Чжоу Чэн навестил Кан Вэя, но ему всё равно нужно было возвращаться в общевойсковую академию.
Дисциплина есть дисциплина; иногда допускаются поблажки, но никто не может нарушать её постоянно.
У Чжоу Чэна могли быть небольшие привилегии, но это зависело от обстоятельств; чаще же всего, надев военную форму, он был обязан подчиняться приказам. Хочешь полной свободы во времени? Ладно, снимай форму!
Ся Сяолань чувствовала, что её парню нужна психологическая помощь, однако отпуск Чжоу Чэна был слишком коротким и не давал ей возможности заняться этим всерьёз.
Что она могла сделать?
— Поехать к тебе в следующем месяце, хорошо?
Сейчас была середина марта, и встретиться в следующем месяце — это, конечно, хорошо, но Чжоу Чэн беспокоился, что постоянные поездки между двумя городами будут для неё слишком утомительными.
— Я буду спать в поезде, проснусь — и уже почти на месте, так что не устану. Не волнуйся, я обязательно попрошу Шао Гуанжуна или Кан Вэя помочь купить билет в купе. Сейчас у меня нет финансовых трудностей, так что экономить на этом не стану.
Чжоу Чэн рассмеялся, вспомнив тот раз, когда они вместе ездили в Янчэн за товаром.
— Ты только выглядишь изнеженной, а на деле можешь вынести любые трудности, но мне меньше всего хочется, чтобы ты страдала. Деньги, что дала тебе бабушка, трать смело и без опаски; у неё их наверняка достаточно, а позже мы вдвоём ещё отплатим ей почтением.
Деньги имеют смысл только тогда, когда их тратят; без использования это просто ряд цифр в сберегательной книжке.
Ся Сяолань ничего не могла на это сказать. Ей оставалось лишь радоваться, что у Чжоу Чэна, живущего в восьмидесятых, были те же взгляды на потребление, что и у неё… Иначе неизвестно, сколько бы им пришлось притираться друг к другу из-за одних только финансовых привычек!
Увеличивать доходы важнее, чем сокращать расходы — так может говорить лишь тот, кто способен эти доходы создавать.
Чжоу Чэн хотел, чтобы Ся Сяолань тратила деньги свободно и не ущемляла себя, ещё и потому, что благодаря прежним делам с сигаретами у него накопилось несколько сотен тысяч. Не будь их, он не посмел бы так бахвалиться при зарплате около сотни юаней в месяц.
Перед отъездом Чжоу Чэн всё ещё беспокоился о Ся Сяолань:
— Я отдал деньги под твой контроль, чтобы ты ими свободно распоряжалась. Не вздумай класть мои деньги в банк, а самой при этом брать кредит.
Он даже чувствовал себя так, будто живет за её счет, ведь его невеста была слишком щедрой — даже дарила подарки в красных конвертах старшим членам семьи Чжоу из собственных средств!
Он передал ей свои сбережения — неужели он действительно рассчитывал, что Ся Сяолань прокрутит их и заработает для него кучу денег?
— Я знаю, буду пользоваться. Не беспокойся об устройстве семьи Ши, я посоветуюсь с тетей Гуань.
Поезд тронулся, а Ся Сяолань ещё какое-то время стояла на перроне.
Поскольку они виделись совсем недавно, перед Новым годом, эта разлука не была такой горькой. Пока Чжоу Чэн оставался в академии, у них была возможность видеться. Ся Сяолань просто было по-человечески жаль своего парня; гибель Ши Кая изменила Чжоу Чэна, сделав его не таким, как прежде.
Последствия конфликта с Гао Фэй и Фан Шичжуном стали этапом взросления для них обоих.
Но нынешнее испытание принадлежало только Чжоу Чэну. Ся Сяолань могла разделить с ним заботы о семье Ши, но не психологическое давление.
— Чжоу Чэн, ты обязательно справишься.
Ся Сяолань не вернулась в больницу — Гуань Хуэйэ уже взяла всё под контроль, да и у Сяолань хватало своих дел.
Как только она вернулась в институт, её окликнула Нин Сюэ:
— Ты всё ещё собираешься в Дагуаньюань в эти выходные?
Ся Сяолань очень хотела пойти, но в эти выходные, 16-го и 17-го числа, открывались и семейный магазин, и магазин «Luna», так что ей обязательно нужно было помогать дома.
— В эти выходные я не смогу пойти в Дагуаньюань. Нин Сюэ, не могла бы ты взглянуть на ту часть, что я уже закончила?
