Она запнулась и машинально отказалась:
— Всё в порядке, не нужно. Заберите деньги назад.
Официант покачал головой:
— Помимо этого, если вам что-нибудь понадобится, можете позвать меня в любое время.
Его настрой был решительным, и Вэнь Ифань не стала настаивать. Она взяла лежавшую рядом куртку:
— Когда я только что ходила в уборную, то нашла в коридоре эту куртку. Возможно, кто-то из посетителей случайно оставил её.
Официант поспешно принял вещь:
— Хорошо, благодарю вас.
Когда он ушёл, Чжун Сыцяо подмигнула ей:
— Что случилось?
Вэнь Ифань вкратце объяснила ситуацию.
Чжун Сыцяо округлила глаза:
— Раз он так сказал, почему ты всё равно хотела отдать деньги?
— Открывать своё дело непросто, — Вэнь Ифань отхлебнула вина. — Нет нужды забирать у него несколько сотен из-за такого пустяка.
— С чего ты вдруг запереживала, что наследнику богатой семьи тяжело даётся бизнес? Этот шао-е при деньгах уже не первый день, — сказала Чжун Сыцяо. — Впрочем, он и правда тебя не помнит?
Вэнь Ифань логично предположила:
— Наверное, не узнал.
— Не узнал? — Чжун Сыцяо это показалось нелепым, и она выпалила: — Погоди, ты что, совсем не знаешь, как выглядишь? Неужели из-за иероглифа «фань» в имени и правда считаешь себя заурядной?
— … — Вэнь Ифань чуть не поперхнулась, не зная, что ответить, и рассмеялась: — С таким тоном я подумала, что ты меня ругаешь.
Неудивительно, что Чжун Сыцяо посчитала такой ответ необъяснимым.
Потому что Вэнь Ифань была по-настоящему красива.
Полная противоположность её мягкому характеру, она обладала крайне эффектной, даже вызывающей внешностью. Её «лисьи глазки» словно были созданы, чтобы пленить души, уголки глаз слегка приподняты, а в каждом движении сквозило очарование.
Сидя в полумраке бара, она будто излучала свет.
Чжун Сыцяо всегда казалось, что, опираясь лишь на своё лицо, она могла бы прославиться и разбогатеть.
Кто же знал, что в итоге она станет замученным репортёром новостей и будет вкалывать как проклятая.
— К тому же ты сейчас почти не изменилась со школы, только волосы стали короче… — заметив движение со стороны Сан Яня, Чжун Сыцяо тут же сменила тему: — Ладно, такое тоже возможно.
— С его-то данными он за эти годы наверняка перегулял с кучей девчонок, может, среди них были и парочка твоего типажа.
Услышав это, Вэнь Ифань подпёрла подбородок рукой и посмотрела в сторону Сан Яня.
На этот раз рядом с ним появилась женщина.
Будто не боясь холода, она была одета в облегающую короткую юбку, открывающую две белые прямые ноги. Женщина облокотилась на барную стойку и, склонив голову, предлагала ему выпить, очаровательно улыбаясь; каждое движение подчёркивало её изящные изгибы.
Сан Янь поднял на неё взгляд с едва уловимой усмешкой.
В такой атмосфере это выглядело как лёгкий флирт.
Тема была недолгой, и вскоре Чжун Сыцяо заговорила о другом.
Голос подруги вернул Вэнь Ифань к реальности, она отвела взгляд и продолжла беседу.
Спустя какое-то время певица закончила последнюю песню. Заметив, который час, Вэнь Ифань спросила:
— Уже почти десять, пойдём?
Чжун Сыцяо:
— Ладно.
Обе встали и направились к выходу.
Чжун Сыцяо взяла Вэнь Ифань под руку и, глядя в телефон, сказала:
— Сян Лан только что написал, что в следующем месяце возвращается в страну. В следующий раз позовём его с собой. Сходим туда, где можно потанцевать, а тут как-то скучновато.
Вэнь Ифань отозвалась:
— Хорошо.
Перед уходом она снова мельком глянула на барную стойку.
Сан Янь всё так же сидел на прежнем месте, но женщина рядом с ним, кажется, сменилась. На его лице по-прежнему не было никаких эмоций, словно ему было на всё наплевать.
