В ночном «Цинши» Цзинь Цзыян и остальные праздновали день рождения Пэй Чуаня.
Все знали, что Пэй Чуань не курил с той самой рождественской ночи, поэтому каждый дымил сам по себе. Цзи Вэй держал в руках книгу, он тоже не пил и не курил.
Цзинь Цзыян побоялся, что будет недостаточно весело, и позвал много народу. Пэй Чуань, едва взглянув на них, нахмурился.
Пришли даже младшие ученицы из первого класса старшей школы.
— Чуань-гэ, это же день рождения, чем больше людей, тем веселее, — сказал Цзинь Цзыян. — Всё равно будем только в карты играть да в игры всякие.
У Цзинь Цзыяна и вправду не было никаких задних мыслей, чего нельзя было сказать о некоторых младших ученицах. Среди парней самым красивым был Пэй Чуань. С резкими, холодными чертами лица, он выглядел очень круто, когда молчал.
Все знали, что Цзинь Цзыян меняет девушек чаще, чем одежду. Чжэн Хан, казалось, уже кому-то отдал своё сердце, а про Цзи Вэя и говорить нечего. Хоть он и был богат, его единственной «девушкой», которой он никогда не изменял, была учёба.
Оставался только Пэй Чуань. И хотя никто не знал о его семейном достатке, все видели, что он водит роскошные машины. К тому же раньше слышали только о Вэй Вань, но и она уже покинула их компанию.
Пэй Чуань был свободен.
Сегодня ему исполнилось восемнадцать, черта, разделяющая юношу и мужчину. Девушки украдкой поглядывали на него, и их сердца трепетали.
Зазвонил телефон. Это был Пэй Хаобинь.
Ранее Пэй Хаобинь узнал номер Пэй Чуаня у его классного руководителя.
На том конце провода Пэй Хаобинь заговорил с некоторым смущением:
— Сегодня твой день рождения, приходи домой поужинать. Твоя тётя Цао уже всё приготовила.
— Офицер Пэй, лучше ешьте всей семьёй, — усмехнулся Пэй Чуань.
Надо же, ты вспомнил, что у тебя есть взрослый сын. Впрочем, ты не был нужен ему, когда он был ребёнком, а теперь, когда он вырос, и подавно.
Пэй Чуань повесил трубку и заодно занёс этот номер в чёрный список.
Заметив, что он не в духе, кто-то набрался смелости, подошёл и с улыбкой сказал:
— Чуань-гэ, сегодня твой день рождения, позволь мне выпить за тебя. С днём рождения!
— Я больше не пью, — отрезал Пэй Чуань.
Лицо Цзинь Цзыяна вытянулось от удивления:
— Да ладно, Чуань-гэ, ты серьёзно? Ни сигарет, ни алкоголя… ты что, в небожители подался?
Пэй Чуань о чём-то задумался, и его суровый взгляд немного смягчился. Он кивнул:
— Поэтому развлекайтесь, а я до десяти уйду домой.
Все лишь озадаченно охнули.
Когда в девять пятьдесят Пэй Чуань действительно поднялся, чтобы уйти, на лицах присутствующих отразилось неописуемое выражение.
Чжэн Хан проводил его вниз и, взглянув на лицо друга, спросил:
— Чуань-гэ, у тебя появилась девушка? — Все молчали об этом, но про себя думали именно так.
Сверху доносились звуки песен и шум веселья. Ночной вид города С был прекрасен, не кричащий роскошью, а каким-то тихим, умиротворённым очарованием.
— Нет, — сжав губы, ответил Пэй Чуань.
Чжэн Хан заметил, что даже когда он говорил «нет», его взгляд оставался очень нежным.
Пэй Чуань уехал на своей машине, его роскошное авто сильно бросалось в глаза.
Когда машина скрылась из виду, Чжэн Хан с некоторым опозданием подумал: «Если девушки нет, то ради кого ты так меняешь свою жизнь? Пытаешься обуздать самого себя?»
