Он был хорошо образован, искусен в боевых искусствах, да ещё и занимался охраной грузов. Фань Чанъюй размышляла так и этак и пришла к выводу, что её подопечный может быть только молодым хозяином охранного бюро.
Се Чжэн после недолгого колебания кивнул.
Фань Чанъюй осенило:
— Неудивительно, что ты постоянно говорил, что уйдёшь, как только раны заживут.
Она подтолкнула те сорок лянов серебра обратно к нему:
— Эти деньги оставь себе. Для восстановления охранного бюро потребуется много серебра! Когда соберёшься уходить, я посмотрю, как будет с деньгами у меня, и если будет в достатке, дам тебе ещё немного!
Се Чжэн уже не первый раз слышал от неё о том, что их пути разойдутся.
Его внешние раны, хоть и выглядели пугающе, почти затянулись, а внутренние повреждения были залечены уже на семьдесят-восемьдесят процентов. Чжао Сюнь сегодня приходил, чтобы сообщить, что двадцать тысяч дань (дань, единица измерения) зерна уже закуплены.
Вскоре ему действительно придётся уйти.
Слыша её слова сейчас, он ощутил в глубине души какое-то необъяснимое чувство.
Он поднял руку и придавил слиток серебра, останавливая её ладонь, и произнёс тоном, не терпящим возражений:
— Это тебе. Деньги за лекарства.
Фань Чанъюй продолжала отказываться:
— Когда ты согласился на фиктивный брак, мы же договорились. Я лечу твои раны. Разве я могу сейчас брать с тебя деньги? Это было бы бесчестно. К тому же ты в прошлые дни, несмотря на раны и холодный ветер, писал в комнате статьи, зарабатывать это серебро тоже непросто…
Он не убрал руку со слитка ни на йоту, вперив в неё взгляд чёрных глаз:
— Деньги на сладости?
Фань Чанъюй на мгновение опешила и только потом поняла, что он даёт эти деньги на покупку конфет для него. Она бесхитростно ответила:
— Чтобы купить конфет, не нужно столько серебра…
— Тогда возьми сейчас, купишь позже.
— Даже если покупать их до того момента, как твои раны заживут и ты уйдёшь, столько серебра всё равно не потратить…
Фань Чанъюй замолчала на полуслове.
В очаге с громким треском лопнуло горящее полено, во все стороны посыпались искры, окончательно нарушив тишину в комнате.
Собеседник повторил всё ту же фразу:
— Возьми.
Фань Чанъюй не смотрела на него, она некоторое время разглядывала его руку, прижимавшую серебряный слиток, а затем спросила:
— Какие конфеты ты любишь?
Услышав этот вопрос, Се Чжэн убрал руку:
— Купи на своё усмотрение.
В эту ночь Фань Чанъюй, которая обычно спала крепко, долго лежала, глядя в потолок, и никак не могла уснуть.
Хоть она и была простодушной, но не была бесчувственной как бревно.
Янь Чжэн пусть и был порой вспыльчив и язвителен, но в душе был добрым человеком. Иначе он не стал бы убегать вместе с Чаннин, когда горные разбойники ворвались в дом.
Он красив, грамотен и владеет великолепным мастерством боя.
Она знала, что он живёт здесь лишь временно и в конце концов уйдёт, поэтому всегда воспринимала его как случайного прохожего.
Но сегодня он отдал ей такую огромную сумму денег и попросил, чтобы она и впредь покупала ему конфеты?
Фань Чанъюй вдруг почувствовала, что в её сердце воцарился беспорядок.
Она ворочалась с боку на бок, словно лепёшка на сковороде (метафора беспокойного сна), и забылась неспокойным сном лишь перед самым рассветом.
На следующий день она, как и следовало ожидать, проснулась поздно, с лёгкими тенями под глазами.
К счастью, в канун Нового года и в первый день года мясная лавка не работала, так что поздний подъём ни на что не влиял.