Их случайная встреча действительно выглядела так, как он и показывал: будто он столкнулся с совершенно незнакомым человеком.
Вэнь Ифань на мгновение задумалась.
Она почему-то вспомнила их последнюю встречу перед тем, как связь оборвалась.
Холодная, безлунная ночь. Густой туман и тёмные облака давили на городок, моросил мелкий пушистый дождь. В узком переулке мигал единственный фонарь, о который отчаянно билась мошкара.
Кончики волос юноши намокли, на ресницах тоже повисли капли воды. Кожа была бледной, а свет в глазах погас.
Всё казалось призрачным.
Она не помнила, что чувствовала тогда.
Помнила только одно.
Сан Янь хриплым голосом в последний раз позвал её:
— Вэнь Ифань.
А затем, опустив глаза, с самоиронией произнёс:
— Неужели я настолько плох?
И ещё помнила.
Он растерял всю свою гордость и смотрел на себя как на грязное пятно, которого стоит избегать любой ценой.
— Не волнуйся, — он усмехнулся, — я больше не буду тебя преследовать.
С тех пор как Юй Чжо пролил вино на клиента, он весь вечер был сам не свой. Он работал с предельной осторожностью, боясь совершить ту же ошибку и снова разжечь гнев босса, который только-только утих.
Когда посетители за этим столиком ушли, он подошёл прибраться.
Собирая бокалы, Юй Чжо потянул за папку-планшет, и из-под неё выскользнули несколько красных купюр.
Он замер.
А затем заметил, что под мягким креслом лежит оброненный браслет.
Юй Чжо поднял его и с серьёзным видом вернулся к барной стойке. Он пододвинул поднос и сказал светловолосому бармену:
— Сяохэ-гэ, гости за одиннадцатым столиком что-то обронили.
Хэ Минбо взял вещь и, подняв голову, произнёс:
— Кстати, та куртка, которую ты принёс, кажется мне очень похожей на куртку Янь-гэ.
— А, я не знаю, сказали, в туалете нашли. — Вспомнив про деньги, Юй Чжо почесал затылок. — Гэ, Янь-гэ только что велел мне закрыть счёт за этот столик за счёт заведения, но те гости за одиннадцатым не забрали деньги, которые я вернул. Мне стоит сказать ему об этом?
Хэ Минбо взглянул на него:
— Иди и признай вину.
— … — Юй Чжо растерялся и решил, что нужно объясниться: — Гэ, дело не в том, что я хочу присвоить эти деньги, просто гости за одиннадцатым их не взяли. Я ей несколько раз повторил.
Положив браслет в прозрачный пакет, Хэ Минбо усмехнулся:
— Янь-гэ не из тех, кто слушает оправдания.
Похоже на то.
Несмотря на эти мысли, когда Юй Чжо поднялся на второй этаж к Сан Яню, он всё же не удержался от попытки оправдаться.
Весь вечер он видел Сан Яня за барной стойкой и даже не заметил, когда тот поднялся наверх. Сейчас он сидел в самом дальнем углу зоны с кабинками, с невозмутимым видом.
Непонятно было, слушал ли он его объяснения.
Сан Янь молчал, лениво вертя в руках прозрачный стакан.
Атмосфера была гнетущей.
Юй Чжо, собравшись с духом, попытался сгладить ситуацию:
— Возможно, это не плата за выпивку, я только что слышал, как эти две гостьи говорили…
Сказав это, он вдруг понял, что следующие слова прозвучат странно, и замялся:
— Но вокруг было довольно шумно, я слышал не очень отчётливо, поэтому не уверен… просто… ну…
Встретившись с холодным взглядом Сан Яня, Юй Чжо вздрогнул, и речь тут же стала беглой:
— Я слышал, как подруга той гостьи спросила её, пришла ли она в этот бар, чтобы увидеть вас, Янь-гэ, а она ответила, что нет.
Ресницы Сан Яня слегка дрогнули.
Юй Чжо:
— А потом она сказала, что… пришла… снять…
Сан Янь:
— …
Сан Янь:
— ?
— Так что это, возможно… плата за съём…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
