Расстояние между ними сократилось в мгновение ока.
Знакомый мужской аромат окутал её, его лицо оказалось совсем рядом.
У него были веки с тонкой складкой, а уголки глаз слегка приподняты, что придавало взгляду врождённую остроту. Когда он смотрел на кого-то, казалось, будто он изучает собеседника — свысока, равнодушно и холодно.
Сейчас же он наклонился, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и ощущение дистанции немного сгладилось.
Вэнь Ифань снова прислонилась к стенке лифта, не отводя взгляда. В голове у неё всё перемешалось, мысли ворочались с трудом. Она лишь чувствовала, что его предложение вряд ли сулит что-то хорошее, и безучастно ответила:
— Пока у меня нет таких планов.
Сан Янь выпрямился, и хотя тень улыбки ещё играла на его губах, трудно было понять, поверил он ей или нет.
Немного подумав, Вэнь Ифань, словно не в силах сдержаться, добавила официальным тоном:
— Когда появятся, я тебе сообщу.
— …
Сказав это, Вэнь Ифань, не дожидаясь его реакции, решительно направилась к выходу. Ей казалось, что идёт она твёрдо, но ноги были словно налиты свинцом, каждый шаг давался с трудом, и возникало чувство, будто она ступает по вате.
Сан Янь, наконец, заметил, что с ней что-то не так:
— Сколько ты сегодня выпила?
Вэнь Ифань остановилась:
— Один бокал.
— Бокал чего?
Вэнь Ифань покачала головой:
— Не знаю.
Сан Янь нахмурился, его тон стал резким:
— Не знала и всё равно пила?
— Сяо Тянь мне дала.
Она отвечала как робот: вопрос — ответ. Внешне она почти не отличалась от обычной себя. Если бы не последняя фраза, Сан Янь никогда бы не догадался, что она пьяна.
Боясь, что она упадёт, Сан Янь шагнул вперёд, намереваясь поддержать её:
— Стой ровно.
Заметив его движение, Вэнь Ифань инстинктивно отступила и снова прижала ладонь к капюшону толстовки:
— Сан Янь.
— ?
Глядя ему в глаза, Вэнь Ифань сжала губы в прямую линию и внезапно произнесла очень искренне, словно пытаясь найти с ним общий язык:
— Мне кажется, в последнее время я к тебе довольно хорошо отношусь.
Сан Янь замер.
Она продолжила:
— Я тебе ни в чём не перечила и во всём слушалась.
Сан Янь убрал руку и сухо спросил:
— К чему ты клонишь?
— Поэтому я хочу с тобой… договориться, — Вэнь Ифань снова почувствовала тошноту и подошла к нему поближе; почувствовав его запах, она ощутила лёгкое облегчение. — Ты не мог бы меня не душить?
— ? — переспросил Сан Янь.
— Я хочу, — она чеканила каждое слово, — нормально дышать.
Только после этих слов Сан Янь обратил внимание на то, как она вцепилась в свой капюшон. Это напомнило ему, как он обошёлся с Му Чэнъюнем. Его губы дрогнули, он промолчал и просто взял её за руку выше локтя.
Вэнь Ифань всё ещё стояла в напряжённой позе, её язык тела выдавал настороженность.
— Ладно, — фыркнул Сан Янь, но его движения стали мягче. — Не трогаю я твой капюшон.
Услышав это, Вэнь Ифань с недоверием посмотрела на него и постепенно опустила руку.
Сан Янь придерживал её, пока они шли к дверям квартиры. Глядя на её профиль, он опустил глаза к её руке, которая казалась совсем расслабленной, и едва слышно пробормотал:
— У тебя не тот случай.
—
Войдя в дом, Вэнь Ифань переобулась в домашние тапочки и по привычке направилась к своей комнате. Но не успела она сделать и пары шагов, как Сан Янь перехватил её и усадил на диван:
— Сиди.
Вэнь Ифань послушно притихла, наблюдая, как Сан Янь поставил чайник. После этого он ушёл на кухню.
Вскоре он обернулся и добавил:
— Воду не трогай.
Вэнь Ифань не понимала, что он задумал, поэтому просто кивнула. В желудке было неспокойно, а веки невольно смыкались. Ей хотелось выпить чего-нибудь горячего и пойти спать.
Прошло немного времени.
Заметив, что чайник закипел, Вэнь Ифань с облегчением потянулась к нему, чтобы налить себе горячей воды.
В следующий миг раздался голос Сан Яня:
— Что ты делаешь?
— … — Вэнь Ифань тут же отдёрнула руку.
Ей стало неловко, словно она тронула чужую вещь без спроса.