Машина Пэй Чуаня стоила пять миллионов.
Маленькую квартиру, оформленную на чужое имя, тоже можно было продать. На его банковской карте лежала… весьма внушительная сумма.
В конце мая Пэй Чуань продал машину, предварительно вернув ей заводской вид.
В две тысячи восьмом году для обычной семьи это были огромные деньги.
Однако Пэй Чуань считал, что этого недостаточно. Он нахмурился, глядя на длинную череду нулей на другой банковской карте. Денег там было много, но трогать их было нельзя.
На протяжении года Пэй Чуань работал по три часа каждую ночь с одиннадцати вечера до двух часов ночи.
Он открыл ноутбук, на несколько секунд задержал взгляд на одной программе и нажал «удалить».
Это было программное обеспечение для кражи паролей, готовое наполовину. Если бы оно было завершено, то в сочетании с хакерскими методами оно позволило бы воровать деньги из любых финансовых учреждений.
Также там была программа для взлома систем безопасности, над которой он трудился полгода. Положив палец на мышку, он нажал на кнопку.
Удалить полностью.
Последний раздел был одним из источников той самой огромной суммы.
Пэй Чуань опустил глаза, не желая думать о том, для чего «это» предназначалось, и выбрал безвозвратное удаление.
В самом начале июня Пэй Чуаню позвонил какой-то мужчина.
— Сатана, крайний срок в августе. У тебя уже есть идеи?
Пэй Чуань на мгновение замолчал, а затем ответил:
— Я больше этим не занимаюсь. Поищите кого-нибудь поумнее1.
Собеседник разволновался:
— Ты что, шутишь?! Прошло полгода, и это твой ответ?!
Если бы они могли найти в две тысячи восьмом году кого-то ещё, способного писать такие программы, то разве стали бы они почитать этого гениального юношу как божество? Они выполняли его требования, позволяя ему вести обычную жизнь в старшей школе.
— На этом всё, — спокойно отрезал Пэй Чуань.
Пэй Чуань посмотрел на комнату, заставленную книгами по программированию, и запер дверь.
Эти грязные деньги он при необходимости передаст государству.
В нём не внезапно проснулась совесть, и он не собирался становиться добрым. Он по-прежнему не слишком любил этот мир. Мир, который дал ему родиться целым, но затем лишил ног и всего остального.
Просто он чувствовал, раз уж он поцеловал её, то сам должен быть чище.
Он не знал, сколько лет сможет пробыть рядом с ней, но хотел вместе поступить в университет, видеть, как она взрослеет и становится взрослой.
Скоро начнётся третий класс старшей школы. Интересно, какой университет она выберет, в какой уголок страны отправится? Поедет ли смотреть на снега севера или на тихие воды юга?
Он усмехнулся. Малышка не захотела быть с ним.
Всё ещё сердится.
Бэй Яо злилась, злилась настолько, что даже летом всё ещё не вернула ему зимний шарф.
Этим летом на каникулах будут дополнительные занятия. Скоро третий класс старшей школы, и в классах каждого потока уже вовсю развешивали транспаранты:
«Прибавишь один балл — уделаешь тысячу человек».
«Без гаокао сможешь ли ты тягаться с богачами во втором поколении?»
«Сдай экзамены лучше высоких, богатых красавцев, победи чиновников во втором поколении!»
«Зачем долго спать при жизни, после смерти и так будешь почивать вечно».
«Есть путь вперёд, нет пути назад; оставить путь для отступления — значит выбрать дорогу к гибели!»
……
Даже некоторые предприятия по производству пищевых добавок, воспользовавшись шумихой вокруг гаокао, начали рекламировать какие-то добавки для укрепления мозга.
По мере того как шаги гаокао приближались, все наконец почувствовали некоторую напряжённость.
