— Ещё один?
— Нет, Владыка. Нет.
Тьма сгустилась, а затем отступила, когда Шао Кан пошевелился на своём троне.
— Эти смертные утомляют меня своим высокомерием и ничтожными просьбами.
— Я нисколько не виню вас, сир, — сказал Рутэй. — Это не очередной колдун или ведьма, сир.
— Тогда в чем дело?
Дородный, с кожей цвета пергамента Рутэй откинул подол своего красного халата и, низко кланяясь, почти касаясь лбом пальцев ног, приблизился к почти неразличимому силуэту Шао Кана.
— Владыка Шао, — произнес маленький демон — как всегда, обладая лишь крупицей той власти, которой желал или в которой нуждался, — я получил послание от… от вашего слуги в Материнском царстве.
Рутэй тяжело вздохнул, и этот вздох прозвучал и ощутился как порыв из печей, полыхающих в ямах дворца Внешнего мира.
— Что говорит этот жалкий смертный?
— Владыка Повелитель, Шанг Цзун говорит, что очень скоро вы получите последнюю недостающую душу, и сможете совершить переход.
— Я устал от его обещаний.
— Он… он говорит, что уверен в этом.
— В прошлый раз он тоже был уверен.
— Сир, он… признаёт, что отвлёкся. Он искал амулет Рэйдена, чтобы с-служить вам, Ваше Величество.
— Слепец Рутэй, — сказал Шао Кан. — Он искал амулет, чтобы противостоять мне, бес!
— Нет! — воскликнул Рутэй. — Шанг Цзун… не посмел бы противостоять вам, Великий! Он знает: попытайся он, и его ждёт неудача.
— Вот почему он потерпел неудачу, малыш. Меня невозможно остановить. Ни ему… ни Рэйдену.
— Д-да, Высочайший, — подобострастно произнес Рутэй. — Я передам это его ничтожному коварству.
— Так и сделай, — прогрохотал Шао Кан. — И скажи ему ещё кое-что, искорка.
— Всё что угодно, Сиятельство.
— Передай Шанг Цзуну: если он снова подведёт меня, если не сможет добыть для меня душу в следующей Смертельной Битве, я найду способ вступить в состязание и сам заберу нужную мне душу — возможно, его собственную, маленький регент. А если ты промедлишь ещё мгновение, то, возможно, и то, что осталось от твоей.
Рутэй попятился от трона, всё ещё кланяясь.
— Весьма… разумный и здравый план, Ваше Божество, — сказал он. — Хотя должен признаться, Могущественный Правитель Внешнего мира, я бы с нетерпением ждал такого состязания.
Свирепые зубы Шао Кана обнажились, когда его рот растянулся в улыбке.
— Рутэй, — произнёс он, — я… тоже жду такой Смертельной Битвы.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
