Му Чэнъюнь поджал губы и невольно снова взглянул в сторону Вэнь Ифань, вспоминая день их первой встречи.
Она шла следом за Цянь Вэйхуа. Когда она вошла, тусклое помещение, казалось, озарилось светом.
Невероятно яркие черты лица, настолько красивые, что приковывали к себе всё внимание, — от неё невозможно было отвести глаз. Внешность, которая ошеломляла с первого взгляда и продолжала восхищать со второго.
Му Чэнъюнь пропал с первого же взгляда.
Поэтому он специально разыскал Фу Чжуана, чтобы разузнать, набирают ли ещё людей в телерадиокомпанию Наньу, и обиняками выведал, есть ли у неё парень. Позже, пройдя через вузовский отбор, Му Чэнъюнь пришёл в группу программы «Передача» с твёрдым намерением добиться своего.
Он надеялся, что так сможет стать к ней ближе.
Но чем больше времени они проводили вместе, тем меньше у Му Чэнъюня оставалось смелости приближаться.
Потому что, хотя она всегда вела себя мягко и сдержанно, на деле она казалась холодной со всеми, крайне неприступной. Выглядела нежной, но по сути своей была словно бесстрастной — ничто не могло по-настоящему её затронуть.
Словно недосягаемое создание.
Однако в тот день Му Чэнъюнь увидел, какой Вэнь Ифань была рядом с Сан Янем.
И, кажется, всё было иначе.
Му Чэнъюнь отогнал эти мысли и больше не возвращался к ним.
Хотя за это время он успел привести свои чувства в порядок, сейчас из-за окончательного разрыва в душе Му Чэнъюня всё равно было тоскливо. Он отчётливо понимал, что эти слова только испортят её впечатление о нём.
И всё же он надеялся.
Надеялся, что с человеком, который нравился ему почти год, будут обращаться достойно.
И что она сможет, невзирая ни на что, быть счастлива с тем, кого любит.
С другой стороны.
Сан Янь несколько раз отказывался, но его всё равно заставили выпить несколько бокалов, и теперь, после долгого пребывания в помещении, ему стало жарковато. Он ослабил галстук, опустил взгляд на сообщение в телефоне и ответил: «Как приедешь, позови».
После чего погасил экран.
В этот момент Сан Чжи, сидевшая рядом, придвинулась к нему и сказала:
— Гэгэ, я пойду поздравлю Цянь Фэй-гэгэ с днём свадьбы и, наверное, пойду домой?
Сан Янь покосился на неё:
— Сама доберёшься?
Сан Чжи кивнула:
— Сразу за выходом есть автобус, я знаю дорогу.
— Угу, — лениво отозвался Сан Янь. — Будь осторожна.
Когда Сан Чжи ушла, сидевший напротив Су Хаоань не удержался от подначки:
— Сан-мужик, ну так что, придёт твоя пассия или нет?
Сан Янь поднял глаза.
Видимо, алкоголь ударил в голову, и Су Хаоань был крайне воодушевлён:
— Ты случайно не наплел с три короба, выдумав себе подружку?
Сан Янь холодно усмехнулся, не желая с ним спорить.
Чэнь Цзюньвэнь, сидевший рядом, поддакнул:
— Мне тоже так кажется.
Сказав это, Чэнь Цзюньвэнь поднял взгляд и, заметив подошедшего сзади Сан Яня человека, с ухмылкой спросил:
— Старина Сюй, ты ведь тоже придерживаешься нашего мнения?
Услышав это, Сан Янь оглянулся.
Мужчина тоже был в официальном костюме с тёмно-красным галстуком, видимо, только что вернулся из уборной. Пряди волос небрежно падали ему на лоб, складка века была глубокой, а в глазах мерцал блеск — любой его случайный взгляд казался флиртом.
Должно быть, не слышав, о чём они говорили раньше, он приподнял уголки губ:
— М?
