— Насчёт Сяолань?
Чэнь Цин очень интересовался делами Ся Сяолань, но он не был дураком — напротив, Чэнь Цин был весьма сообразителен.
— Ты кто такая?
Он держался от Ся Хунся подальше; в глазах этой девушки горел огонёк расчёта, что Чэнь Цину не понравилось, и он инстинктивно насторожился.
— Неважно, кто я, всё равно я говорю правду. Ся Сяолань — дрянной человек, она испортила свою репутацию в деревне, поэтому семья её и выставила. Мать её тоже пострадала из-за неё, её выгнали из семьи Ся. Ся Сяолань не только крутила шашни с бездельниками, но и соблазняла будущего зятя, она просто обожает обманывать мужчин… Она настоящая потаскуха, и я пришла предупредить тебя только потому, что боюсь, как бы ты не попался на её удочку!
Ся Хунся не сказала, что приходится ей двоюродной сестрой.
В прошлый раз, когда она наговаривала на Ся Сяолань перед охранником и руководством школы, она раскрыла, кто она такая, и отношение тех двоих сразу же изменилось.
Ся Хунся не понимала, в чём причина, поэтому решила попросту не упоминать, что она двоюродная сестра Ся Сяолань.
Иметь такую сестру было для неё позором, так что лучше не вдаваться в подробности.
Ся Хунся едва ли не клялась в своей правоте; она описывала детали так ярко, что смуглое лицо Чэнь Цина покраснело, словно вот-вот взорвётся. Разумеется, на душе у него было скверно: он и раньше краем уха слышал эти слухи, но, общаясь с Ся Сяолань лично, Чэнь Цин доверял собственному суждению.
Его лицо пылало от сильнейшего гнева!
Сяолань не такая, и в том, что она красавица, нет её вины.
Разже это её вина, что она красива и нравится мужчинам? Неужели в итоге всё нужно сваливать на неё?
Она не пользовалась своей красотой, чтобы бить баклуши; она трудолюбива и основательна: зарабатывает на жизнь семье и при этом стремится продолжить учёбу… В сердце Чэнь Цина образ Ся Сяолань был безупречен, и он не мог стерпеть, когда кто-то выскочил и начал обливать её грязью!
— Замолчи!
Чэнь Цин с отвращением посмотрел на Ся Хунся:
— Средь бела дня ты прибежала клеветать на человека, но при этом скрываешь, кто ты такая — сразу ясно, что ты не из добрых людей. Ты просто завидуешь Ся Сяолань, не можешь вынести того, что её жизнь налаживается… Уж не из семьи ли ты Ся?
У Чэнь Цина сложилось ужасное впечатление о членах семьи Ся, за исключением самой Ся Сяолань.
Ся Дацзюнь, который поколачивал жену; Чжан Цуй, у которой всегда была своя правда; вздорная Ван Цзиньгуй. Разве остался в деревне Цицзин хоть кто-то, кто не знал бы, что из себя представляет семья Ся? Когда Лю Фэнь развелась, все жители деревни почувствовали облегчение — наконец-то она проявила характер. Ли Фэнмэй не разбиралась в общественном мнении, но при любой возможности изо всех сил старалась обелить Ся Сяолань и Лю Фэнь, думая лишь о том, как ужасна была семья Ся, в которую попала Лю Фэнь. Чэнь Цин в тот день даже помогал составлять расписку о разводе; когда жители деревни скрутили Ся Дацзюня, тот так и порывался вскочить и кого-нибудь ударить — ох, и горько же жилось Сяолань раньше!
Почему эти люди никак не оставят Сяолань в покое?
Чувства Чэнь Цина к Ся Сяолань не были просто мимолётным влечением к её красоте; он искренне восхищался достоинствами девушки. Когда кто-то пришёл оклеветать её, Чэнь Цин пришёл в ярость! Не наговорил ли этот человек гадостей другим ученикам первой школы? Не повлияет ли это на сдачу экзаменов Гаокао в следующем году? Чэнь Цин разрывался от беспокойства и злости; будь Ся Хунся мужчиной, он бы непременно сбил её с ног!
Ся Хунся отступила на два шага.
Но она ведь и была из семьи Ся!
И кто же из семьи Ся, кроме Ся Сяолань, опозорился? Её сестра Цзыюй — студентка университета, будущий зят Ван Цзяньхуа — студент университета. Ся Хунся гордилась тем, что принадлежит к семье Ся.
— Да что ты за человек такой! Я боюсь, что тебя обманут, из добрых побуждений предупреждаю, а ты ещё и меня винишь? Какая Ся Сяолань на самом деле — пойди в деревню Дахэ да поспрашивай, сразу всё узнаешь!
— Не надейся, что раз ты женщина, тебе всё сойдёт с рук. Если посмеешь ещё хоть раз вякнуть что-то подобное, я найду тех, кто тебя поколотит!
Чэнь Цин, напротив, сам пригрозил Ся Хунся. Всё пошло совсем не так, как она представляла. Руководство первой уездной школы, охранник, а теперь и этот новый ухажёр Ся Сяолань — почему никто из них не хочет верить, что она потаскуха?
