Ло На стояла на улице Лхасы и сказала ему:
— А ты так весьма хорош собой.
Дуань Юйчэн перевёл взгляд.
Возможно, из-за того, что высокогорье находилось слишком близко к небу, всё здесь казалось более прямолинейным, чем в других местах, и насыщенность зрения тоже возросла. Ло На ещё никогда не видела черты лица Дуань Юйчэна настолько чёткими.
Дуань Юйчэн спросил:
— А когда это я не был хорош собой?
Ло На ответила:
— Честно говоря, обычно ты выглядишь довольно заурядно.
Возможно, она видела слишком много спортсменов; целыми днями вращаясь в этом молодом и наполненном гормонами кругу, Ло На даже немного притупила свои чувства.
К тому же, будучи спортсменом, Дуань Юйчэн был слишком несносным: с виду вроде бы послушный, а на деле упрямый как осёл.
Он был прекраснее всего, когда затихал: с лёгкой улыбкой, кротостью и капелькой гордости. Глядя на него такого, Ло На была уверена: даже самая чопорная женщина не удержалась бы и обернулась ему вслед.
Они неспешно гуляли по мощёной камнем улице Бацзяо, по обеим сторонам которой стояли выкрашенные в белоснежный цвет дома, и лишь окна да крыши были покрыты тёмно-красной краской.
Дуань Юйчэн взял Ло На за руку и спросил:
— Тогда когда, по-твоему, я краше всего?
Он всё ещё переживал из-за её слов о том, что «обычно он выглядит заурядно».
Ло На улыбнулась, храня молчание. Дуань Юйчэн обхватил её шею рукой:
— Живее говори!
Ло На призадумалась и сказала:
— Ну тогда… когда ты в очках читаешь книгу.
— А? — такой образ оказался неожиданным. Дуань Юйчэн нахмурился. — Правда?
— Правда.
Дуань Юйчэн немного поразмыслил и с лёгкой усмешкой сказал:
— О, чего не хватает, тому и завидуешь, да?
Ло На потребовалось немало времени, чтобы осознать, что её интеллект только что подвергли сомнению. Она ткнула его локтем, но Дуань Юйчэн перехватил её руку на полпути. Он обнял её за талию и был поражён тем, какая она на ощупь.
— Ого! Какая у тебя талия классная!
У подножия дворца Потала они поели тибетской кухни, блюда которой были довольно жирными. Дуань Юйчэн заказал много всего, но Ло На разрешила ему съесть лишь по кусочку каждого блюда. Она боялась, что если его желудок не привыкнет, то на обратном пути возникнут проблемы.
Национальный чемпионат становился всё ближе, и ему нужно было сохранять хорошую форму перед соревнованиями.
Пообедав, они собрались осмотреть дворец Потала. Проходя мимо лавки с сувенирами, Дуань Юйчэн попросил Ло На подождать его немного. Он нырнул в магазинчик и вышел минуты через три-четыре, а на переносице у него красовались очки.
Ло На протянула руку, чтобы ткнуть в них пальцем, но Дуань Юйчэн отстранился.
— Не надо, в глаз ткнёшь.
— Зачем ты надел очки, если в них даже стёкол нет?
— Соблазняю тебя.
— …
Дуань Юйчэн расхохотался и, взяв Ло На за руку, повёл её к дворцу Потала.
Он перевоплотился в гида и всю дорогу давал пояснения.
Он заранее подготовился: изучил кучу любовных историй Сонгцэна Гампо и принцессы Вэньчэн — как официальных, так и неофициальных хроник, а также народных легенд. Он рассказывал обо всём подробно и складно.
Ло На долго слушала его и наконец спросила:
— А ты больше ничего не искал? С чего ты вдруг стал таким любителем сплетен?
Дуань Юйчэн захлопнул свой блокнотик, посмотрел на Ло На и сказал:
— Разве истории любви — это плохо? Зачем искать что-то другое?
Ло На сказала:
— Если бы все гиды были такими, как ты, то на них бы давно уже подали жалобу.
Дуань Юйчэн молча смотрел на неё три секунды и кивнул.
— Хорошо, сейчас я начну рассказывать тебе об истории развития дворца Потала, только не усни.
Ло На:
— Рассказывай.
— Тогда сначала я представлю три основных этапа развития дворца Потала: период Тибетского царства, период Хошутского ханства и расширение при сменявших друг друга Далай-ламах. В начале VII века нашей эры, после того как Сонгцэн Гампо перенёс столицу в Лхасу, чтобы —
— Стой.
Дуань Юйчэн принял серьёзный вид.
Ло На сказала:
— Ладно, лучше рассказывай любовные истории.
Дуань Юйчэн:
— В таком случае, позвольте узнать, клиент всё ещё желает подать на меня жалобу?
— Нет.
— Ты довольна моим обслуживанием?
— Довольна.
— Тогда награди меня поцелуем.
Ло На скосила на него взгляд.
В поле зрения золотилась позолоченная медная черепица, выступали наружу изогнутые карнизы. Золотые сосуды, красные знамёна и белые стены перекликались друг с другом. В солнечном свете парили миллиарды пылинок, подобных бесчисленным живым существам в этом бренном мире, каждый из которых кружился в своём танце и погружался в собственное забвение.
Ло На была поражена юношей, вписанным в этот пейзаж; она оглядывала его со всех сторон, словно любуясь произведением искусства.
Она видела так много спортсменов — и прославленных звёзд, и безвестных новичков, — но ни один человек не вызывал у неё таких чувств, как Дуань Юйчэн.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
