Ся Хунся училась в средней школе, но у неё не было даже аттестата об её окончании.
Ся Хунбин был силён и умел возделывать землю.
Что значили подобные качества в Пэнчэне?
Грамотность и физическая сила — условия самые что ни на есть обычные. Даже в деревне большинство людей поколения Ся Дачжуна посещали курсы ликвидации безграмотности; пусть образования у них не было, но простые иероглифы они знали и имя своё написать могли.
Гонконгские предприятия — это иностранный капитал. Разве в филиал корпорации «Чэнжун» в Пэнчэне так легко попасть?
А Хуа и сам считал, что Ся Дачжун перегибает палку.
Он спас жизнь молодому господину, и тот в ответ дал ему денег, работу и вылечил его раны.
Молодой господин и так сполна отплатил Ся Дачжуну.
Даже если взять водителя, погибшего во время нападения, Ду Чжаохуй пообещал позаботиться лишь о его сыне. Не может же быть так, чтобы один человек погиб за Ду Чжаохуя, а тот потом всю жизнь содержал всю его огромную семью! Даже когда герои жертвуют собой ради страны, государство помогает трудоустроиться вдове и заботится о детях. Если у погибшего не было семьи, государственная помощь никогда не переходит на его дальних родственников!
Ся Дачжун ещё не стал павшим героем, а наглости у него было столько, что А Хуа был искренне поражён.
Поразмыслив, А Хуа не стал и дальше осаживать Ся Дачжуна.
— Проекты компании в Пэнчэне сейчас в процессе строительства. Хотя стройка и отдана на подряд другим людям, я могу разузнать для тебя, набирают ли они ещё рабочих. Если у твоего брата есть сила, он может пойти работать на стройплощадку. А что касается твоей племянницы — если она готовила дома, её можно пристроить там же кухаркой.
Таким образом, не пришлось бы беспокоить молодого господина, и А Хуа не пришлось бы, скрепя сердце, заталкивать этих двоих в компанию. Если бы об этом узнали позже, в его действиях нельзя было бы найти ни единой ошибки. Если уж искать работу на стройке, то о чём тут Ся Дачжуну беспокоиться? В Пэнчэне сейчас строится столько объектов, неужели Ся Хунбину так трудно найти место разнорабочего?
Ся Дачжун невнятно пробормотал:
— Вообще-то, мой брат тоже мог бы служить молодому господину…
А Хуа, не в силах больше это слушать, перебил его:
— Кого нанимать молодому господину — решать не мне. Иди и сам предложи ему это!
Черт возьми, этот Ся Дачжун совсем не знает границ.
У Ся Хунбина нет никаких дипломов, помощником ему не стать, он может быть лишь прислужником или телохранителем.
В любом случае, в окружении Ду Чжаохуэя каждое место было на счету. А Хуа с огромным трудом выбился в начальники охраны, а Ся Дачжун теперь с невозмутимым видом пытается пристроить своего брата в телохранители. А Хуа хотелось сказать, что в плане боевых навыков оба брата Ся ему не ровня. А Хуа был мастером, много лет обучавшимся боевым искусствам, в то время как братья Ся были простыми крестьянами, обладавшими лишь грубой силой… Но А Хуа не был настолько глуп, чтобы взращивать себе конкурента.
Требования Ся Дачжуна не просто ставили А Хуа в неловкое положение — он попросту не принимал А Хуа в расчёт!
Обычно А Хуа не кичился своим статусом, напротив, он постоянно напоминал себе, что люди уважают его и считаются с ним только благодаря молодому господину Ду Чжаохую.
Но поведение Ся Дачжуна, который прикидывался дурачком, А Хуа вынести не мог.
А Хуа решил больше не помогать, и тогда Ся Дачжун испугался.
— А Хуа, брат Хуа! Остынь, пожалуйста. Пусть будет стройка так стройка, пусть пока поработают там, а как представится случай — сменим место! Я не умею красиво говорить, не сердись на меня.
Сяо Юй была права: если он не вернётся к молодому господину, его голос ничего не будет значить.
Ся Дачжун считал себя близким человеком для молодого господина — они ведь дважды вместе спасались от смерти, а этот А Хуа пришёл позже, но теперь распоряжается им. Сяо Юй наставляла его: если А Хуа будет против, нужно немедленно отступить и, какую бы работу А Хуа ни предложил, сначала на всё соглашаться.
А Хуа изначально не собирался давить на Ся Дачжуна, но сейчас поведение этого мнимого «добряка» вызывало у него лишь отвращение.
