К счастью, Шэнь Цяньчжань и не собиралась угождать Цзи Цинхэ: увидев, что он непреклонен и не поддаётся ни мягким, ни жёстким уговорам, она не стала настаивать, а вместо этого обратилась к Мэн Ванчжоу.
После ужина Шэнь Цяньчжань воспользовалась походом в туалет, чтобы подойти к кассе, оплатить счёт и получить чек.
Перед уходом она ещё и бросила Су Цзаню выразительный взгляд — мол, действуй скорее.
Су Цзань и Шэнь Цяньчжань два года вели совместную «грязную» игру и давно выработали безупречную слаженность: едва она бросила ему один-единственный взгляд, он тут же понял намёк, взял чайник и, сославшись на тост, уселся справа от Цзи Цинхэ.
Едва он опустился на стул, Цзи Цинхэ поднял глаза — взгляд был ледяным. Если бы не полная уверенность Су Цзаня, что обидел он его не сам, можно было бы подумать: так смотрят на труп — совершенно бесчувственно, без малейшего тепла.
Он лёгко кашлянул, слегка повысив голос, пытаясь разрядить неловкость:
— Господин Цзи, вы, вероятно, ещё помните меня? Мы виделись всего пару дней назад — в Цзичунь Эрване.
На этот раз Цзи Цинхэ даже не поднял глаз — полное пренебрежение.
Су Цзань остался в полном недоумении: ситуация всё так же висела в воздухе, но выхода не было — пришлось продолжать, хоть и с трудом:
— Тогда позвольте представиться ещё раз?
— Днём я агент Сян Цяньцянь из киностудии «Цяньдэн», а вечером — внештатный помощник продюсера Шэнь. Меня зовут Су Цзань.
Как только он замолчал — не то ли это было лишь его воображением — но казалось, что высокомерный и чрезвычайно сдержанный господин Цзи наконец-то удостоил его хотя бы мимолётным взглядом.
«Внештатный помощник». Цзи Цинхэ чуть ослабил воротник рубашки — в его голосе проскользнуло лёгкое любопытство:
— И это разделено на «день» и «ночь»?
— В команде сестры Чжань есть ассистент по планированию, а мои функции ближе к личному помощнику — профессиональный «тостмейкер». — Су Цзань глуповато хихикнул и спросил: — Господин Цзи, вы уже давно знакомы с моей сестрой Чжань? Выглядит так, будто вы очень близкие друзья.
Цзи Цинхэ медленно вертел в пальцах чашку — не проронил ни слова.
Его лицо и без того отличалось холодной сдержанностью, а в молчании эта черта проявлялась ещё ярче. Су Цзань почувствовал его отстранённость и растерялся.
Действительно непростой человек — вот почему Шэнь Цяньчжань до сих пор не смогла достать номер его телефона.
Су Цзань сделал глоток вина и краем глаза заметил Сян Цяньцянь, которую всю вечернюю встречу держали в тени. Профессиональный инстинкт агента мгновенно проснулся: он быстро сообразил и прямо, без предисловий, спросил:
— Господин Цзи, не составит труда оставить мне ваши контактные данные?
Он достал телефон и слегка помахал им:
— Подойдёт WeChat или номер мобильного.
Цзи Цинхэ чуть повернул голову и сказал:
— У меня нет WeChat.
Су Цзань уже потянулся к функции «Сканировать QR-код», но, услышав это, резко замер — экран застыл на только что просмотренной ленте новостей.
Примерно три минуты назад Шэнь Цяньчжань опубликовала новую запись в WeChat.
Неизвестно, родилась ли она в год Собаки, но поведение у неё — по-настоящему собачье.
На фото — размытый бокал, а за ним, в фокусе, — правая рука Цзи Цинхэ, играющая с чашкой.
Цзи Цинхэ лёгко усмехнулся и тут же изменил решение:
— Но подождите, сейчас создам.
Расплатившись и немного посидев, Шэнь Цяньчжань с величайшей тактичностью завершила вечер, сославшись на усталость Цзи Цинхэ и необходимость как можно скорее отправиться домой отдохнуть.
