Двери открылись, и Линь Ваньсин воспользовалась случаем, чтобы пропустить учеников в салон. Ребята всё ещё шумели о том, что Вэнь Чэнъе — чёрного кобеля не отмоешь добела.
В этот самый момент внезапно зазвонил телефон; именно такие ситуации называют полным сумбуром.
На другом конце провода был Цянь Лаоши из группы физкультуры. Он сообщил, что у него дома возникли неотложные дела, и школа направила другого учителя, поэтому попросил их ещё немного подождать у ворот.
Линь Ваньсин повесила трубку и, обернувшись, увидела, что Фу Синьшу всё ещё стоит рядом с ней.
— Ты иди в автобус, на улице холодно, — Линь Ваньсин взглянула на учеников за окном и кивнула Фу Синьшу.
Хотя Сяо Фу обычно был мягким по характеру, когда он упрямился, то становился точь-в-точь как бык.
— А что, если Вэнь Чэнъе не придёт? — лицо Фу Синьшу было очень мрачным.
— Ох, вряд ли, — Линь Ваньсин пристально смотрела на перекрёсток вдали.
— Почему вряд ли? Ему на нас плевать, — с уверенностью произнёс Фу Синьшу.
Линь Ваньсин редко видела Фу Синьшу таким: его упрямство граничило с одержимостью. Из-за неполноценных тренировок в последние дни даже добродушный Сяо Фу вышел из себя.
Мимо с шумом проносились машины, а Линь Ваньсин и Фу Синьшу вдвоём ждали у обочины.
— Он всегда такой: хочет — играет, не хочет — не играет. Ему совершенно плевать на товарищей по команде. То же самое и на тренировках: он никогда не смотрит, кто на какой позиции и как должен играть. Он прекрасно знает, насколько важен для нас матч против «Юйчжоу Иньсян», чтобы выйти из группы, но всё равно может просто не прийти на тренировку, — Фу Синьшу вывалил всё разом, давая волю накопившимся за эти дни эмоциям.
Линь Ваньсин молча выслушала его, немного подумала и, наконец, спросила:
— У тебя есть какие-нибудь мысли на этот счёт?
Юноша посмотрел на неё взглядом, полным недоумения и досады:
— Я не знаю, Лаоши.
— Ты недоволен Вэнь Чэнъе, но задумывался ли ты о других способах решения проблемы для нашей команды? — мягко спросила Линь Ваньсин.
— О каких способах? — Фу Синьшу всё ещё не понимал.
— Проще говоря, не хочешь ли ты заменить его кем-то другим, — подал голос стоявший неподалёку Ван Фа. Он слушал их какое-то время и теперь высказался весьма лаконично.
— А как же Чэнь Вэйдун? Можно ли вернуть Чэнь Вэйдуна? Пусть он сыграет в следующем матче, — Фу Синьшу внезапно поднял голову и посмотрел на них.
— Чэнь Вэйдун не тренировался больше месяца. Если вы уверены, что он нужен для матча против «Юнчуань Хэнда», мы можем вместе пойти и поговорить с ним.
На перекрёстке вдали не было ни души, даже машин — стояла пугающая тишина.
— Или ты имеешь в виду, что если Вэнь Чэнъе не придёт сегодня, мы прямо сейчас отправимся искать Чэнь Вэйдуна?
Фу Синьшу промолчал.
Линь Ваньсин едва слышно вздохнула.
Юноша пнул землю:
— Я просто хочу выигрывать. На самом деле ты всегда пыталась донести до нас, что футбол — это не обязательно только победа, но я в этом не особо разбираюсь. Я просто хочу победить.
Линь Ваньсин почувствовала некоторую беспомощность:
— Ты не так понял, я вовсе не это имела в виду.
— Забудь, — в конце концов выдавил из себя Фу Синьшу. — Похоже, на этом всё.
Юноша слегка нахмурился; из-за постоянных стычек после прихода Вэнь Чэнъе на его лбу словно пролегли морщины в форме иероглифа «чуань».
В последний раз Фу Синьшу говорил с ней о будущем в таком серьёзном и отчаянном тоне, кажется, в самом начале их пути.
Тогда Фу Синьшу считал, что они не могут больше так продолжать.
Если они не будут играть в футбол и не будут вместе, в будущем у них действительно ничего не останется.
И тогда они с трудом собрали нынешнюю команду и шаг за шагом, спотыкаясь, шли вперёд, чтобы сегодня снова оказаться в тупике из-за простейшего кадрового вопроса.