— Дуань Цзясюй, — недовольно выкрикнул Су Хаоань, завидев его, — ты где пропадал! Чёрт возьми, в такой день ты даже не пьёшь! Зачем вообще припёрся! Вали поскорее в свой Ихэ! Ну и бесишь же ты, сил нет!!!
Дуань Цзясюй негромко рассмеялся, и его тон, мягкий и вкрадчивый, походил на заигрывание:
— Почему у тебя всё ещё столько претензий ко мне?
Сан Янь хмыкнул и сделал ещё глоток.
В следующий миг Дуань Цзясюй посмотрел на место рядом с Сан Янем. Затем он слегка вскинул бровь и перевёл взгляд на самого Сан Яня.
— Гэгэ.
— … — Весь вечер его терзало это обращение, к тому же недавно Вэнь Ифань упоминала про геев, поэтому Сан Янь с натянутой улыбкой произнёс: — У тебя что, с головой не всё в порядке?
Дуань Цзясюй тихо посмеялся про себя:
— А где твоя мэймэй?
Сан Янь небрежно бросил:
— Только что ушла.
— Вот как. Одолжи ключи от машины, — Дуань Цзясюй взял лежащий рядом пиджак, сохраняя естественный вид. — В такое время девочке возвращаться небезопасно, я её подброшу.
Сан Янь просто бросил ему ключи:
— А ты весьма заботлив к этой малявке.
Дуань Цзясюй улыбнулся:
— Так и должно быть.
Услышав это, Сан Янь снова посмотрел на него.
У мужчины перед ним была холодная бледная кожа, он был высоким и худощавым, с глазами формы лепестков персика. Его черты лица были необычайно выдающимися: уголки глаз чуть изгибались при улыбке, а губы казались слишком яркими. Одной его внешности было достаточно, чтобы притягивать взоры.
Настоящий искуситель, словно переродившийся дух в мужском обличье.
И впрямь выглядит так, будто способен вскружить голову любой девчонке.
Сан Янь тут же вспомнил, как Вэнь Ифань, увидев его выпускное фото, похвалила Дуань Цзясюя за красоту. Его брови слегка дрогнули, он оглядел друга с ног до головы оценивающим взглядом. Затем он внезапно повернул голову к Чэнь Цзюньвэню:
— Эй.
Чэнь Цзюньвэнь, уткнувшийся в телефон, растерянно поднял голову:
— Чего тебе?
Сан Янь:
— Спросить кое-что хочу.
Чэнь Цзюньвэнь:
— ?
Сан Янь:
— Дуань Цзясюй красавчик?
Дуань Цзясюй уже собирался уходить, но, услышав это, остановился, приподняв бровь.
— … — Чэнь Цзюньвэнь был в полном недоумении. — Ты больной? Реально в геи записался?
Сан Янь начал терять терпение, но не стал продолжать расспросы, а перевёл взгляд на Су Хаоаня.
— Су Хаоань, скажи ты.
— Дуань Цзясюй? — Су Хаоань был пьян, его лицо раскраснелось. Он уставился на лицо Дуань Цзясюя и покачал головой: — Ну так себе, и сотой доли моей красоты в нём нет.
Дуань Цзясюй усмехнулся:
— Тогда что с тобой не так?
Су Хаоань:
— ?
Дуань Цзясюй не спеша договорил:
— Стоит мне на тебя посмотреть, как ты краснеешь.
— … — Су Хаоаня едва не стошнило. — Чёрт возьми, ты за сотни лет ни капли не изменился.
Почувствовав, что никто не может нормально ответить на вопрос, Сан Янь снова уставился на Чэнь Цзюньвэня:
— Отвечай быстро.
Чэнь Цзюньвэнь уже закипал от раздражения:
— …Красавчик он, красавчик! Твоя пассия самая красивая! Доволен?!
— А, ну раз так. — Сан Янь проигнорировал его слова, повернулся и загадочно уставился на Дуань Цзясюя: — Кто из нас красивее: я или Дуань Цзясюй?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
