Юнь Ли:
— Цици только что сказала мне, что она и Ся Ся уже ушли. Я возьму еду с собой и поем дома.
Фу Шицзэ посмотрел на неё и сказал:
— Я хочу немного поесть.
После того как они снова сели, Юнь Ли поняла, что у слов Фу Шицзэ не было иного подтекста. Он положил немного рисовой лапши в свою чашу, разломил пару новых палочек и смешал лапшу с закусками, которые она купила заодно.
Фу Шицзэ казался наполовину трезвым, наполовину хмельным; движения его были ровными, но взгляд — странным, неподвижным, словно стоячая вода.
Или же его можно было истолковать как нежный, подобно водам весенней реки.
Юнь Ли не могла есть под таким взглядом, поэтому ей пришлось придвинуть стул ближе к нему, чтобы им не нужно было сидеть лицом к лицу.
Он снова разломил новые палочки.
Юнь Ли осознала, что эта странность не была плодом её воображения.
— Э-э, кажется, ты немного перебрал, не хочешь пойти домой отдохнуть пораньше?
Фу Шицзэ уставился на лапшу:
— …Ещё немного побуду на улице.
Юнь Ли:
— ?
Фу Шицзэ:
— Трудно уснуть.
Сказав это, он замолчал до самого конца ужина, тихо поедая лапшу. Юнь Ли сидела рядом и изо всех сил пыталась поддерживать беседу, произнося фразу за фразой, но Фу Шицзэ никак не реагировал.
Когда Сюй Цинсун приехал за ними, они уже закончили есть. Семья прислала машину, и он велел водителю отвезти Юнь Ли и Фу Чжэнчу обратно.
Фу Шицзэ сел в машину сам. Сюй Цинсун устроился рядом и протянул ему влажную салфетку.
— Ты ещё не спишь?
— Угу.
— Куда едем? В Бэйшань Фэнлинь?
— Нет, в Цзяннань Юань.
Сюй Цинсун на мгновение замолчал, а затем поддразнил:
— Как это ты позволил девчушке заботиться о таком старом пьянице?
Фу Шицзэ потёр лоб:
— Вот как?
Голова раскалывалась. Он опустил стекло, в салон ворвался холодный ветер, а гул мотора помог ему наполовину протрезветь.
Он вдруг вспомнил фразу, которую Юнь Ли сказала перед расставанием:
«Если у тебя что-то случится, и ты захочешь, чтобы кто-то выслушал, но при этом никто не узнал…»
«…ты можешь прошептать это в моё левое ухо».
—
Вернувшись домой, Фу Шицзэ в темноте включил свет. В огромном доме царила тишина. Там стояла лишь самая необходимая мебель, и совсем не было заметно следов чьей-либо жизни. Он достал из холодильника бутылку ледяной воды и прижал её ко лбу, пытаясь немного расслабить напряжённые нервы.
Бросив взгляд на телефон, он увидел один или два пропущенных звонка от родителей. Фу Шицзэ проигнорировал их, отложил аппарат в сторону и сполоснул лицо холодной водой, прогоняя остатки хмеля, накопившегося за вечер.
Достав из сумки коробку в чёрной упаковке, он вскрыл её, вынул дрон и положил его на кофейный столик.
Прошло много времени.
В пустой комнате прозвучал его тихий голос:
— С днём рождения.
На следующий день, в понедельник, Юнь Ли пришла в EAW рано утром.
В компании почти никого не было. Отметившись, Юнь Ли просмотрела историю чатов, и убедившись, что никаких дел нет, взяла купленные по дороге хлеб и молоко и отправилась завтракать в комнату отдыха.
Там никого не было. На длинном столе лежала стопка разбросанных листовок. Она наугад взяла одну: там говорилось о сегодняшнем праздновании Хэллоуина в технопарке EAW, где будет организована ярмарка на площади.
Юнь Ли без особого интереса положила её обратно и устроилась в кресле-мешке.
Полистав немного телефон, она невольно вспомнила свой вчерашний сон. Кадры прокручивались в голове в замедленной съёмке, от многих сцен сердце начинало биться быстрее, но в конце всё замерло на моменте в лавке десертов, где он сидел, не проронив ни слова.
Словно поникшая, хрупкая фарфоровая кукла.
Вскоре дверь в комнату отдыха открылась. Юнь Ли подняла глаза и увидела входящего Фу Шицзэ со стаканом в руке. Он переоделся и уже не выглядел пьяным: взгляд был ясным, пронзительным и холодным.
Юнь Ли не ожидала, что он придёт так рано:
— Доброе утро.
Фу Шицзэ вежливо кивнул и повернулся к кофемашине.
«?»
Хотя Юнь Ли не слишком рассчитывала на ответ от Фу Шицзэ, то, что они вели себя словно чужие люди, не входило в её ожидания.
Фу Шицзэ достал из верхнего шкафчика упаковку кофейных зёрен, взвесил её в руке и слегка нахмурился.
Открыв пакет, он увидел, что внутри действительно осталось всего несколько зёрен. Высыпав остатки в кофемолку, он скатал пустую упаковку в комочек и выбросил в мусорную корзину.
Юнь Ли, наблюдая за ним, тихо спросила:
— Что случилось?
Фу Шицзэ:
— Кофе в зёрнах закончился.
Юнь Ли подошла поближе, чтобы заглянуть внутрь. Зёрен и правда было мало:
— А на одну порцию хватит?
— Как раз на одну чашку.
Заметив, что Юнь Ли всё ещё стоит рядом, Фу Шицзэ посмотрел на неё:
— Хочешь?
Получилось так, будто она — какая-то разбойница, которая пришла отобрать последнюю чашку, завидев пустеющий пакет.
Юнь Ли покачала головой:
— Нет.
Вспомнив, что на листовке была упомянута известная кофейня на ярмарке, Юнь Ли протянула ему листок:
— Сегодня вечером в Хайтянь Шанду пройдёт праздник Хэллоуина, там будет много лавок. В одной из них продают кофе в зёрнах.
Юнь Ли:
— …
Юнь Ли стала чуть прямолинейнее:
— Я тоже хочу купить немного зёрен, но не очень хорошо умею их выбирать. Ты не мог бы пойти со мной?
Фу Шицзэ, не отрывая взгляда от стекающего кофе, спросил:
— Во сколько сегодня?
Юнь Ли на мгновение замерла:
— В восемь.
Она не могла сдержать улыбку и, боясь, что Фу Шицзэ это заметит, поспешно сказала:
— Я пойду работать.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