Сан Янь подошёл и сел рядом. В руке он держал банку мёда. Положив несколько ложек в чашку, он плеснул немного холодной воды, а затем добавил кипятка.
Он всё ещё не снял пиджак. Широкие плечи, длинные ноги… Официальный стиль придавал его облику серьёзности, скрывая привычную бесшабашность.
Вэнь Ифань снова обратила внимание на его одежду:
— Почему ты сегодня так одет?
Сан Янь не ответил, поставив перед ней чашку:
— Пей.
Вэнь Ифань взяла чашку, сделала несколько неторопливых глотков и продолжила расспросы:
— Ты нашёл работу?
Он остался на редкость холодным и промолчал.
Но Вэнь Ифань после выпитого стала куда разговорчивее обычного:
— Когда ты её нашёл?
Хотя, по сути, она лишь засыпала его вопросами.
Кажется, её не особо волновало, ответит он или нет. Она продолжала рассуждать вслух:
— На этой работе тоже нужно носить строгий костюм?
Сан Янь усмехнулся:
— А у тебя много вопросов.
Вэнь Ифань моргнула.
— Но сейчас, — сказал Сан Янь, поднимаясь, когда увидел, что она выпила почти половину, — у меня нет желания разговаривать с пьяницей.
Почувствовав себя несправедливо обвинённой, Вэнь Ифань тут же возразила:
— Я выпила всего один бокал.
Сан Янь не обратил на неё внимания и снова ушёл на кухню.
Вдогонку ему Вэнь Ифань добавила:
— Вот ты на выпускном выпил больше десяти бутылок, вот это я понимаю — пьяница.
Он мгновенно замер и обернулся:
— Ты откуда это знаешь?
Вэнь Ифань честно призналась:
— Му Чэнъюнь рассказал.
— Зачем ты столько выпил?
После долгого молчания Сан Янь отвёл взгляд:
— Это было сто лет назад.
— Я уже и забыл.
— Оу. — Выпив полчашки медовой воды, Вэнь Ифань почувствовала, что сознание немного прояснилось, а неприятные ощущения в желудке отступили. — Тогда в будущем пей поменьше.
Сан Янь ничего не ответил и скрылся на кухне.
Спустя короткое время.
Сан Янь вынес миску каши и поставил перед Вэнь Ифань. Он повалился на диван и с ленивым видом, словно наконец-то переделал все дела, произнёс:
— Доешь и иди спать.
В этот момент Вэнь Ифань по-настоящему ощутила все прелести жизни с соседом. Она подумала, что Сан Янь всё-таки хороший человек, и если ему когда-нибудь станет нехорошо, она обязательно отплатит ему тем же и позаботится о нём.
Сан Янь прилёг и какое-то время листал что-то в телефоне.
Вэнь Ифань медленно ела кашу. Как раз в тот момент, когда она собиралась поблагодарить его, у Сан Яня зазвонил телефон.
Сан Янь сразу ответил:
— Говори.
Он, кажется, всегда был таким: когда звонили знакомые, он обходился без лишних приветствий. Словно у него совершенно не было терпения, и первым же делом он давал понять собеседнику, чтобы тот переходил сразу к сути.
Слова благодарности застряли у Вэнь Ифань в горле.
Собеседник что-то сказал, и Сан Янь спросил:
— У кого день рождения?
— О, мог бы и не утруждать себя звонком, чтобы напомнить мне об этом, — протянул Сан Янь небрежным тоном, демонстрируя полное безразличие. — Так и передай Дуань Цзясюю: в его-то возрасте нечего на весь мир о дне рождения объявлять.
— Если уж так приспичило праздновать, пусть делает это по-тихому, в узком кругу. — Помолчав пару секунд, Сан Янь усмехнулся: — Что значит «я тоже старый»? Передай этому восьмидесятнику, чтобы даже не думал примазываться ко мне, девятидесятнику.
— Всё, давай, иди учись, — бросил Сан Янь. — В следующем месяце уже Гаокао, а ты всякой ерундой занимаешься.
— Отключаюсь.
Телефон замолк, и в комнате снова воцарилась тишина.
У Вэнь Ифань мозг работал всё ещё медленно, но она вспомнила одну деталь:
— Разве твой день рождения не в январе девяностого?
Сан Янь скользнул по ней взглядом:
— И что?
— Кажется, на следующий день после Нового года, — сказала Вэнь Ифань. — Значит, разница с восемьдесят девятым всего два дня.
Сан Янь вертел в руках телефон и, словно не заметив скрытого подтекста в её словах, ответил в своей обычной небрежной манере:
— А ты, я смотрю, хорошо помнишь такие подробности обо мне.
Вэнь Ифань на мгновение замерла и тихо произнесла:
— Просто эту дату легко запомнить.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