Фань Чанъюй, зевая, встала лепить танъюань. В переулке снаружи слышались звуки детских петард, весь посёлок был погружён в мирную атмосферу Нового года.
Танъюань с чёрным кунжутом
Оборудование
- 1 блендер или ступа для измельчения кунжута
- 1 сотейник для варки сиропа
- 1 кастрюля для варки шариков
- 1 миска для смешивания
Ингредиенты
Для теста:
- 200 г клейкой рисовой муки
- 150 мл горячей воды
Для начинки:
- 50 г чёрного кунжута обжаренного
- 40 г сахарной пудры
- 40 г сливочного масла растопленного (или кокосового)
Для сиропа:
- 500 мл воды
- 50 г коричневого сахара
- 20 г свежего имбиря слайсами
Инструкции
- Приготовление начинкиИзмельчите обжаренный кунжут в блендере до состояния мелкой крошки. Смешайте с сахарной пудрой и растопленным маслом. Уберите в морозилку на 10-15 минут, чтобы масса застыла, затем скатайте маленькие шарики (размером с фундук).50 г чёрного кунжута, 40 г сахарной пудры, 40 г сливочного масла
- Замес тестаВ миску с рисовой мукой постепенно вливайте горячую воду, помешивая палочками или ложкой. Когда тесто немного остынет, вымесите его руками до состояния мягкой мочки уха. Оно не должно липнуть к рукам.150 мл горячей воды, 200 г клейкой рисовой муки
- Формирование шариковРазделите тесто на кусочки побольше, чем шарики начинки. Сделайте из теста «лепёшку», положите в центр кунжутный шарик и аккуратно защипните края, скатывая в идеально гладкий шар.
- Приготовление сиропаВ сотейнике соедините воду, сахар и имбирь. Доведите до кипения и поварите 5 минут на слабом огне.500 мл воды, 50 г коричневого сахара, 20 г свежего имбиря
- ВаркаОпустите шарики в кипящую воду в большой кастрюле. Когда они всплывут на поверхность, поварите еще 1-2 минуты.
А в Чунчжоу, отделённом лишь одной областью, только что потерпели сокрушительное поражение…
Улицы были украшены фонарями и цветными лентами, повсюду чувствовалось праздничное дыхание года.
Военное донесение «Срочно, восемьсот ли»1 миновало ворота Юндинмэнь, но было доставлено не в императорский дворец, а в резиденцию первого министра Вэя.
Стремительный гонец промчался по аллее, где ветки вязов и тополей гнулись под тяжестью инея и снега.
Перед Вэй-фу царила суровая атмосфера: два каменных льва, придерживающих лапами драгоценные жемчужины, скалились в свирепом оскале. Стражники в доспехах и с оружием застыли в боевом построении «гусиный клин», снег покрывал верхушки стен, и даже птицы не желали садиться на сухие ветви в этом месте.
Всадник-почтарь скатился с лошади на землю, выхватил из-за пазухи донесение и поднял его высоко над головой:
— Срочное донесение из Чунчжоу!
Лицо стражника у ворот изменилось. Он забрал свиток, поспешно вошёл внутрь и передал его офицеру, который, бережно держа донесение, торопливо направился к кабинету:
— Дажэнь, срочное из Чунчжоу!
Спустя мгновение слуга открыл дверь кабинета и забрал послание.
Весь процесс был чётким и быстрым — именно так ежедневно доставлялись все отчёты в кабинет первого министра Вэя.
Слуга закрыл тяжёлые двери. Он шёл по комнате почти бесшумно и почтительно поднёс донесение длиннобородому старцу, который за столом из красного дерева просматривал доклады:
— Первый министр, срочное донесение из Чунчжоу, доставленное за восемьсот ли.
Жилистая рука с чётко проступающими костями взяла свиток. Дочитав, старец с силой бросил его на стол:
— Я должен был предвидеть, что этот непокорный сын не удержит ситуацию в Чунчжоу! Сколько времени прошло после осеннего сбора урожая, почему со всего Северо-Запада невозможно собрать провиант?
