«Чжунхэн» — известная в своей сфере инвестиционная компания.
Цзи Син сделала шаг вперёд, вежливо кивнула и произнесла:
— Здравствуйте, директор Сяо.
Сяо Исяо ответил ей улыбкой, но ничего не сказал. Оживлённая атмосфера, царившая между друзьями, немного утихла.
Цзи Син ожидала, что Цзэн Ди представит её остальным, но та этого не сделала. Тогда она решила, что Сяо Исяо — самый важный человек в этой компании.
Цзэн Ди мельком взглянула на стаканы на столе и небрежно бросила:
— Цзи Син, подлей воды директору Сяо.
Как только прозвучали эти слова, в комнате почему-то снова стало чуть тише.
Цзи Син увидела, что воды в его стакане и вправду нет, поспешно откликнулась: «Ой!» — и взяла стакан. Про себя она ругала себя за отсутствие чутья: она, рядовая сотрудница, не проявила даже такой элементарной наблюдательности, что начальнице пришлось напоминать ей подлить воды, — просто ужасно.
Вернув стакан на место, на этот раз она сообразила действовать наперёд. Окинув взглядом стаканы остальных троих, она заметила, что у Хань-гунцзы стакан тоже наполовину пуст, и сама наполнила его. Когда она ставила его обратно, Хань Тин, как раз раздававший карты, негромко произнёс:
— Спасибо.
Его голос был низким, зрелым и очень приятным.
Цзи Син невольно посмотрела на него. Она стояла, а он сидел, и сверху ей удалось разглядеть лишь часть его профиля, но и этого хватило, чтобы понять — он был весьма хорош собой.
Сегодняшняя встреча совершенно не соответствовала её ожиданиям. Она думала, что это будет типичный рабочий банкет — в облаках дыма, с фальшивыми улыбками и дежурным обменом любезностями… словом, нечто невыносимо пошлое, что пришлось бы терпеть, стиснув зубы. Но сейчас всё выглядело как частная встреча друзей, и по одним только часам, запонкам и одежде можно было понять, что люди здесь собрались непростые. А их манера общения, тон и спокойное, вежливое отношение к присутствующим женщинам говорили о высоком уровне воспитания.
Она же, будучи никем, чувствовала себя среди них необъяснимо скованно и незначительно.
Цзэн Ди вдруг сказала:
— Садись. — И указала подбородком на стул рядом с Сяо Исяо.
Но начальница-то ещё стояла. Цзи Син отступила на шаг и предложила:
— Директор Цзэн, присаживайся ты.
Цзэн Ди посмотрела на неё и улыбнулась:
— Сказала садись — значит, садись.
Цзи Син ничего не оставалось, как сесть.
До этого хранивший молчание Сяо Исяо вдруг повернулся к ней и спросил:
— Сколько тебе лет?
Цзи Син ответила:
— Двадцать четыре.
— А на вид не больше двадцати одного-двух, — Сяо Исяо раскрыл свои карты. — Не врёшь?
— Честное слово.
— Молодая.
Цзи Син тихо промолвила:
— Вы тоже очень молоды.
После этих слов мужчины рассмеялись — добродушно и без капли злобы.
Сяо Исяо снова повернулся к ней и уставился на неё блестящими от интереса глазами:
— Как думаешь, сколько мне?
— Двадцать… восемь? — Цзи Син действительно плохо умела определять возраст.
Его улыбка стала ещё шире, и он рассмеялся:
— Ну, спасибо.
— Твой ход, — бросил Хань Тин.
Сяо Исяо вернулся к игре и больше с ней не заговаривал.
Цзи Син сидела на месте, поглядывая то на карты Сяо Исяо слева, то на карты Хань Тина справа.
Цзэн Ди усмехнулась:
— Цзи Син, не вздумай подсказывать директору Сяо.
Сяо Исяо никак не отреагировал на эту реплику. Цзи Син растерянно улыбнулась и случайно взглянула на Хань Тина. Она заметила, что его профиль был чётко очерченным и очень мужественным.
В этот момент мягкий конус света сверху падал прямо ему на лицо. Он смотрел на карты, опустив глаза; надбровные дуги и густые ресницы преграждали путь лучам, отбрасывая тень в глубину глазниц.
В следующее мгновение уголки его губ слегка дрогнули, но это не была улыбка кому-то конкретному, скорее выражение уверенности в победе. Он поднял глаза, и в них тут же отразился свет ламп. Он раскрыл все свои карты, и за столом раздались вздохи:
— Опять выиграл!
Он же лишь небрежно улыбнулся, словно победа не доставила ему особого удовольствия. Под общий говор он снова принялся тасовать карты.
Мужчина, сидевший напротив, вдруг спросил:
— Вам не кажется, что её рот немного напоминает ту девушку из семьи Мэн? С которой у Хань Тина были смотрины.
Тут все мужчины посмотрели на Цзи Син. Хань Тин продолжал собирать карты, не обращая внимания на слова.
Сяо Исяо покачал головой:
— Не похожа. — И, нахмурившись, добавил: — Что у тебя со зрением?
— Разве не похожа? Хань Тин, глянь сам, ну как? — не унимался тот.
Цзи Син застыла на месте. Сидевший справа от неё Хань Тин повернул голову. Невероятно красивое, мужественное лицо. Его глаза, напоминающие лепестки персика, особенно манили, хоть и смотрели холодно и бесстрастно.
Его глубокий взгляд был направлен прямо ей в глаза; веки чуть опустились и снова поднялись, словно он изучал её лицо. Находясь так близко к нему, она почувствовала, как сердце на мгновение пропустило удар. Он выполнил просьбу друга, отвернулся и произнёс:
— Не похожа.
И продолжил тасовать карты. Сердце Цзи Син учащённо забилось. Ей показалось, что его лицо ей знакомо, но она никак не могла вспомнить, где его видела. Может, он похож на какого-то актёра?
— И впрямь не похожа, — подтвердили остальные.
Цзи Син не понимала, о ком идёт речь, поэтому просто молча сидела.
Цзэн Ди, опиравшаяся на спинку стула Хань Тина, изменилась в лице. Она до сих пор помнила тот день, когда услышала, что дедушка Хань устроил для него смотрины. Он тогда стоял у дивана и застёгивал рубашку, а она, соскользнув с кровати, обняла его сзади за талию и подразнила:
— Смотрины? Ты ведь не собираешься и вправду жениться?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