Ся Хунся совершенно не понимала, что Ся Сяолань завоевала уважение окружающих своими способностями, а не внешностью.
Красота Ся Сяолань могла приносить одни неприятности, но она не полагалась на своё лицо; люди ценили её за то, что она была выдающейся личностью… Пока это оставалось неизменным, репутация не стоила и гроша!
Ся Хунся, ограниченная своим кругозором, вероятно, никогда этого не поймёт.
Она не добилась своей цели. Некоторое время она приставала к Чэнь Цину, но тот не выказал ей ни капли дружелюбия и всячески защищал Ся Сяолань, отчего Ся Хунся стало скучно.
Когда она в унынии вернулась в закусочную «У Чжан», Чжан Цуй, сдерживая гнев, отвела её в сторону:
— Послушай, деточка, ты себя неважно чувствуешь в последнее время? Если работы в лавке слишком много и ты не справляешься, возвращайся в деревню на несколько дней, отдохни. Твоя тётушка переживает за тебя, боюсь, как бы ты не переутомилась…
Чжан Цуй говорила красиво, но на самом деле просто хотела спровадить Ся Хунся обратно в деревню Дахэ.
Ся Хунся тут же опомнилась. Работа в закусочной надоела, но возвращаться в деревню? Нет, жизнь в уездном городе не чета деревенской, Ся Хунся ни за что не хотела обратно!
— Тётушка, я… я на днях видела Ся Сяолань. Похоже, она нашла себе ухажёра в первой уездной школе.
Ся Хунся говорила запинаясь.
Она совершенно выбросила из головы слова охранника: ну как Ся Сяолань могла быть ученицей первой школы? Какой ученик не является на занятия по нескольку дней?
Чжан Цуй так сильно сжала руку Ся Хунся, что та поморщилась от боли.
— Тётушка! Мне больно!
— Когда ты видела Сяолань? Почему сразу не сказала?
Чжан Цуй поняла, что у неё слишком враждебное лицо, и, разжав руку, попыталась загладить ситуацию:
— И как она поживает? Так быстро нашла нового ухажёра… Ведь история с Чжан Элаем ещё не утихла… Эх, твоя вторая тётя забрала её из семьи Ся, нам теперь даже трудно проявить заботу о Сяолань.
Ся Хунся была из тех, кто не умеет отличать правду от лжи.
Или же образ Чжан Цуй был слишком безупречен, но Ся Хунся и впрямь поверила, что та искренне переживает за Ся Сяолань. Она с негодованием и завистью воскликнула:
— Ся Сяолань пыталась увести мужчину у сестры Цзыюй, совершила такой бесстыдный поступок, а сама ещё считает, что семья Ся перед ней виновата… Она со своей мамашей перевернула весь дом вверх дном, довела бабушку до болезни, а теперь, значит, собралась жить припеваючи?
Ся Хунся распалялась всё больше:
— Даже если сестра Цзыюй простит её, я этого так не оставлю!
Чжан Цуй изобразила глубокое сочувствие:
— Твоя сестра Цзыюй не зря тебя жалела. Она ваша старшая сестра и всегда одинаково любила вас обеих. Что бы ни натворила Сяолань, старшая сестра не может вечно держать на неё обиду. Расскажи мне подробнее про встречу с Сяолань. Если она нашла себе пару, это же замечательно. Но ты же знаешь её вспыльчивый нрав: я боюсь, как бы она, желая утереть нам нос, в спешке не выбрала не того человека…
Чжан Цуй уже и думать забыла о том, чтобы отправить Ся Хунся домой — ей нужно было выудить из неё все сведения.
Раньше Ся Хунся молчала, надеясь припугнуть Ся Сяолань, но раз ни Ся Сяолань, ни Чэнь Цин не обратили на это внимания, она выложила Чжан Цуй всё как на духу.
— Охранник сказал, что она ученица первой школы?
Чжан Цуй умела выделять главное куда лучше Ся Хунся — всё же она уже несколько лет крутилась в уездном городе.
Ся Хунся скривилась:
— Да врёт он всё, как это Ся Сяолань могла поступить в первую школу?
Чжан Цуй тоже в это слабо верилось.
Чжан Цуй прекрасно видела, как усердно училась Ся Цзыюй. Ся Сяолань? Чжан Цуй в её успехи не верила.
Но что, если это правда?..
…
После выходки Ся Хунся у Чэнь Цина было скверно на душе. Вернувшись в деревню Цицзин, он обнаружил, что Ся Сяолань всё ещё не приехала.
Когда Ся Сяолань приходила в школу в тот день, она не упоминала об отъезде, и Чэнь Цин пребывал в полном неведении.
— Зачем она тебе? Ей прислали очень длинную телеграмму, и она пошла к твоему деду за рекомендательным письмом, чтобы уехать. Послушай мать: сейчас ты должен думать только об учёбе. Вот поступишь в следующем году, тогда и поговорим о другом…
Незнакомка наговаривала на Ся Сяолань, а родная мать намекала на её сомнительные связи. Чэнь Цину казалось, что у всех вокруг какие-то слишком запутанные помыслы.
— Мама, я просто хотел спросить её об учёбе, те материалы по английскому, что она мне дала, очень полезны!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
