Дело было не в том, что он ей не нравился.
И это не был туманный отказ.
Лю Фэнь сказала, что сейчас они не могут быть вместе, но не стала прятать голову в песок, подобно страусу, а спросила, может ли он её подождать.
Тан Хунэн сам не мог точно описать свои чувства в этот момент.
Раньше он думал: ну о какой любви может идти речь в среднем возрасте? Если двум людям комфортно друг с другом, разве они не могут просто жить вместе?
Он также полагал, что его симпатия к Лю Фэнь — это просто восхищение.
Но если бы это было лишь восхищение и признание заслуг, то как тогда объяснить его внезапный порыв во время Нового года, когда после звонка Юй Найнай он сломя голову помчался в деревню в провинции Юнань?
Если в тот момент Тан Хунэн ещё не до конца осознавал свои чувства, то за прошедшие полгода он должен был окончательно разобраться в своём сердце. Вот и сейчас: Лю Фэнь спросила его, может ли он «подождать». Разведённая женщина, пережившая душевные раны и когда-то страдавшая от низкой самооценки, спрятала свою нежную плоть за твёрдым панцирем. Молчаливость не была врождённой чертой Лю Фэнь — такой её сделали невзгоды первой половины жизни.
И вот сейчас Лю Фэнь, словно пугливая улитка, высунула свою нежную плоть и, набравшись смелости, спросила Тан Хунэна: может ли он её подождать?
Чего ждать?
Тан Хунэну хотелось прямо сейчас взять Лю Фэнь за руку и сказать, что она ему очень нравится. Будь она доброй и стойкой или же косноязычной и робкой — разве всё это не была она сама?
Он выбирал себе жену, а не подчинённого для повышения по службе; если бы Лю Фэнь ему не подходила, он бы и не начинал всё это.
Его знаки внимания и ухаживания не должны были ложиться на неё таким тяжким грузом.
Однако он понимал: если он сейчас не согласится, то Лю Фэнь, с таким трудом сделавшая шаг вперёд, в мгновение ока может отпрянуть на три шага назад!
— А Фэнь, делай то, что считаешь нужным. Это не мешает нам общаться и узнавать друг друга. Сейчас ты стоишь рядом со мной, и мне не нужно тебя ждать… Я дам тебе время, чтобы ты сама это поняла, но давай мы продолжим общаться как обычно, хорошо?
Лю Фэнь окончательно запуталась в красноречии Тан Хунэна.
Первая часть фразы звучала как согласие, но вторая — как-то странно.
Как ни крути, ситуация не изменилась: стоило ей приехать в Янчэн за товаром, как Тан Хунэн неизменно появлялся перед ней в любую погоду.
Неужели у целого мэра города нет своих дел?
В какое бы время она ни прибывала на вокзал, Тан Хунэн обязательно стоял на платформе.
Лю Фэнь и не заметила, что, как только она дала слабину и выразила готовность «попробовать», мэр Тан тут же воспользовался случаем, перехватил инициативу и сделал огромный шаг вперёд… Даже обращение сменилось с «товарищ Лю Фэнь» на «А Фэнь».
Видя, что она всё ещё пребывает в раздумьях, Тан Хунэн слегка кашлянул:
— Пойдём. С обменом товара закончили, пусть Сяо Ван поскорее отвезёт нас обратно, не заставляй Сяо Лань долго ждать.
Сяо Ван послушно ждал в машине.
Не то чтобы он не хотел выслужиться.
Но он был молод и полон сил; если бы он потащил все тюки с одеждой на себе, как бы тогда проявил себя начальник? Сяо Ван внимательно огляделся и заметил, что лидер даже сменил брюки.
Уходил он в чёрных костюмных брюках, а теперь на нём были синие.
С чего бы вдруг менять брюки… Но Тан Хунэн не хотел, чтобы Сяо Ван строил догадки.
— Только что на рынке мне разрезали карман и вытащили кошелёк. Выдай Лю Фэнь 25 юаней, за брюки заплатила она.
Сяо Ван ахнул.
Воры на оптовом рынке одежды совсем распоясались, даже начальство обкрадывают.
Теперь на рынке точно наведут порядок и устроят проверку.
Впрочем, вор и подумать не мог, что сам мэр города, обливаясь потом, будет толкаться вместе со всеми на оптовке. Сяо Ван поспешно вытащил свой бумажник, чтобы отдать деньги Лю Фэнь, и со вздохом добавил:
— Ваш рабочий пропуск тоже был в кошельке?
Вор, когда вскроет добычу, наверняка перепугается до смерти.
Лю Фэнь наотрез отказалась брать деньги. Если бы Тан Хунэн не пошёл с ней менять товар, его бы не обокрали. Мало того что кошелёк пропал, так ещё и за брюки платить?