Ся Сяолань не хотела прослыть безнадёжной лентяйкой. Независимо от причин, по которым Нин Сюэ заботилась о её учебе, Сяолань не могла её разочаровать… Она всегда старалась быть человеком, которым близкие гордятся, а не в котором разочаровываются. Не говоря уже о времени, ей нужно было показать Нин Сюэ, чего она успела достичь за отведенный срок — это демонстрировало её отношение к делу!
Ся Сяолань достала чертежи, над которыми работала все эти дни. На бумаге было много следов от ластика. Поначалу её рисунки выглядели совсем непрофессионально, но было заметно, как она старается приблизиться к уровню специалиста.
Если говорить об общем плане Дагуаньюаня, то Ся Сяолань почти его закончила.
Задание Нин Сюэ включало детальные чертежи отдельных участков; Ся Сяолань должна была нарисовать каждое здание, а не только общий план.
— Сойдёт. Рисуй быстрее.
Это уже была высокая оценка от Нин Сюэ. Она вернула чертежи Ся Сяолань:
— Я не пытаюсь усложнить тебе жизнь. Ты слишком поздно пришла в архитектуру. Если следовать темпам обучения на факультете, то к выпуску ты останешься лишь рядовой студенткой, и будешь далека от звания архитектора. Тебе нужно отдавать больше сил, чем другим, идти впереди. Если ты быстрее на один шаг, ты будешь быстрее на каждом шагу. Тебе нужно больше практики. Если ты не можешь даже план начертить, мы не сможем двигаться дальше.
Архитектурный факультет Хуацин готовил будущих архитекторов.
Слова Нин Сюэ, вероятно, отражали мнение Нин Яньфаня. Они считали, что Ся Сяолань должна двигаться быстрее, не ограничиваясь учебным планом, а опережая его.
Если быть впереди на каждом этапе, то к окончанию бакалавриата Ся Сяолань могла бы стать полноценным архитектором, а не просто членом «резерва».
— Я поняла, я буду стараться!
Ся Сяолань не считала это чем-то плохим. Слова Нин Сюэ в точности соответствовали её собственным ценностям.
Время, потраченное на серьезные дела, не считается потерянным.
Ся Сяолань чувствовала, что у них с Нин Сюэ всё же есть общие темы и они могли бы стать подругами… Но «богиня учебы» Нин заводила дружбу только с гениями. После нескольких резких замечаний Ся Сяолань даже немного робела перед ней.
Увидев, что Нин Сюэ собирается уходить, Ся Сяолань всё же окликнула её:
— Через пару дней открывается мой магазин одежды, не хочешь заглянуть?
Нин Сюэ бросила на неё холодный взгляд, и Ся Сяолань едва не вскинула руки, сдаваясь:
— Я не заставляю тебя покупать одежду, хотя, если что-то понравится, конечно, можешь купить. Я к тому, что женская дружба… разве она не начинается с совместных походов по магазинам?
Женская дружба?!
Нин Сюэ считала однокурсниц, которые ходят под руку в столовую, вместе на занятия и даже в туалет, слишком навязчивыми и инфантильными.
Разве нельзя делать свои дела в одиночку? Обязательно нужно сопровождение?
Вспомнив слова Нин Яньфаня, Нин Сюэ довольно скованно кивнула:
— Хорошо, я приду.
Нин Сюэ действительно согласилась, что даже немного напугало Ся Сяолань.
Выражение лица «богини учебы» было таким напряженным, будто она выполняла важную дипломатическую миссию по завязыванию дружбы.
Ся Сяолань мысленно пожалела Нин Сюэ на три секунды!
…Янчэн.
Чэнь Силян не мог вечно скрываться. Скоро открытие «Luna», и ему нужно было управлять делами в магазине.
А-Хуа застрял в Янчэне без всякой причины. Он ненавидел Ся Дацзюня, но должен был выполнить поручение молодого господина. Познакомившись с Кэ Исюном, он попросил того помочь найти этого «неуловимого» господина Чэня.
Чэнь Силян уже не был прежним. Кэ Исюн отправил Цао Лю лично «пригласить» господина Чэня.
Профессиональную работу должны делать профессионалы. Цао Лю быстро разыскал Чэнь Силяна:
— Господин Чэнь, наш босс приглашает вас на утренний чай. У вас так хорошо идут дела, к чему же идти наперекор «Чжэнжун Групп»?
Чэнь Силян больше не боялся Цао Лю.
Раньше боялся, но теперь его кругозор расширился, и страх исчез.
— Шестой брат, и когда это босс Кэ успел спеться с гонконгцами? Выступать от лица гонконгской компании по такому пустяковому делу… Это ведь звучит не очень красиво, не так ли?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
