в руку и не отпускаете…
— Неужели правда торговка людьми? Говорят, на поездах бывают такие: крадут детей или обманывают женщин. Встретят молодую девушку и обещают устроить на юг на заработки, а на самом деле продают!
— Где транспортная полиция? Быстрее зовите полицейского.
В любом случае нельзя было давать себя увести. Ся Сяолань с опаской поглядывала и на тех, кто пытался помочь — она не могла быть уверена, что среди них нет сообщников толстухи.
Толстуха так и не ответила, знакомы они или нет, а просто начала скандалить, требуя извинений:
— Кого это ты назвала торговкой? Такая молодая, а нагло клевещешь на людей, дрянная девчонка!
Ся Сяолань она надоела до смерти. Не желая доставать электрошокер при всех, девушка с силой пнула толстуху по голени. От резкой боли в кости та сразу разжала руку, но тут же снова попыталась схватить Ся Сяолань. Та закричала: «Ловите торговку людьми!», воспользовалась моментом и выскочила из окружения.
— Стоять!
Пришел полицейский, которого привел мужчина средних лет в очках — тот самый, что до этого не проронил ни слова. Мужчина держал руки за спиной и говорил с достоинством:
— Товарищ, мы купили билеты в спальный вагон, чтобы ехать в тишине, а эта женщина подняла такой шум. Возможно, она и правда торговка людьми.
На поезде бежать было некуда, и спесь с толстухи мигом слетела.
Однако она все еще пыталась храбриться:
— Кого это вы назвали торговкой? Вы все тут заодно, оговариваете честного человека!
Торговка она или нет, легко было проверить. Ся Сяолань первым делом рассказала о себе и предъявила полицейскому рекомендательное письмо для проверки.
— Я встретила ее утром, когда ходила за горячей водой. Она пристала ко мне с расспросами, а только что схватила и не отпускала. Товарищ полицейский, я ее совсем не знаю и не хочу иметь с ней никаких дел.
Толстуха, естественно, принялась оправдываться.
Прямых улик не было, поэтому полицейскому пришлось ограничиться воспитательной беседой. Он вынес женщине предупреждение и запретил ей приближаться к Ся Сяолань.
— Подумаешь, какая цаца…
Проворчав это, толстуха злобно зыркнула на Ся Сяолань и уныло побрела в свой вагон.
Полиция следила слишком пристально, поэтому толстуха со своим мужчиной сошли на следующей же станции.
Это не было победой Ся Сяолань, она лишь избежала опасности. Но кто знает, сколько еще людей могла обмануть эта женщина?
— Благодарю вас.
Вернувшись в купе, Ся Сяолань решила нарушить тишину и поблагодарила мужчину в очках.
Тот кивнул, не отрываясь от газеты, и ничего не добавил.
В конце концов, они были лишь случайными попутчиками. Помочь позвать полицию во время короткого путешествия — это просто проявление гражданского долга. По манерам этот человек явно отличался от обычных людей, вероятно, он занимал какое-то положение в обществе.
Раз он не хотел общаться, Ся Сяолань не стала навязываться.
Однако, когда она снова села перекусить, она выставила свои припасы на столик у окна:
— Не желаете попробовать?
Мужчина даже не взглянул на ароматное тушеное мясо, невозмутимо продолжая есть свой дорожный обед.
Теперь Ся Сяолань убедилась: он действительно не желает с ней контактировать… Что ж, она не была мазохисткой.
После инцидента с толстухой обитатели соседних вагонов поняли, что Ся Сяолань не из робкого десятка, и больше ничего подобного не случалось. На следующее утро Ся Сяолань благополучно прибыла на вокзал Янчэна.
Там она увидела смуглую женщину, которая высоко держала табличку с именем «Ся Сяолань».
Ся Сяолань протиснулась к ней:
— Здравствуйте, я Ся Сяолань.
Женщина широко улыбнулась, блеснув белыми зубами:
— Брат велел мне встретить вас. Сказал, Чжоу Чэн просил его помочь.
Ся Сяолань задала еще несколько вопросов. Все ответы совпали с тем, о чем они договаривались с Чжоу Чэном — эту женщину несомненно прислал он.
— Моя фамилия Бай, зовут Бай Чжэньчжу. Я шестьдесят второго года рождения.
Значит, она на три года старше Ся Сяолань, ей двадцать один? Контраст между именем — «Белая Жемчужина» — и цветом кожи заставил Ся Сяолань запомнить ее. Солнце в Янчэне было палящим, кожа у местных девушек была не такой светлой, как в провинции Юйнань, поэтому Бай Чжэньчжу выглядела старше своих лет.
Но у человека, которого нашел Чжоу Чэн, были свои достоинства: она была немногословна, но при этом не оставляла Ся Сяолань без внимания.