Теперь, размышляя об этом, Лю Фэнь понимала: Тан Хунэн не похож на неосторожного человека. Должно быть, в тот момент, когда через толпу проезжал мотоцикл, он думал лишь о том, как защитить её, и потому не заметил вора.
— Начальник, вы посмотрите…
Не то чтобы Сяо Ван не давал денег, просто Лю Фэнь не хотела их брать.
Тан Хунэн подумал, что нет большой разницы — один раз поесть за чужой счёт или два.
Он жестом велел Сяо Вану убрать деньги и, повернувшись к Лю Фэнь, сказал:
— Не буду с тобой церемониться, брюки я принимаю, спасибо! Кстати, раз уж ты приехала, не хочешь ли пожить несколько дней в Пэнчэне? Я вижу, Сяо Лань в последнее время очень занята и сильно похудела. Присмотри за ней, чтобы она так не изнуряла себя.
Эти слова Тан Хунэна попали в самую точку.
Лю Фэнь ещё при встрече показалось, что дочь осунулась.
Насколько же плохи дела в Пэнчэне, раз её старший брат не может присмотреть за Сяо Лань? Всего несколько дней прошло, а она уже так похудела. На самом деле Лю Фэнь и сама не хотела сразу уезжать: скоро у Сяо Лань будет двадцатый день рождения, и Лю Фэнь очень хотелось провести его с дочерью.
Её брат — взрослый мужчина, он наверняка не умеет заботиться о других и в суете может просто забыть о празднике племянницы. Лю Фэнь не хотела, чтобы дочка справляла день рождения в одиночестве.
— Я сначала спрошу Сяо Лань, а там видно будет.
Лю Фэнь не дала окончательного ответа, но Тан Хунэн лишь улыбнулся: это значило, что она согласна ехать в Пэнчэн.
Сначала Сяо Ван отвёз Лю Фэнь на вокзал, чтобы сдать товар в багаж, а затем они встретились с Сяо Сяолань и помощником Пэном.
Увидев дочь, Лю Фэнь невольно почувствовала некоторую неловкость.
Тан Хунэн непринуждённо заговорил:
— Слышал, что в Сянмиху довольно весело. Раз уж твоя мама приехала, своди её туда.
Сяо Сяолань и сама об этом думала.
В такие интересные места нужно ходить, пока они на пике популярности. И народу много, и аттракционы новые — со временем всё ветшает и становится небезопасным.
К тому же Сяо Сяолань всё равно нужно было съездить в Сянмиху: перед поездкой в Цзянчэн ей следовало изучить местность вокруг. Ей вполне хватило бы и тех «остатков», которые не выберет Харолд!
— Послушайте совета дяди Тана, поезжайте со мной в Пэнчэн на пару дней. Дела в Пекине оставьте подчинённым, им тоже нужно давать возможность попрактиковаться. Всё равно в этой партии новинок почти нет, просто позвоните им и скажите, какие цены ставить.
Когда Сяо Сяолань закончила, Лю Фэнь прежде чем кивнуть, украдкой взглянула на Тан Хунэна.
Сяо Сяолань тут же насторожилась.
В чём дело?
Они провели вместе всего несколько часов, а атмосфера между её матерью и Тан Хунэном стала какой-то странной.
Сяо Сяолань мучилась подозрениями, но не стала подавать виду.
Вскоре её сомнения получили подтверждение. Когда они вернулись в Пэнчэн, Тан Хунэн сказал, что раз уж Лю Фэнь приехала, то вечером всем стоит пойти и хорошенько поужинать.
Помощник Пэн с виноватым видом сослался на незаконченную работу и спросил, может ли Сяо Ван отвезти его обратно. Как только эти двое ушли, остались только Сяо Сяолань и двое взрослых.
Сяо Сяолань чувствовала себя «третьим лишним», причём таким ярким, что она могла бы осветить половину неба над Пэнчэном.
Так уж совпало, что первоклассных ресторанов в Пэнчэне было всего два или три. И место, куда они отправились, оказалось тем самым рестораном, где Харолд угощал ужином Цяо Чжи и Цзи Я.
Две компании столкнулись у самого входа. Цзи Я мельком взглянула на Тан Хунэна, а затем её взгляд остановился на Лю Фэнь. Лю Фэнь выглядела иначе, чем при их прошлой встрече: она похорошела, да и одежда была подобрана вполне сносно.
Но Цзи Я знала: как бы та ни притворялась, она остаётся всего лишь деревенщиной.
Тан Хунэн открыто привёл деревенскую бабу в такой высококлассный ресторан. Разве бывают в мире подобные совпадения? Он явно сделал это нарочно, чтобы унизить её!
Она презрительно усмехнулась:
— Здесь едят западную кухню. Вы хоть знаете, в какой руке держать нож, а в какой вилку? Это вам не солому для свиней в деревне резать, смотрите не опозорьтесь перед иностранными гостями.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