Все были настроены с юмором и с улыбкой говорили:
— Скоро гаокао, может, бахнуть бутылочку «Подъёма умственных сил»? Гарантированно прибавишь сто баллов и уделаешь чёртову уйму народу.
Однако по сравнению с гаокао, до которого оставался ещё год, более удивительным событием было предстоящее проведение Олимпийских игр.
8 августа 2008 года, в исключительно благоприятное время, спортсмены со всего мира соберутся на родине, чтобы принять участие в грандиозном спортивном празднике.
Это был символ растущей мощи и процветания родины, а также означало, что это мирный мир.
Даже такая не интересующаяся политикой личность, как Чэнь Фэйфэй, сказала:
— На летних каникулах так хочется поехать в город B и посмотреть Олимпиаду вживую, тогда и умереть без сожалений можно. Яо-Яо, ты хочешь поехать?
— Хочу, — честно ответила Бэй Яо. — Наверняка это будет потрясающе, но, скорее всего, придётся смотреть только по телевизору.
Она посмотрит их по телевизору вместе с Чжао Чжилань и остальными.
Чтобы увидеть Олимпиаду вживую, нужны билеты, которые не факт что купишь даже за деньги. К тому же билеты очень дорогие, и цены в городе B высокие. Это совсем не то, что могут позволить себе такие обыватели, как они, поэтому никто не воспринял эти слова всерьёз.
Просто пустые мечты, у кого сейчас хватит способностей раздобыть билеты на трибуны?
В июле, перед школьными каникулами, Бэй Яо увидела Пэй Чуаня, который обошёл её в рейтинге более чем на двадцать позиций. Он прочно занимал первое место, и на этот раз никто не говорил, что он жульничал.
Оставалось только восхищаться.
Она надула щёки, думая про себя, что когда она приложит ещё немного усилий, то обязательно превзойдёт этого несносного большого негодяя.
Однако реальность была такова, что она не могла обойти даже Минь-Минь, которая занимала место во втором десятке в рейтинге по всему городу.
Бэй Яо пала духом.
В день, когда начались каникулы, Чжао Чжилань, как обычно, пошла встречать Сяо Бэйцзюня из подготовительной группы. Бэй Яо возвращалась домой одна. Летний солнечный свет превращался в ослепительные силуэты, и Бэй Яо увидела под деревом юношу.
Обида, копившаяся почти два месяца, заставляла её желать как следует побить его, однако, когда он тихо позвал «Яо-Яо», она всё равно подошла.
— Возьми это, — сказал он.
Они не виделись почти два месяца, и он выглядел повзрослевшим. Он вложил ей в руку какую-то пачку. Бэй Яо опустила взгляд. Это были билеты на Олимпийские игры 2008 года.
Наполовину великолепного красно-жёлтого цвета, наполовину белые, на плотной бумаге, изящные и красивые.
В самом нижнем правом углу был милый мультяшный бычок.
Она ошеломлённо посмотрела на четыре билета, а затем подняла глаза на него.
Юноша улыбнулся:
— Поезжай, развлекайся, ладно?
Бэй Яо посмотрела на билеты и тихо сказала:
— Здесь четыре штуки.
— Да, ты, тётя Чжао, дядя Бэй и Бэй Цзюнь, вы все можете поехать.
— А ты?
Она подняла на него взгляд, её большие глаза повлажнели. Она снова выглядела так, будто вот-вот расплачется от горечи.
Он с улыбкой сказал:
— Я буду ждать тебя здесь.
Дождусь, когда ты увидишь великолепие мира, увидишь борьбу здоровых людей в спорте и силу жизни, а затем решишь, стоит ли возвращаться.
Август.
Самый прекрасный август.
Это твой семнадцатый день рождения.
- Поищите кого-нибудь поумнее (另请高明, lìng qǐng gāo míng) — букв. нанять кого-то другого, кто более искусен или мудр. Вежливая или резкая форма отказа от работы в пользу более квалифицированного специалиста. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