Слуга не смел проронить ни слова.
Старец поднялся. Оказалось, что на нём не расшитые шелка, а обычное платье из простой ткани. Заложив руки за спину, он смотрел в окно на глубокие снега. Его узкие глаза феникса и статная фигура принадлежали Вэй Яню, первому министру Да Инь, который уже более десяти лет прочно удерживал в своих руках власть над двором.
Немного помолчав, он произнёс:
— Пусть этот негодный сын убирается назад. Отправьте Хэ Цзиньюаня, пусть пока сдержит наступление в Чунчжоу.
Когда-то у него было два самых острых и удобных меча: один — племянник, которого он вырастил сам, другой — Хэ Цзиньюань. Родной же сын, Вэй Сюань, оказался лишь соломенным мешком, полным амбиций, но заносчивым и ограниченным.
Слуга поклонился и уже собирался уходить, когда услышал вопрос от человека, который более десяти лет правил страной именем императора:
— Тело Уань-хоу нашли?
Слуга покачал головой:
— Нет.
Вэй Янь тяжело вздохнул:
— В жилах этого ребёнка течёт кровь семьи Вэй, по характеру и методам он больше всех похож на меня. Жаль…
Слуга служил при Вэй Яне много лет и мог в какой-то мере угадывать его мысли. Помня, что раньше первый министр ценил Уань-хоу гораздо больше, чем старшего сына Вэй Сюаня, он осмелился вставить:
— Возможно, хоу-е просто был обманут теми коварными ничтожествами. Вы растили его шестнадцать лет, ваши отношения были ближе, чем у отца с сыном. Слова о том, что вы в те годы погубили наследного принца Чэндэ и генерала Се — сущий вздор. А доказательства? Хоу-е даже доказательств не видел, в этом деле наверняка ещё есть место для манёвра, зачем же вам…
На полуслове слуга замолк, наткнувшись на холодный и суровый взгляд Вэй Яня. Он поспешно отвесил себе звучную пощёчину:
— Старый раб слишком много на себя взял!
Вэй Янь же промолвил:
— Наступит день, когда он всё узнает. В его душе уже зародилось подозрение. Если не покончить с ним сейчас, пока он не начеку, то в будущем семья Вэй сама станет рыбой и мясом2 на чужой разделочной доске.
Слуга сначала остолбенел, а затем произнёс:
— Первый министр — опора государства, даже хоу-е не смог бы пошатнуть ваше положение, тем более что его уже нет в живых.
Вэй Янь закрыл глаза и промолчал.
Когда он повернулся и снова сел за рабочий стол, на его лице не осталось и следа той мимолётной печали. Он спросил:
— Вещь, которую я приказал забрать из Цзичжоу, привезли?
Голос слуги стал на несколько тонов тише:
— От сыши из отряда «Сюань» до сих пор не поступало никаких вестей.
Взгляд Вэй Яня мгновенно стал острым:
— А что со стороны Хэ Цзиньюаня?
Слуга ответил:
— Лазутчик, внедрённый к Хэ Цзиньюаню, сообщал ранее, что тот, кажется, не знает о существовании этой вещи.
В этот самый момент из-за дверей кабинета снова послышался голос:
— Дажэнь, правитель Цзичжоу прислал с верховым гонцом парчовую коробочку.
- Срочно, восемьсот ли (八百里加急, bā bǎi lǐ jiā jí) — обозначение наивысшей скорости доставки военных донесений в древнем Китае. ↩︎
- Рыба и мясо (鱼肉, yú ròu) — метафора жертвы, человека, находящегося в полной власти притеснителя. ↩︎
Рецепт просто супер! Спасибо, теперь тоже хочется попробовать)))
Пока я писала комментарий, появилась ещё одна глава. Это волшебство? )))))))
Спасибо за перевод! Жду продолжения с нетерпением 🙏🤗
О новая глава)))