Шестидесятая пятая глава
Тренера сборной по многоборью звали Чжэн Цзяньпин. Ему было около сорока лет, а его стиль преподавания напоминал стиль Ян Цзиня, поэтому Дуань Юйчэн отлично адаптировался.
Спустя месяц после прихода в команду его потенциал раскрылся в полную силу, баллы росли поразительно быстро, и Чжэн Цзяньпин ценил его всё больше и больше.
К тому же, помимо спортивных достижений, было в нём ещё кое-что, привлекавшее внимание.
Однажды в свободное время Чжэн Цзяньпин подошёл к Дуань Юйчэну и сказал, что хочет попросить его об одолжении. Дуань Юйчэн, польщённый, спросил, о чём речь, и Чжэн Цзяньпин ответил, что хотел бы попросить у него несколько фотографий.
— Фотографий?
Чжэн Цзяньпин беспомощно пояснил: у него была дочь, только что поступившая в старшую школу, которая обожала фанатеть от знаменитостей. Она увидела интервью Дуань Юйчэна в интернете и влюбилась с первого взгляда. Узнав, что тот тренируется под началом её отца, она во что бы то ни стало потребовала, чтобы Чжэн Цзяньпин раздобыл ей фото с автографом.
Дуань Юйчэн в замешательстве произнёс:
— Но у меня нет фотографий.
Чжэн Цзяньпин сказал:
— Сфотографируйся как-нибудь по-быстрому, чтобы отделаться от девчонки, и всё. Но ты и впрямь странный: нынешняя молодёжь обожает сидеть в Вэйбо и заниматься саморекламой, а ты даже аккаунт себе не завёл. В команде это не запрещено.
— Зачем это нужно? Чтобы каждый день выкладывать селфи? Я же не женщина, это слишком глупо.
Чжэн Цзяньпин громко рассмеялся.
Тренировавшийся вдалеке Цай Лицю, услышав смех, посмотрел в их сторону с мрачным выражением лица.
Дни на сборах были тяжёлыми и однообразными, Дуань Юйчэн каждый день выматывался до такой степени, что едва мог перевести дух. Только в первые выходные он выбрался погулять, а потом в каждый свободный день просто отсыпался в общежитии.
Впрочем, его положение было чуть лучше, чем у Ли Гэ.
Десятиборье в легкоатлетической команде всегда считалось второстепенной дисциплиной, но спринт — совсем другое дело. Особенно стометровка — лицо всех легкоатлетических соревнований и самый важный вид программы. Ежедневные нагрузки Ли Гэ были просто ужасающими, а дисциплина — крайне жёсткой: все его личные электронные устройства, включая мобильный телефон, компьютер и игровые приставки, были конфискованы. У него был подробный график на каждый день, и даже в выходные он не мог свободно покидать базу.
Ли Гэ жаловался Дуань Юйчэну, что порой он выматывается до недержания.
Спустя полмесяца их результаты выросли, но разговоров стало меньше.
Чем ближе были соревнования, тем напряжённее становилась атмосфера на базе.
Дуань Юйчэн порой был так занят, что забывал позвонить Ло На; он словно оказался в стенах древнего закрытого поместья, отрезанный от всех новостей внешнего мира.
Единственным, что не вписывалось в напряжённый тренировочный процесс, была дочь Чжэн Цзяньпина, Чжэн Ваньшу. Имя девушки совершенно не соответствовало действительности: в ней не было ни капли кротости или благонравия. С тех пор как Дуань Юйчэн дал ей те несколько фотографий с автографами, Чжэн Ваньшу окончательно потеряла голову. Она снова захотела, чтобы отец раздобыл для неё номер телефона Дуань Юйчэна, но Чжэн Цзяньпин, разумеется, не согласился. Она использовала всё — от капризов до истерик, и максимум, что Чжэн Цзяньпин смог для неё сделать, это выпросить ещё несколько снимков.
— Эх, совсем я из-за неё лицо потерял…
Дуань Юйчэн тоже чувствовал себя неловко: какой нормальный парень будет без конца делать селфи? К тому же он любил выглядеть безупречно и не хотел отдавать посредственные снимки, поэтому после съёмки всегда их редактировал и тщательно отбирал. В конечном счёте все фотографии, которые он отдавал, выглядели как реклама в глянцевых журналах. Чжэн Ваньшу даже создала специальный аккаунт в Вэйбо для его продвижения, и количество влюблённых в него девушек росло с каждым днём.
Незаметно пролетело целое время года.
Когда он только прибыл на базу, нужно было носить толстовки с длинным рукавом, а теперь, перед соревнованиями, становилось жарко даже в одной майке.
Наступил разгар лета.
До соревнований оставалось две недели, и людей на базе постепенно становилось всё больше.
Ранним утром в одни из выходных Дуань Юйчэн, как обычно, встал на утреннюю тренировку. Выйдя на улицу, он сладко потянулся, но не успел даже перевести дух, как услышал возглас:
— Старший брат!
— …
Спина Дуань Юйчэна рефлекторно напряглась. Обернувшись, он увидел, как к нему несётся кто-то, похожий на длинного и тощего палочника.
Дуань Юйчэн крепко упёрся ногами в землю.
С расстояния пяти метров Мао Маоци прыгнул и врезался прямо в него, крепко обхватив.
— Старший брат! Я так по тебе скучал!
Дуань Юйчэн отлепил от себя эту «липучку» и, нахмурившись, оглядел его. Первым делом он спросил:
— Ты что, снова вырос?
Мао Маоци выпрямился, и Дуань Юйчэн мгновенно сделал шаг назад, отказываясь попадать с ним в один кадр.
— Кажется, вырос. За месяц до возвращения в Китай мерился, тогда рост был метр девяносто восемь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