Взгляд его изменился, и он выдавил подобие улыбки:
— Мы все работаем на молодого господина, мы коллеги, так что я не в обиде. Насчёт стройки я могу договориться. Подрядчика ты уже видел — это Кэ Лаода, тот самый, что помог тебе найти семью брата.
Ся Дачжун не понимал всех этих тонкостей.
Этот Кэ Лаода казался весьма влиятельным в Янчэне, а теперь, выходит, тоже работает на молодого господина.
Но он уже встречался с Кэ Лаода — тот показался ему вежливым молодым человеком. Если Хунбин с дочерью пойдут работать на стройку к Кэ Лаода, тот наверняка за ними присмотрит.
Ся Дачжун тут же искренне поблагодарил А Хуа.
А Хуа махнул рукой:
— Пустяки. Пусть завтра же выходят на работу.
Ся Дачжун с неохотой покинул дом Ду Чжаохуэя.
Когда он вернулся домой и рассказал о случившемся, старуха Ся взвизгнула:
— И кто сказал, что тебя ценят?! Вызвали среди ночи, а босс Ду, видите ли, заснул — да над тобой просто поиздевались!
Старуха Ся не могла ругать кормильца семьи, поэтому весь гнев обрушила на Сяо Юй.
Сяо Юй и сама была в недоумении.
Раньше Ду Чжаохуй очень ценил Ся Дачжуна, а всего за несколько месяцев успел о нём позабыть.
Если Ся Дачжун не сможет стать доверенным лицом Ду Чжаохуэя, как же она выполнит задание Лю Тяньцюаня? Даже если не брать в расчёт дела Лю Тяньцюаня, Сяо Юй, решившей связать жизнь с Ся Дачжуном, совсем не хотелось быть с мужчиной, который в любой момент может потерять работу.
На крики старухи Ся она не обратила ни малейшего внимания.
Собравшись с духом, она принялась утешать Ся Дачжуна:
— У боссов так заведено. Должно быть, тот, кто передавал слова, замешкался, ты пришёл слишком поздно, и босс Ду уже уснул. Дачжун, не падай духом. Раз босс Ду о тебе вспомнил, значит, по-прежнему ценит.
Одни и те же слова, но из уст Сяо Юй они звучали куда приятнее.
Ся Дачжун чувствовал, что не может без неё.
На фоне Сяо Юй его мать казалась по-настоящему мелочной и ограниченной… Впрочем, старуха Ся всегда была такой, просто раньше Ся Дачжун этого не замечал.
Из-за ночной поездки Ся Дачжуна вся семья не спала в ожидании вестей.
Ся Хунбин надеялся, что второй брат пристроит его к большому гонконгскому боссу — работа там престижная, да и денег много, он был согласен на все сто. Но брат даже не увидел босса, и дело с работой, скорее всего, прогорело. К середине ночи Ся Хунбин уже вовсю зевал.
Ван Цзиньгуй всё ещё не теряла надежды:
— Второй брат, так что там с работой для Хунбина и его дочки?
Этот вопрос был решён. Ся Дачжун даже порадовался, что послушал совета Сяо Юй и сначала согласился на то, что дают, а там видно будет.
— С самим молодым господином я не виделся, помогли другие люди. Пусть Хунбин пока поработает на стройке, а Хунся будет помогать с готовкой. Помните Кэ Лаода из Янчэня? Это он заправляет на стройке. Люди все знакомые, так что Хунбин с дочкой там точно не пропадут!
…
— Что ты сказал?
Кэ Исюн подумал, что ослышался.
Цао Лю, сдерживая смех, ответил:
— Мы ведь должны уважить А Хуа, человека босса Ду. Он сказал пристроить семейку Ся на стройку.
Вот уж действительно — овца, пойманная Цао Лю: как ни бегай по свету, всё равно окажешься в его руках.
Цао Лю едва сдерживал хохот.
Благодаря семейке идиотов по фамилии Ся, Кэ Лаода сумел попасть на корабль Ду Чжаохуэя.
После того как он помог Ду Чжаохую переправить Ся Цзыюй в Гонконг, тот сдержал слово и действительно отдал часть строительных работ Кэ Исюну. Из предводителя янчэньских бандюков Кэ Лаода превращался в подрядчика. В этом деле у него были природные преимущества: он не только выполнял заказы Ду Чжаохуэя, но и закупил грузовики, намереваясь монополизировать вывоз строительного мусора в округе — всего за месяц с небольшим он уже несколько раз вступал в стычки с местными бандами.
Были и поражения, и победы, но пока перевес был на стороне Кэ Исюна!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