По характеру Бай Чжэньчжу напоминала парня и была очень сильной. Узнав, что Ся Сяолань приехала в Янчэн за оптовой закупкой женской одежды, Бай Чжэньчжу сразу отвела ее к месту рядом с вокзалом.
Оптовые рынки никогда не располагаются далеко от вокзалов — таков закон рынка, ведь крупные партии товара перевозятся поездами.
В последующие многие годы вещевые рынки Янчэна будут контролировать более пятидесяти процентов товарного оборота всей страны, и оптовики из всех провинций будут закупаться именно здесь. Самый передовой товар из первых рук находился именно тут… Однако в те времена несколько крупнейших рынков, известных потомкам, еще не имели единого управления. Не было ни высотных зданий, ни указателей. Бай Чжэньчжу устроила Ся Сяолань в гостиницу, а после полудня повела ее на знаменитые ночные рынки Сиху и Хуанхуа.
Над лотками под навесами горели простые лампочки. Еще больше было уличных торговцев, которые расстилали на земле клеенку и сваливали одежду в огромные кучи.
Закупщики даже не смотрели толком на товар, просто хватали вещи и запихивали их в плетеные сумки.
— Всё по пять юаней за штуку, подходите, выбирайте!
— Брюки от костюма — восемь юаней!
— Осенние куртки…
Голоса, перебивая друг друга, сбивали с толку. Ся Сяолань не спешила. Она обходила лавку за лавкой, и в ее сумке не было еще ни одной вещи. Бай Чжэньчжу следовала за ней по пятам, оберегая от нападок местных. Бай Чжэньчжу обладала типичной внешностью жительницы Янчэна и говорила с сильным местным акцентом, так что обмануть ее было не так-то просто.
Ся Сяолань не прельщала слишком дешевая одежда. Чтобы закупать такой товар, не стоило ехать в такую даль.
Осмотрев все прилавки, Ся Сяолань выбрала лишь две точки. Здесь тоже торговали оптом, но одежда не лежала кучей, а была аккуратно развешана. Вещи были отпарены и выглядели добротно.
Ся Сяолань осторожно потрогала ткань:
— Хозяин, сколько стоит эта вещь?
— Вам в розницу или оптом?
— Оптом! Мне нужна не одна штука.
— Оптом тринадцать юаней, в розницу — шестнадцать.
На других прилавках подобный свитер с круглым вырезом стоил всего несколько юаней, а здесь просили тринадцать — оптовая цена была в два раза выше. Бай Чжэньчжу встряхнула вещь:
— Не пытайся обобрать нас как приезжих!
Хозяин усмехнулся. Ся Сяолань ощупала материал. Шерсть здесь была мягче, воротник украшен кружевом, а прозрачными нитками были пришиты цветные бусины… Такие свитеры понравятся женщинам в Шанду, за них не жалко и переплатить.
— Какие есть цвета? Я возьму по две штуки каждого цвета.
Основными цветами были красный, белый и черный. Ся Сяолань очень понравился фасон, так что она взяла даже две штуки горчичного цвета. Увидев живые деньги, хозяин расплылся в улыбке:
— А ты бойкая девчонка! У меня есть еще новинки!
Он вытащил из-под прилавка большой мешок и достал так называемые новые модели.
Ся Сяолань встряхнула и расправила одежду. Вещи действительно были красивыми: белые и зеленые нити переплетались в узор из кленовых листьев, а воротник был отложным. В Шанду такую вещь можно носить как верхнюю одежду осенью, а в холода поддевать под низ.
Такой фасон точно не заваляется на прилавке.
Ся Сяолань решила, что зеленый вариант — самый красивый, а за ним шел небесно-голубой. Этот сочный голубой цвет выглядел свежо и ярко, выгодно отличаясь от унылого «защитного зеленого» и «синих муравьев».
В 80-е годы женщины носили одежду рабоче-крестьянских цветов не потому, что она им нравилась, а потому, что рынок не предлагал им иного выбора. Ся Сяолань же специально выбирала фасоны смелых и необычных расцветок; она верила, что такую одежду удастся продать.
Брюки-клеш тоже считались вызывающим нарядом. В 1978 году два японских фильма, «Сандакан, публичный дом № 8» и «Опасная погоня», прогремели на весь Китай, и «клеши» попали в поле зрения молодежи. Смело и непристойно? В глубине души молодые люди жаждали выделиться, им требовался необычный облик, чтобы заявить о себе.
В городе Шанду найдутся те, кто примет эту новую моду.
Ся Сяолань действовала решительно и взяла несколько пар брюк-клеш. Благо в то время люди в массе своей были стройными: на одну модель она брала максимум два размера. Большинство покупательниц могли втиснуться в одежду и брюки размеров S и M, а женщины, носившие размер L, уже считались полными. Размеры выше XL? Они предназначались либо для тех, кто привык кутить и не считал денег на еду, либо для тех, чье телосложение заставляло полнеть даже от стакана холодной воды.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
