Только что закончились первомайские праздники, и как раз наступило начало лета. В этом году лето в городе B выдалось дождливым, и с самого утра без остановки шёл непрерывный мелкий дождь.
Бэй Яо открыла глаза. Место рядом с ней на кровати пустовало, но, коснувшись его рукой, она почувствовала остаточное тепло мужчины. Пэй Чуань, должно быть, только что встал. Сегодня Бэй Яо пора было возвращаться в университет на занятия.
Она оделась и вышла. Из кухни доносились звуки. Пэй Чуань готовил еду.
Её глаза, в которых чёрное и белое были чётко разделены, остановились на мужчине.
В утреннем свете он, широкоплечий, стоял и готовил завтрак.
Пэй Чуань, услышав звук, обернулся. Бэй Яо сказала:
— Давай я приготовлю.
Пэй Чуань покачал головой:
— Иди помой руки. Тебе нужно поесть, а потом идти в университет.
Она улыбнулась, поджав губы:
— Пэй Чуань, ты будто возишься с ребёнком.
Выражение его лица оставалось бесстрастным, но он едва заметно замер.
Сказав это, Бэй Яо ушла в ванную помыть руки. Она заметила капли воды на стиральной машине. Стирка уже была закончена. Бэй Яо подумала, что могла бы помочь развесить одежду. Она открыла машину и увидела вчерашние пижамные штаны мужчины. В её сердце закралось сомнение: неужели Пэй Чуань встал ни свет ни заря только ради того, чтобы постирать одни брюки?
Бэй Яо оторопела, а когда осознала причину, лицо её густо покраснело. Она слышала, что у мужчин по утрам бывают физиологические потребности.
Развешивать их сейчас или нет?
Подумав, Бэй Яо взяла штаны и направилась к балкону.
На ней всё ещё были тапочки-зайчики, купленные Пэй Чуанем. Такая хрупкая и маленькая, она взяла шест для одежды и принялась развешивать бельё. Пэй Чуань вышел с подогретым для неё молоком и, когда он увидел, что она развешивает его брюки, лицо его медленно застыло.
Она обернулась, сдерживая смех, и с самым серьёзным видом пошла завтракать, будто ни о чём не догадалась.
Закончив трапезу, Бэй Яо спросила его:
— Тебе пора на работу?
Пэй Чуань кивнул.
Бэй Яо, прикусив трубочку, невнятно произнесла:
— Тогда я пошла на учёбу.
— Я тебя провожу, — сказал Пэй Чуань.
Она покачала головой:
— Разве НИИ и мой университет не в разных сторонах? Я доберусь сама.
Он опустил взгляд и негромко отозвался.
Бэй Яо, в отличие от него, жила в общежитии. Даже сейчас, учась в медицинском институте, она была очень занята и, возможно… не стала бы возвращаться домой. В конце концов, жить в общежитии было удобнее, а отсюда пришлось бы постоянно ездить туда-сюда. Вероятно, он сможет видеть её лишь раз в неделю.
Его чёрные глаза слегка сузились, пока он смотрел, как она в радостном настроении собирается уходить.
Бэй Яо подошла к двери и увидела, что Пэй Чуань всё ещё наблюдает за ней из-за обеденного стола. Накинув сумку на плечо, она поманила его рукой, одновременно переобуваясь:
— Подойди-ка сюда.
Пэй Чуань встал и подошёл к ней. В утреннем свете начала мая рядом с ней ощущался сладкий аромат. Снаружи шёл затяжной мелкий дождь, воздух был прозрачным.
На одной её ноге был тапочек-зайчик, на другой — её небесно-голубая кеда на шнуровке.
Бэй Яо было трудно стоять на одной ноге, поэтому она опёрлась ладонью о грудь Пэй Чуаня.
Как только она надела второй ботинок, даже не успев завязать шнурки, она внезапно подняла голову, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку:
— Муж, работай хорошенько!
Сказав это, она с красным лицом умчалась прочь, словно одна струйка дыма1.
Пэй Чуань застыл на месте и долгое время спустя осторожно коснулся своего лица. Как она его… назвала?
Он посмотрел в коридор. За открытым окном всё так же моросил мелкий дождь. Бэй Яо уже зашла в лифт, и её силуэт исчез.
Он легонько погладил место поцелуя, где всё ещё витал нежный сладкий запах молока, которое пила девушка. Безмолвная тяжесть в его душе испарилась. Даже если они смогут видеться лишь раз в неделю, это, казалось, больше не приносило разочарования.
- Одна струйка дыма (一溜烟, yī liù yān) — идиома, означающая «умчаться очень быстро». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
