Долгие летние каникулы подошли к концу, и родители Пэй Чуаня наконец достигли компромисса.
Наиболее подходящий возраст для установки протезов — от семи до четырнадцати лет. Слишком юное тело не смогло бы вынести боли от тренировок с протезами, поэтому в итоге они решили отложить это дело до тех пор, пока Пэй Чуаню не исполнится девять лет.
Начало занятий в начальной школе было куда более шумным, чем в подготовительной группе. Ранней осенью девяносто седьмого года дети из подготовительной группы 1 перешли в первый класс первой группы, а дети из второй группы отправились записываться во вторую подготовительную группу.
Бэй Яо с удивлением обнаружила нечто невероятное. В её памяти довольно отчётливо проступили воспоминания о четвёртом классе.
В четвёртом классе произошло два важных события. Первое — на дороге от дома до школы шёл ремонт, и детям из жилого комплекса Бэй Яо каждый день приходилось добираться на учёбу в обход, по узким тропкам.
Вторым событием стало то, что в четвёртом классе дядя, находясь за рулём, сбил человека. Ему пришлось выплатить огромную сумму в качестве компенсации, и мама, обливаясь слезами, тратила все сбережения, чтобы заткнуть эту бездонную дыру.
Бэй Яо была ещё мала и не могла до конца осмыслить происходящее, она лишь понимала, что оба этих события не сулят ничего хорошего.
Однако сейчас внимание маленькой девочки больше занимала новая классная руководительница. В первом классе их классным руководителем стала Хун Гуаньцзин. Это была женщина лет тридцати с дурным характером. Бэй Яо помнила, как однажды она допустила ошибку в домашнем задании, и та ударила её по ладони.
Она подсознательно побаивалась эту недоброжелательную учительницу китайского языка и по совместительству классного руководителя.
Бэй Яо с тревогой спросила:
— Мама, а можно мне пойти учиться в первый класс второй группы?
Чжао Чжилань, неся её на руках, перешагнула через лужу:
— Нет, те, кто был в подготовительной группе 1, могут идти только в первый класс первой группы.
Бэй Яо бессильно прильнула к груди Чжао Чжилань.
Но когда они пришли на регистрацию, она обнаружила, что улыбающаяся учительница вовсе не Хун Гуаньцзин, а довольно худая и на вид интеллигентная женщина. Её звали Цай Цинюй.
Бэй Яо на мгновение опешила, а затем вспомнила одну важную вещь. В этой жизни она пропустила один год детского сада, поэтому всё пошло совсем иначе: изначально ей следовало только сейчас пойти в подготовительную группу, так что и учительница сменилась.
Это означало, что всё грядущее теперь непредсказуемо.
Бэй Яо во все глаза тайком разглядывала незнакомую классную руководительницу. Цай Цинюй с улыбкой регистрировала её, а затем похвалила, обращаясь к Чжао Чжилань:
— Я видела оценки Бэй Яо в подготовительной группе, они очень хорошие.
Чжао Чжилань поспешно ответила:
— Спасибо, учительница, в будущем просим вас позаботиться о ней.
— Не за что.
Цай Цинюй на мгновение задумалась, взглянула на маленькую девочку рядом с матерью и спросила Чжао Чжилань:
— Вы из того же жилого комплекса, что и Пэй Чуань?
— Верно.
— Хорошо, ничего страшного. Записавшиеся дети приходят в школу завтра, мы будем выдавать учебники.
Цай Цинюй заранее знала, что в её класс попадёт горячий батат, она даже беседовала с учительницей Юй Цянь из подготовительной группы.
Цай Цинюй преподавала в начальной школе, и один цикл обучения длился целых шесть лет, что было весьма непросто. Учителя китайского языка и математики были женщинами, и ни одной из них не было удобно помогать подрастающему Пэй Чуаню снимать штаны, чтобы сходить в туалет.
Юй Цянь вздохнула:
— Он очень раним. В подготовительной группе он ни разу не позволил мне помочь ему с туалетом. Если сможете, пожалуйста, приглядывайте за ним получше.
Цай Цинюй была немного удивлена.
Она понимала, что жизненный путь ребёнка с такими увечьями — это кривая линия, поэтому обратила особое внимание на нескольких детей из своего класса, которые жили по соседству с Пэй Чуанем.
Чэнь Ху, Фан Миньцзюнь, Бэй Яо, Ли Да.
В первом классе первой группы было всего шестьдесят два человека, никто не останется без пары, так что на этот раз у Пэй Чуаня будет сосед по парте.
Но, судя по словам учительницы Юй, этот ребёнок ни к кому не проявлял доброжелательности, и любому, кто станет его соседом по парте, вероятно, придётся несладко.
В день начала занятий в первом классе Пэй Чуань пришёл очень рано. Учительница Цай поманила его рукой. В утреннем свете взгляд мальчика был безмолвен, точно небосвод в час рассвета. Он помедлил, а затем сам покатил инвалидную коляску в сторону учительницы Цай.
Учительница Цай уже знала о его характере, поэтому не стала многословить и положила перед ним листок с четырьмя именами.
Учительница Цай весело и непринуждённо сказала:
— Пэй Чуань, давай сыграем в игру. Ты укажешь на одно имя, и этот человек станет твоим соседом по парте.
Учительница Цай знала, что Пэй Чуань, окончивший лишь подготовительную группу, не знает грамоты. Таким честным способом она хотела дать ребёнку самому выбрать себе соседа.
Пэй Чуань своими чёрными, как уголь, глазами молча смотрел на четыре имени.
Он и впрямь их не знал.
Не считая Фан Миньцзюнь, в чьём имени было три иероглифа — о ней он мог догадаться сам, — остальные три имени превратились для него в задачу с вариантами ответов.
Он опустил взгляд.
В иероглифе «да» (达) был знакомый ему знак «да» (大). Он догадался, что это имя Ли Да.
Оставалось всего два варианта.
Дальше исключать он не мог.
Он сидел так долго, что Цай Цинюй не выдержала и поторопила его.
Его взгляд немного сместился и спокойно замер на лежащих на столе оценках подготовительной группы. Пятьдесят и девяносто девять. Он глянул на них и снова отвёл глаза. Теперь он знал, какое имя принадлежит Чэнь Ху, а какое — Бэй Яо.
Первый урок, который преподала ему подготовительная группа, заключался в том, что если он не будет бороться, то останется ни с чем.
Жизнь не была к нему добра. В этом мире рассвет встречают лишь эгоистичные люди. Его палец скользнул мимо первого имени на листке и остановился на третьем.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
