Дуань Юйчэн тоже быстро это осознал и поправился:
— О, нет-нет, не жена, я ещё не сделал предложение… я сделаю его прямо сейчас…
Всё смешалось, всё пошло наперекосяк.
Он в суматохе сбросил спортивную куртку, отшвырнул её в сторону, явив миру тщательно выбранный, идеально сидящий строгий костюм.
Эта часть прошла так, как и ожидалось: девушки, отдавая ему должное, разразились восторженными криками.
Однако уровень шума превзошёл все ожидания Дуань Юйчэна. Оглушительный рёв был даже страшнее, чем выкрики болельщиков на стадионе; от этого крика в голове у него совершенно опустело.
Сквозь оцепенение он услышал раздирающий душу вопль Цзя Шили из толпы:
— Кольцо! Болван ты эдакий!
Ах да! Кольцо!
Он же бросил его в кармане куртки вместе со всей одеждой!!!!!
Дуань Юйчэн поспешно бросился подбирать вещи, но стоило ему отойти от трибуны, как его наряд — пиджак сверху и спортивные штаны снизу — предстал перед всеми. По иронии судьбы, в этот раз он вернулся в форме национальной сборной: ярко-красные брюки в сочетании с дорогим пиджаком выглядели просто чудовищно.
Цзя Шили закрыл лицо руками, весь дрожа:
— Слишком нескладно, пусть кто-нибудь его спасёт…
Внизу грянул хохот, Дуань Юйчэн едва не расплакался.
Вернувшись к трибуне, он услышал, как кто-то крикнул:
— А кто такая Ло На?
В мечтах Дуань Юйчэна стоило ему назвать имя Ло На, как объективы камер тут же сфокусировались бы на ней. Но это было не кино. Большинство в университете не знали Ло На, а те, кто ходил к ней на физкультуру, помнили лишь фамилию «Ло».
Непредвиденные обстоятельства сыпались одно за другим.
Дуань Юйчэн поднял голову, вглядываясь во второй ярус — он знал, что факультет физкультуры находится там.
Он долго не мог её найти, потому что в этот момент Ло На, пригнувшись, пряталась за спиной У Цзэ и, вцепившись в него «костяными когтями девяти инь», сантиметр за сантиметром пробиралась к выходу.
Да чтоб тебя…
«Не видит меня, не видит меня, не видит меня…»
Она в мыслях настойчиво повторяла это заклинание.
Дуань Юйчэн оглядывал зал снова и снова, не находя её, от волнения у него уже глаза покраснели, как вдруг раздался звонкий свист.
У Цзэ, любитель подлить масла в огонь, лихо и пронзительно свистнул, мгновенно приковав к себе взгляды всех присутствующих.
У Цзэ вытащил прятавшуюся за его спиной женщину и кивнул в сторону сцены.
Стоило главной героине появиться, как атмосфера в актовом зале снова оживилась.
В тот миг, когда Дуань Юйчэн увидел Ло На, большая часть его напряжения улетучилась. Подражая статуе Свободы, он высоко поднял коробочку в руке и крикнул ей:
— Кольцо!
Трибуна скрывала его нелепые красные штаны, оставляя на виду лишь пиджак, и он снова стал несравненным красавцем. Студентки принялись ему подыгрывать, и зал захлестнула новая волна визга.
Ло На сейчас больше всего на свете хотелось спрыгнуть со второго яруса.
Заметив выражение её лица, Дуань Юйчэн широко улыбнулся. Хотя всё прошло несколько сумбурно, цель была достигнута — она действительно была настолько обескуражена, что едва соображала.
Он окончательно успокоился и заорал во всё горло:
— Соглашайся! И я наберу для тебя восемь тысяч сто очков!
Голос атлета был полон мощи; звук, сорвавшийся со сцены, пронёсся через весь зал, создавая эффект объёмного звучания, и Ло На показалось, будто у неё над ухом прогремел гром.
Студенты внизу не разбирались в десятиборье и не понимали, что значат «восемь тысяч сто очков», но по тону Дуань Юйчэна было ясно: это чертовски круто. И они снова закричали во всю мощь своих лёгких.
Они вкладывали все силы, желая сохранить эту романтику в поре выпускных.
Волна звука за волной разлеталась из зала по всем уголкам кампуса. Она вспугнула мошкару над прудом, заставила затрепетать молодые почки платанов и стряхнула капли пота, пролитого за все годы юности.
Лёгкий ветерок донёс звуки до стадиона. У дремлющей бродячей кошки дрогнули кончики ушей; она открыла глаза, величественно огляделась по сторонам, лениво мяукнула в унисон с шумными цикадами и снова улеглась.
— Мяу.
Любые проблемы подождут до завтра.
Сегодняшний сон должен быть досмотрен сегодня.
От яркого солнца ясное небо казалось почти белым, словно огромное свадебное платье, наброшенное на плечи лету.
Кошка перевернулась и выгнулась дугой на раскалённой беговой дорожке, наслаждаясь редким спокойствием на тренировочном поле.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
