Цинь Цечу промолчал; его яркие чёрные глаза обшаривали пространство за её спиной, словно он искал кого-то.
Ученики один за другим выходили из автобуса, и, завидев Цинь Цечу, все замерли в оцепенении.
Ван Фа вышел последним.
Глаза Цинь Цечу в тот же миг, как он его увидел, ярко загорелись:
— Тренер, тренер, тренер!
Он возбуждённо бросился к Ван Фа, крепко схватил его за руку и радостно заулыбался, при этом на его щеках проступили две глубокие ямочки.
— Тренер Вэнь Фулэйдэ, наконец-то я снова тебя встретил, тренер! Почему ты нас бросил?
Цинь Цечу говорил с такой искренней и невинной интонацией, что в этот миг Линь Ваньсин была уверена: на лице Ван Фа наконец-то появилось то самое легендарное выражение, известное как «раскол».
Ученики, которые всегда вели себя заносчиво и грубо, были потрясены, а отойдя от шока, вытаращили глаза с таким видом, будто хотели спросить: «Ты что, издеваешься надо мной?».
Линь Ваньсин лишь слегка потянула Ван Фа за рукав и тихо спросила:
— Это твой бывший ученик из Англии?
— Нет.
— Тогда кто?
— Он — Цинь Цечу из «Юнчуань Хэнда», — ответил Ван Фа.
Цинь Цечу из… «Юнчуань Хэнда»?
Линь Ваньсин наконец осознала, где именно она слышала это имя.
Неужели это тот самый игрок, которого готовят в качестве будущей опоры обороны национальной сборной?
— Тренер, ты меня помнишь, я так тронут! — Цинь Цечу, словно маленькая обезьянка, прыгал вокруг Ван Фа, вне себя от радости. — Раньше наставник Лю говорил, что ты придёшь тренировать нас, но ты в итоге так и не пришёл. Может, после того как закончишь с ними, перейдёшь к нам в команду?
Стоило Цинь Цечу это сказать, как его однофамилец Цинь Ао тут же выказал недовольство.
— О чём это ты? Это наш тренер, нечего называть чужого тренера своим! — Цинь Ао тут же сделал шаг вперёд, загораживая Ван Фа и оттесняя Цинь Цечу.
— О, Цинь Ао? Мне нравится, как ты прорываешься в штрафную, — юноша внезапно сменил тему и, словно фокусник, выхватил из кармана маркер, протягивая его Цинь Ао. — Поставь мне автограф, вот здесь.
Цинь Ао взял маркер и совершенно опешил.
Цинь Цечу потянул за край своего худи, указывая место для подписи.
Цинь Ао выглядел совершенно растерянным, не понимая, как события приняли такой оборот. Спустя какое-то время он взял чёрный маркер и криво вывел на худи юноши имя: «Цинь Ао».
Цинь Ао писал медленно, на мягкой ткани футболки это было непросто, и в итоге имя получилось крайне неровным.
Юноша терпеливо ждал, пока тот закончит. Посмотрев на надпись «Цинь Ао» на своей одежде, он вполне серьёзно заметил:
— Если в будущем ты станешь звёздным игроком, такой почерк не годится.
Цинь Ао снова словно громом поразило.
— Как я могу стать звёздным игроком? — невольно вырвалось у него.
Цинь Цечу не ответил на слова Цинь Ао, а посмотрел на следующего стоящего рядом игрока.
— Фу Синьшу, верно? Я видел ваше взаимодействие с Цинь Ао и Ци Ляном, это было очень интересно, — заговорил юноша, с энтузиазмом пожимая руку Фу Синьшу и попутно убирая маркер обратно в карман. — Ой, не подумай, что ты мне не нравишься и поэтому я не прошу твой автограф, просто мне больше по душе те, кто идёт в дриблинг.
— Ни… ничего страшного… — прозаикался в ответ Фу Синьшу.
Юноша без умолку болтал, проявляя невероятную общительность.
Он поприветствовал каждого игрока команды, перечисляя детали их взаимодействий и матчей так, будто знал их наизусть.
Раньше Линь Ваньсин казалось, что её ученики слишком много болтают попусту, но по сравнению с Цинь Цечу её «детки» явно проигрывали.
На фоне Цинь Цечу эти старшеклассники из восьмой школы Хунцзин выглядели настоящими социофобами: они лишь неловко бормотали «спасибо» и не могли вымолвить больше ни слова.
Юноша энергично со всеми поздоровался, оценив и похвалив технический стиль каждого, а затем, порывистый как ветер, сказал:
— Ладно, не буду вам больше мешать, а то капитан скоро начнёт на меня ругаться!
С этими словами он весело побежал к железным воротам и скрылся внутри клуба «Хунцзин Минчжу». Перед тем как войти, он обернулся, его ямочки на щеках сложились в милую улыбку.
— Тренер, увидимся! — крикнул он.
Фигура юноши исчезла в клубе, а старшеклассники, онемевшие от этого представления Цинь Цечу, лишь спустя долгое время начали приходить в себя.
Ребята что-то бормотали, переговариваясь друг с другом.
— Цинь Цечу… знает нас?
— Он даже знает позиции каждого из нас?
— Ещё и попросил автограф у Цинь Ао?
— Кажется, у него не всё в порядке с головой…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