Линь Ваньсин некоторое время размышляла, слегка согревая дыханием пальцы, которые постепенно замерзали, пока она держала планшет для подписей, где графа с именем Вэнь Чэнъе всё ещё пустовала.
Свистел холодный ветер, и тут подлетело такси. Линь Ваньсин невольно посмотрела в ту сторону. После тяжёлого и громкого звука тормозов машина остановилась.
Дверь открылась, и кто-то вышел.
Линь Ваньсин повернулась на звук и внезапно замерла.
Это был местная знаменитость восьмой школы Хунцзин — Цзинь Цзыян.
— Цзинь Лаоши, как ты здесь оказался? — спросила Линь Ваньсин.
— Вообще-то Цянь Лаоши должен был сопровождать вас, но у него дома внезапно возникли дела, и я вызвался добровольцем, — сказал Цзинь Цзыян.
У обочины снова стало тихо. Линь Ваньсин подняла голову: ученики, сидевшие в автобусе, смотрели на них странными, изучающими взглядами.
Линь Ваньсин машинально покосилась на Ван Фа.
Ван Фа, впрочем, сохранял невозмутимый вид.
Цзинь Цзыян окинул взглядом автобус и спросил:
— Вы все в сборе, Линь Лаоши? На улице так холодно, почему вы не ждёте внутри?
Линь Ваньсин ответила:
— Ученик по имени Вэнь Чэнъе ещё не пришёл.
— Он говорил, когда сможет быть? — поинтересовался Цзинь Цзыян.
Линь Ваньсин покачала головой:
— До него не дозвониться.
Цзинь Цзыян достал мобильный:
— Я позвоню его маме.
Линь Ваньсин оторопела и сказала:
— Я только что звонила, никто не взял трубку.
Но не успела она договорить, как Цзинь Цзыян уже набрал номер.
К её удивлению, на этот раз трубку взяли почти сразу.
Цзинь Цзыян, засунув одну руку в карман, машинально отошёл на несколько шагов в сторону, подальше от них, и встал у придорожного дерева.
С того места, где стояла Линь Ваньсин, она видела, что на лице Цзинь Цзыяна играет расслабленная и непринуждённая улыбка, как будто у него были весьма тёплые отношения с тем, кто был на другом конце провода.
Вскоре он повесил трубку, вернулся и буднично произнёс:
— Вэнь Чэнъе скоро будет. У него дома возникли небольшие дела, вот и задержался.
Напряжённое лицо Фу Синьшу наконец расслабилось.
Цзинь Цзыян упомянул, что раньше работал частным репетитором у Вэнь Чэнъе, поэтому хорошо знаком с его семьёй.
— Тогда, Лаоши, ты не знаешь, куда Вэнь Чэнъе уезжал на Новый год? Он много дней не приходил на тренировки.
— Ну, не настолько хорошо я их знаю, — с лёгкой улыбкой ответил Цзинь Цзыян.
Вэнь Чэнъе пришёл очень поздно.
Когда водитель-шифу не выдержал и спросил её: «Да когда же все ученики соберутся? Кондиционер работает без остановки, только бензин тратим», — Вэнь Чэнъе наконец поднялся в автобус.
На юноше был очень плотный пуховик, лицо казалось очень бледным. Половина лица была спрятана в шарфе. Он равнодушно окинул взглядом остальных игроков, молча нашёл свободное место и сел. Он не извинился за опоздание и ни с кем не заговорил.
— С Новым годом, — с улыбкой поздоровалась со своим учеником Линь Ваньсин.
Но Вэнь Чэнъе лишь бросил на неё безразличный взгляд.
Видя всё это, остальные ученики в автобусе начали закипать от негодования.
В салоне работал кондиционер, воздух был влажным и жарким. Атмосфера напоминала бочку с перемешанным порохом: хотя из-за сырости он мог загореться не сразу, кто знает, в какой момент случится взрыв.
Автобус выехал из города и выбрался на скоростную трассу. Как бы сильно ребята ни ждали матча с «Юнчуань Хэнда» вначале, тревожное ожидание перед отъездом и последующие три часа пути были способны изрядно притупить любые чувства.
Вэнь Чэнъе сидел один в последнем ряду, места по обе стороны от него пустовали. За окном мелькали характерные для зимы жёлтые земляные пригорки, поросшие клочками дёрна; они всё ещё казались пропитанными сыростью зимних дождей и никак не могли просохнуть.
Сначала ученики всю дорогу ели закуски, словно отправились на весеннюю прогулку, но теперь от мерной качки в автобусе их начало клонить в сон, и в салоне воцарилась тишина.
Линь Ваньсин изначально сидела вместе с Ван Фа.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
