Эти правила Жуань Сысянь знала уже назубок, но другие командиры и вторые пилоты проходили переподготовку, поэтому нервничали больше, чем такая новичок, как Жуань Сысянь; каждый по очереди подходил и закреплял навыки по несколько раз.
Когда со всем этим было покончено, наступил полдень. Пообедав в аэропорту, они продолжали дела до самого вечера. Когда все приготовления завершились, группу распустили.
Лишь вернувшись в Шихан, Жуань Сысянь пришла в себя от возбуждения.
Хотя только что она выглядела спокойной, вела себя сдержанно и говорила рассудительно, во всей красе демонстрируя качества лучшей курсантки, за которую готовы бороться все авиакомпании, одному небу известно, как она ликовала в душе.
Завтра, именно завтра, она перестанет быть курсанткой, официально поднимется на борт самолёта и начнёт трёх с половиной месячную стажировку в качестве наблюдателя.
Разумеется, этот срок стажировки лётный отдел Шихан решил сократить, учитывая её послужной список и нехватку пилотов.
Всего три с половиной месяца — и она сможет занять правое кресло в кабине, став вторым пилотом.
Если она проявит себя достаточно хорошо, то, возможно, всего через два года она сможет стать командиром.
— Конечно, именно такие условия Шихан обговорил с ней изначально.
То ли из-за того, что сегодня был слишком сильный ветер, поднимавший пыль с земли, но Жуань Сысянь вдруг захотелось плакать.
Если бы сейчас рядом были друзья, то она бы точно вцепилась в кого-нибудь и прокрутилась десять раз на все триста шестьдесят градусов, чтобы выплеснуть эмоции.
Она была так счастлива, что когда Янь Ань прислал сообщение в WeChat с предложением вместе поужинать вечером, она, не раздумывая, согласилась.
Однако спустя несколько секунд до неё дошло.
О чём они только что говорили?
Янь Ань спросил, как решилось дело с той вчерашней машиной, Жуань Сысянь ответила, что всё уладилось благополучно, и заодно поблагодарила Янь Аня за помощь.
Янь Ань сказал, что это был пустяк, но потом «между прочим» поинтересовался, нет ли у неё времени поужинать вечером.
Как ни посмотри, это было явное приглашение на свидание.
В тот момент, когда она это осознала, Жуань Сысянь немного пожалела о своём согласии: к Янь Ань у неё, кажется, не было абсолютно никаких чувств.
Но, с другой стороны, оба свободны, он человек достойный, и характерами они сходятся — почему бы не попробовать пообщаться?
Поэтому Жуань Сысянь послушно отправилась к главным воротам Шихан ждать, когда Янь Ань её заберёт.
Через несколько минут Янь Ань, выехав из представительства Бэйхана в аэропорту, вальяжно припарковал машину у входа в Шихан, самолично вышел, открыл перед Жуань Сысянь пассажирскую дверь и пригласил её сесть внутрь.
Автомобиль, в котором ехали Фу Минъюй и Чжу Дун, медленно выезжал с парковки, и они как раз застали эту идиллическую картину.
— О? Это что, Янь Ань? — Чжу Дун опустил стекло и высунул голову. — Каким это смерчем его сюда занесло?
Сказав это, он осёкся: — А, красотка. Ну, тогда понятно.
Чжу Дун обернулся к Фу Минъюю и заметил, что тот пристально смотрит на машину Янь Аня; Фу Минъюй отвёл взгляд лишь тогда, когда тот автомобиль уехал далеко.
Хоть тот и молчал, Чжу Дун почувствовал, что атмосфера стала тяжёлой.
Когда в прошлый раз они провели весь день в поместье, Чжу Дун запомнил слова Янь Аня о том, что тот собирается приударить за одной лётчицей из Шихан. Поначалу он подумал, что тот шутит, но, увидев сейчас спину садившейся в машину женщины, можно было догадаться, что это была она.
Тогда состояние Фу Минъюя вполне объяснимо.
Хоть это и не прописано в правилах, но что это за дела, когда пилот ключевых маршрутов Шихан встречается с молодым боссом Бэйхана?
Будь Чжу Дун на его месте, он бы тоже был недоволен.
Но он не мог судить, ведь он занимался туризмом, сегодня приехал обсудить проект с Фу Минъюем, а через пару дней ему предстояло ехать в Бэйхан договариваться о сотрудничестве. Портить отношения ни с кем не хотелось, поэтому он непринуждённо сменил тему.
— Ты слышал, что Цинь Цзяму женится? Приглашение тебе наверняка уже прислали. — С этими словами он дважды хмыкнул. — Этот Цинь-гунцзы тот ещё хитрец: знает, чего его старик терпеть не может, и надо же было так его прижать.
Фу Минъюй ничего не ответил, и Чжу Дун продолжил ворчать: — Сам с малых лет ни на что не годен, только возраст прибавляется, а всё хочет с сестрой кусок пирога делить. Хоть бы посмотрел, хватит ли у него на это таланта.
— Но я, честно, не ожидал, что он выкинет такой фокус — во всеуслышание объявить о женитьбе на женщине, чей отец сидел в тюрьме, а мать до сих пор чья-то любовница.
— Если он так доведёт своего старика, который дорожит лицом пуще жизни, тот, глядишь, и правда подкинет ему жирный кусок, лишь бы он угомонился.
— Только вот женщину ту жалко: она сейчас, небось, глаза проглядела, думая, будто Цинь Цзяму ради неё пошёл против семьи.
— А сама и не сообразит, что за фрукт этот Цинь Цзяму. Если председатель Цинь упрётся и не уступит, Цинь Цзяму как миленький будет во всём его слушаться. Разве у него есть средства, чтобы идти на конфликт с председателем Цинем?
— Додуматься использовать женщину — на такие методы не каждый решится.
Чжу Дун считал каждое своё слово жемчужиной; если эта сплетня и не вызовет у Фу Минъюя желания поболтать, то уж точно заставит его вставить пару едких слов о подлых приёмах Цинь Цзяму, и тема с Янь Анем будет закрыта. Кто же знал, что даже спустя несколько минут Фу Минъюй так и не ответит.
Чжу Дун глянул в сторону: — Я с тобой разговариваю, о чём ты там думаешь?
Фу Минъюй покачал головой, прогоняя нахлынувшие мысли.
Он машинально достал бутылку минеральной воды и уже собирался открутить крышку, как вдруг что-то вспомнил.
Откинув голову на спинку кресла и потирая переносицу, он спросил: — Думаю о том, что значит, когда женщина ни с того ни с сего проявляет ко мне враждебность.
— Что это за вопрос, ни к селу ни к городу?
Чжу Дун придвинулся ближе: — Ты её обидел?
Фу Минъюй приоткрыл глаза: — Если бы я её обидел, разве бы я не знал причины?
— О-о… — Чжу Дун потёр нос. — И в чём проявляется враждебность?
В чём проявляется?
Фу Минъюй подумал, что это вроде как и не столь важно, ведь о её тайных замыслах он лишь догадывался, а сама Жуань Сысянь всего лишь пару раз дерзнула ему в глаза.
— Да так, просто дерзит.
Услышав это, Чжу Дун, кажется, всё понял. Почти не раздумывая, он рассмеялся: — Некоторые девушки такие колючие. Если она не лезет к тебе в драку, то какая ещё может быть причина? Понравился ты ей, вот и привлекает внимание.
Фу Минъюй мельком глянул на него, затем опустил глаза в раздумье. Спустя пару секунд он едва заметно покачал головой: — Она на это не пойдёт.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