Она велела водителю отвезти Цзи Цинхэ и Мэн Ванчжоу к входу в мастерскую «Шицзяньтан», и, когда они вышли из машины, сама тоже вышла, провожая их на несколько шагов.
Мэн Ванчжоу, тронутый её такой учтивостью, вспомнил, как вчера Шэнь Цяньчжань ушла в спешке и не успела даже попрощаться по-дружески. С сожалением он заметил:
— Продюсер Шэнь так интересуется коллекционированием часов — как только Ассоциация коллекционеров часов организует ближайшее мероприятие, я обязательно сообщу вам. Приходите, если будет возможность.
Весь вечер Шэнь Цяньчжань усердно работала над Мэн Ванчжоу и почти полностью раскрыла структуру Пекинской Ассоциации коллекционеров часов. Теперь она просто улыбнулась и согласилась.
Как раз искала подходящий, вполне законный повод, чтобы снова появиться перед Цзи Цинхэ и напомнить о себе.
Закончив разговор с Мэн Ванчжоу, Шэнь Цяньчжань перевела взгляд на Цзи Цинхэ — завершая важнейшую часть своего плана «лови-и-отпусти»:
— Господин Цзи.
Она глубоко вдохнула, будто принимая какое-то непростое решение, и произнесла торжественно:
— Раз уж у нас не сложится сотрудничество, в ближайшее время я больше вас не побеспокою.
Мэн Ванчжоу вставил:
— Вчера вы же отлично друг с другом общались!
Шэнь Цяньчжань, словно белоснежный лотос, невинно моргнула, на лице мелькнула обида, и она тихо произнесла:
— Господин Цзи не слишком высоко меня оценивает… Я тоже считаю, что сотрудничество должно быть взаимным — его нельзя навязывать.
Мэн Ванчжоу провёл с Шэнь Цяньчжань приятный вечер и особенно ценил её раскрепощённую, непринуждённую, свободную натуру. Услышав эти слова, он с явным осуждением взглянул на Цзи Цинхэ.
Шэнь Цяньчжань остановилась вовремя: похлопала Мэн Ванчжоу по плечу и сказала:
— Не переживайте, это никак не помешает нашей дружеской беседе за бокалом.
Закончив, она снова повернулась к Цзи Цинхэ и махнула рукой:
— Господин Цзи, хорошего отдыха и берегите себя.
Цзи Цинхэ не проявил ни малейших эмоций ни до, ни после — лишь услышав слова «берегите себя», впервые дал понять, что слушает:
— Не беспокойтесь. Ведь моя заветная мечта — умереть у подножия пиона.
Его взгляд задержался на лице Шэнь Цяньчжань, и лишь через полминуты он добавил:
— Поливать пионы — занятие хлопотное: и сердце, и почки требуют немалых сил. Так что я буду беречь себя.
Улыбка Шэнь Цяньчжань застыла, едва не сползла с лица.
Она сделала вид, что ничего не поняла, — вежливо и дружелюбно попрощалась, а внутри уже мысленно кричала:
— Пошёл вон, чёрт возьми!
В следующие несколько дней Шэнь Цяньчжань строго выполняла своё обещание — больше не появлялась в «Шицзяньтан», чтобы напоминать о себе.
Зато она велела Су Цзаню ежедневно, в разное время, обновлять ленту WeChat так, чтобы записи были видны именно Цзи Цинхэ.
Иногда он публиковал статусы о работе — бесконечные утренние совещания, отчёты, переполненные люди в конференц-зале.
Иногда о конце рабочего дня: деловые ужины, рестораны, караоке.
А иногда — ещё более странно — высококачественные, абсолютно без цензуры рабочие фотографии Шэнь Цяньчжань.
Комментарии к постам Су Цзаня постепенно менялись: от первоначальных «У богатых наследников экономический кризис?», «Друг, ты изменился» — до «Су Цзань, очнись! Ты же богатый наследник, живущий только для веселья!». В итоге он безнадёжно отключил ленту для всех, кроме Цзи Цинхэ.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.